Чтение онлайн

Лёгкий ветерок тут же принялся играть с прядями темных волос леди Танжери, то красиво вздымая их в воздух, то небрежно разбрасывая по плечам. Не менее десятка взглядов тот же устремились в её сторону, дело разом встало — но тут же засвистели плетки десятников, кто-то рыкнул от боли, кто-то отреагировал солёным словечком в три этажа с перехлестом в душу, и работа пошла вновь, пусть уже и не столь рьяно — с косыми взглядами, сальными ухмылками.

Поднявшись на ют, Дилана улыбнулась собравшимся там офицерам, среди которых с удовольствием обнаружила и своих телохранителей, и без удовольствия — Дейна арБавера, баюкающего сломанную руку. Присутствие на борту орденца её раздражало, хотя… По всей вероятности, Борох так ещё и не коснулся бутылки с драгоценным вином, иначе шум поднялся бы такой, что ушедший ураган в сравнении с ним показался бы невинным развлечением. А раз он жив, то присутствие воинов может оказаться нелишним. Вне всяких сомнений, обнаружив Верховного жреца мертвым и опознав яд в качестве причины смерти (не слишком сложное дело для опытного мага), безликие станут искать виновного. И сообразят, что вряд ли кому-то из матросов или офицеров корабля придёт в голову расправляться со стариком с помощью редкого и, что важнее, очень дорогого снадобья. Эти люди предпочитают поступать проще — дубинкой по голове или ножом под ребро можно отправить человека на встречу с Эмнауром так же верно, как и ядом. Или ещё вернее, поскольку от большинства ядов всё-таки можно успеть исцелиться, а вот клинок в сердце — это очень надолго. Можно сказать, навсегда.

Но если выживание в стычке с Борохом было под вопросом, то его спутников в чеканных масках Дилана опасалась куда менее. В конце концов, её телохранители тоже не дураки подраться, а в поединке опытного воина и боевого мага заранее сложно сказать, кто выйдет победителем. Каких бы высот ни достигла магия, на поле боя по-прежнему правят бал рыцарская конница и тяжёлая латная пехота. Если уж дело дойдёт до драки, её парни могут показать себя с неплохой стороны, да и орденцы вряд ли останутся просто наблюдателями. Кинтариец, несомненно, забьётся в самый дальний угол и постарается позже умаслить победителя. Как поведёт себя индарский рыцарь, предсказать было сложнее — его кодекс чести должен, вроде бы, склонить ветерана к требованию справедливости, но леди Танжери северяне не любят столь же страстно, как и инталийцы. Хотя наследила она в Индаре гораздо меньше.

С бака раздался длинный заливистый свист. АрБавер вскочил, тут же сморщился от боли, но сдержал стон и торопливо зашагал в сторону носа. За ним устремились и остальные офицеры, лишь телохранители Диланы остались с ней. Сейчас эти парни искренне переживали оттого, что во время шторма, вместо охраны обожаемой госпожи, занимались выкачиванием воды или греблей. И неважно, что все находились под действием заклинания — здесь и сейчас их нравственные страдания были вполне натуральными.

— Что там случилось? — спросила она тоном, означавшим «пойти, выяснить, доложить». Когда-то эти воины, возможно, были неплохими парнями и, не исключено, могли бы её заинтересовать и в роли друзей, и в роли мужчин, но сейчас она просто не могла воспринимать их иначе, чем просто слуг. Преданных, бесстрашных, полезных, но просто слуг, не больше. А со слугами не дружат, не ведут задушевных бесед, не пытаются понять их чувства. Им просто отдают приказы. Или, как сейчас, задают вопросы — а хороший слуга в лепешку расшибется, лишь бы найти требуемый хозяину ответ.

Дверь каюты распахнулась — на пороге стояла леди Рейвен. Дилана даже слегка огорчилась — её подруга-противница должна была изрядно покопаться в рундуке, чтобы выбрать именно этот наряд. Длинное платье из мягкой кожи тёмно-синего цвета с разрезами по бокам до самой талии, ослепительно-белая блуза с жабо, пояс из серебряных бляшек. Тонкая нижняя юбка светло-голубого цвета неплохо сочеталась и с кожей, и с пышным жабо. Следовало отдать должное этой орденской сучке — смотрелась она великолепно. Правда, с лицом леди Рейвен ничего сделать или не смогла, или не захотела — выглядела она сейчас… ну, в общем, как после тяжёлого шторма.

