Пленница чёрных драконов
Шрифт:
– Спасибо, Мира, - говорю я шепотом.
– Не переживайте, госпожа, - бросает она в ответ.
– Сегодня мы собираемся, чтобы отпраздновать не только рождение этих близнецов, но и силу нашего сообщества! Давайте радоваться любви, которая связывает нас и семью, которая освободилась от оков проклятья и начала новую жизнь!
– говорит громогласно мужчина в толпе.
Толпа снова разражается аплодисментами, и я не могу сдержать улыбку. Атмосфера наполнена теплом и единением и я действительно, чувствую это тепло. Чувствую, что меня действительно принимают и любят здесь. Меня ждали здесь.
Я - дома.
Кажется, теперь, не когда я влюблялась к красоту этого мира, не когда я привыкала к его правилам, а именно сейчас, я ощущаю, что я действительно дома. Я отсюда.
А тот, мой старый мир - просто маленькое путешествие юности и детства.
После подношения подарков начинается более неофициальная часть. Танцы около огромного костра.
Я танцую с Майклом и Колом, каждый по очереди держит меня за руку и кружит, а воздух наполняется смехом. Не знаю, что там подумают про нас люди. Но мне всё равно.
Трудно вспомнить, когда я в последний раз чувствовала себя такой беззаботной и радостной. Наверное, даже в детстве я не была настолько счастливой и спокойной.
Теряюсь в музыке, кружусь и кружусь, пока не чувствую головокружение от счастья. На блаженный миг все мои тревоги угасают, оставляя только радость настоящего. Радость настолько поглощающая, что я начинаю переживать, что она закончится.
И как только я начинаю расслабляться и погружаться в празднование, мое внимание привлекает фигура на краю толпы. Холодок пробегает по моей спине. Я знаю, что не видела этого мужчину в реальной жизни. Но видела где-то… во сне.
И я вспоминаю сон.
Замираю, не в силах отвести взгляда, и на меня обрушиваются воспоминания о сне. О том, как меня познакомили с многочисленной родней. И как там был Амбер. И как они лживо взяли моё согласие на эту магию.
А тот, кого я вижу впереди - их главарь. Мелихор. Сын моего прадеда. Получается, мой двоюродный дед.
Это мужчина с острым, суровым лицом и темными, пронзительными глазами. Он стоит один и наблюдает за разворачивающимся праздником, у меня пробегает дрожь. Моё сердце замирает.
Музыка начинает затихать, оживленные ноты замедляются, скрипач случайно фальшивит выдавая противный скрип. По толпе доносится шепот.
Радостная атмосфера начинает казаться тяжелой, как затишье перед бурей, и я чувствую, как в воздухе нарастает напряжение. Смех жителей стихает, его сменяет тревога и тишина, которая окутывает площадь густым туманом.
– Кто это?
– спрашивает Кол.
– Мелихор. Он… глава моей семьи.
Мелихор делает шаг вперед, и я с недоверием наблюдаю, как его пронзительный взгляд сканирует толпу и наконец останавливается на мне. У меня перехватывает дыхание, и я чувствую себя незащищенной и уязвимой под его пристальным вниманием.
Я крепко сжимаю руку Майкла, мой пульс учащается, страх накрывает меня холодной волной.
– Не подходи на шаг, старик, - бросает Кол.
Мелихор оглядывает моего мужа боязливым взглядом.
– Елена, - говорит он тихим голосом.
– Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.
– Даже и не думай, - произносит Майкл.
– Твоё счастье, что ты и все почитатели вашей религии, как и вашего рода не были казнены.
– Майкл!
– резко оборачиваюсь я.
– Они такие, Елена. Они легко могут казнить, и отправить прямо на костер... За любое не повиновение. Я хочу поговорить с тобой, как со своей родственницей. Прошу.
Я оглядываюсь на своих мужчин, и те бросают на меня недовольные взгляды. Прошу у них мысленно разрешение, и чувствую, как они не хотят меня отпускать. Но, уступив мне, делают это.
– Один разговор. Здесь, недалеко, - говорю я.
Королева
Я киваю мужчине и мы, под взглядами толпы доходим до небольшой полянки, подальше от посторонних глаз. Воздух здесь тяжелый. Я уже отчаянно хочу вернуться обратно, к празднику, к толпе. Но позволяю своему, всё-таки, деду, вывести меня на этот разговор.
– И? Что ты хотел мне сказать? Кроме как, попросить прощения, за вашу тщеную попытку навредить мне и моей семье?
– я говорю это с ноткой ироний, но всё-таки и лёгкой надежды. Но следующие слова Мелихора разбивают надежду в пух и прах.
Мелихор делает глубокий вдох, его глаза ищут мой взгляд.
– Я хочу спасти тебя, дитя. В последний раз. Ты должна вернутся домой.
– В смысле?
– не понимаю я.
– Что происходит? Зачем мне домой сейчас, по середине праздника?
– Ты не поняла. Не в замок. А домой. В свой мир. Я помогу тебе вернутся, - он говорит с раздражением, будто разжевывая глупому ребенку простые вещи.
– Прости… эм. Мой мир - здесь, - я нервно смеюсь.
– Здесь мои дети, мой муж. Я не хочу возвращаться. У меня здесь есть все, что мне нужно.
Выражение его лица становится жестче.
– Ты не знаешь, что говоришь, дитя. Этот мир порочен, он заражен магией а ты… ты мой последний потомок после того, как твои мужчины убили Амбера. Всё, что я могу, эту вернуть тебя домой, в чистый мир. Потому что этот… он полон насилия и зла. Я слышал о том, что на твоих глазах убили женщину, которая была игрушкой твоим мужьям, за день до тебя. Я слышал о том, что происходит в этих стенах. Чтобы спасти свою душу и души своих детей - я должен забрать тебя и их12 в другой мир.
– Мои дети драконы!
– бросаю я.
– Хотя бы мне не ври! Ритуал был разбит. Твои дети… я не знаю, как. Но они стали магами, я думаю, они обладают стихийной, природной магией. Но они не драконы, а значит, они не привязаны к этому миру. И как только о том, что они не драконы узнают все эти люди, - он кивает туда, где продолжается праздник.
– Они уничтожат тебя и твоих детей.
Я делаю шаг назад, чувствуя как его слова всё-таки проникают мне в сознание. Он говорит именно то, о чем я боюсь.
– Вы ошибаетесь. Я могу защитить их. У меня есть мужья, и мы сохраним нашу семью, - произношу я.
Лицо Мелихора искажается от нескрываемой злобы.
– Думаешь, они смогут защитить тебя? Думаешь, они захотят?! Это просто животные, звери, в своем драконьем обличье и слабые, мальчишки в человеческом. Они тебя подведут. Они не будут тебе ни верными мужьями, ни союзниками. У тебя последний шанс, Елена. Тебе нужно отправляться домой! Ты не выдержишь в этом мире, не выдержишь его зла, его жестокости и…