Племянник Молотова и сын Сталина
Шрифт:
Тяжелые условия тюрем гестапо, болезни ног, тиф, допросы до того изнурили меня, что я в июне 1945 года вернулся на Родину совершенно больным. На письмо на имя В.М. Молотова из концлагеря Заксенхаузен, гор. Берлина, через швейцарское посольство я ответа не получил, однако до меня дошли слухи, что мне была оказана громадная помощь и все было выкрадено работниками гестапо.
Вернувшись на Родину 21 июня 1945 года, я сразу же был схвачен в гор. Одессе с английского парохода чьей-то контрразведкой и брошен в тюрьму. На следственных допросах в гор. Москве я так был запутан, что на меня исписали десятки томов дел, при воспоминании о которых волосы встают дыбом.
Несправедливость следствия, тюремный голод, холод довели меня до того, что я подписываю, что угодно...
Прошу Военную Коллегию Верховного Суда СССР выяснить дело со мной, а особенно - просто связываться с Правительством, в частности с В.М. Молотовым и окончательно решить мою судьбу..."
Впервые за шесть с половиной лет тюремного заключения в СССР Василий Кокорин отказался от формулы - "...выдал себя за родственника народного комиссара иностранных дел СССР В.М. Молотова" и прямо указал на свою родственную связь с членом политбюро ЦК ВКП(б).
На следующий день канцелярия Бутырской тюрьмы отправила жалобу по принадлежности.
Определение военной коллегии Верховного Суда СССР по жалобе Кокорина было вынесено почти через полтора месяца - 27 февраля 1952 г. Приговор в отношении Кокорина оставили в силе, а жалобу его - без удовлетворения.
После этого Василий Кокорин прожил еще месяц.
Приговор был приведен в исполнение 26 марта 1952 г.
В апреле 1952 г. в МГБ СССР в ответ на запрос пришла справка из далекого Четвериковского сельсовета:
"Дана на Кокорину Татьяну Андреевну, дер. Молоки Четвериковского сельсовета Куменского района Кировской области в том, что она действительно на территории сельсовета не проживает с 1939 года и хозяйства на территории сельсовета не имеет, об чем и дана настоящая справка.
Председатель сельсовета (подпись)
Секретарь сельсовета (подпись)".
Неожиданный поворот событий, не правда ли?
Если приговоренный к высшей мере наказания человек был Василием Кокориным, проживавшим в Куменском районе Кировской области, ушедшим в сентябре 1941 г. оттуда в армию, то уж он-то должен был досконально знать, где проживает его мать - Татьяна Андреевна Кокорина, которую он называл на всех допросах с 1945 по 1952 гг., куда и когда она уехала из родной деревни Молоки, если это случилось в 1939 г.