— Что-то произошло? — судя по тону, настроение у Таши вполне соответствовало выражению лица.

— Кажется, впередсмотрящий что-то обнаружил, — пожала плечами Дилана.

— Не интересно?

Дилана бросила взгляд на бак, где толкались, почитай, уже человек сорок, и хмыкнула:

— Сейчас узнаем.

К трапу, ведущему на ют, подбежал один из её телохранителей.

— Госпожа, матрос обнаружил что-то вроде острова. Немного выступает над водой, чёрный, как смола. Капитан приказал лечь в дрейф. Ещё он говорит, что вряд ли это остров, лот не достал до дна, бросить якорь невозможно.

Леди Танжери коротко кивнула. Воин взбежал по лестнице и занял место чуть впереди и справа от хозяйки.

— Ваши верные стражи оберегают вас даже здесь? — насмешливо поинтересовалась Таша. — На имперском корабле?

— Видимо, дорогая, вам ещё не приходилось иметь дело с настоящими телохранителями, — снисходительно улыбнулась Дилана. — Хотите знать, чем отличный телохранитель отличается от просто хорошего? Хороший в любую секунду готов броситься к вам на помощь, чтобы оградить от опасности. А отличный в этот момент уже стоит между опасностью и вами.

— И чем же покупается такая самоотверженность? Золотом? Или… хотя это глупый вопрос, леди. Зная ваши привычки, подозреваю, что затылки этих парней украшают весьма затейливые рисунки. Это так в вашем стиле, Дилана.

— Скажем, лучше уж так, чем… кажется, ваш верный друг и спутник предпочел остаться на орденском корабле, не так ли? Отпустить свою хозяйку…

— Я не хозяйка арШану.

— Ах, так ли уж важны названия? Хотя этот парень и руководил вашей охраной, уже одно то, что он там, а вы здесь, говорит о многом.

Слова Бороха по-прежнему не выходили у неё из головы. Нет, разумеется, далеко не всё время она думала об Ангере Блайте и о том, что этот изворотливый сукин сын мог остаться в живых, но время от времени… ну пусть часто, она снова и снова возвращалась к тому разговору. По трезвому размышлению — а чем ещё можно заниматься, когда шторм швыряет корабль с волны на волну, а собственный желудок норовит выпрыгнуть из тела, как не размышлять — она решила, что предположение о тщательно продуманной арГеммитом комбинации вполне имеет право на жизнь.

Кайл АрШан и в самом деле очень старательно изображал из себя спутника и доверенное лицо госпожи посла. Был предупредителен и чуточку вспыльчив, если во фразе собеседника усматривался намек на оскорбление самой леди, Ордена, Инталии — и при этом легко пропускал мимо ушей шпильки, адресованные лично ему. Его приказы относительно организации охраны — те, о которых стало известно Дилане — были достаточно разумны, хотя и не выходили за пределы знаний среднего воина с не слишком богатым жизненным опытом. Он ни разу не посмел прекословить Таше на людях, более того, не пытался давать госпоже послу советы — а Эмнаур свидетель, если бы не ясно высказанное желание Его Величества пойти на уступки, подобным образом проведённое посольство закончилось бы, как минимум, скандалом.

И в этом кроется подвох. Каким бы глупцом ни был Кайл арШан, он не мог не понять, что леди Рейвен шаг за шагом проваливает полученное ей дело. В отличие от Империи, инталийцы слишком самоуверенны, чтобы просто так молчать и наблюдать. Нет, среди них есть и просто тупые солдаты, но подготовка рыцаря включает не только обучение владению оружием, но и хоть какие-то минимальные знания о политике, дипломатии, риторике… Кайл же ведет себя так, словно старательно играет хорошо заученную роль, опасаясь, словно актеришка в захудалой труппе, сказать что-то, неугодное зрителю. А ведь зрители… зрители — это все они, Дилана, Император, Борох, стража, слуги. Все, кто может что-то услышать.