Пленница некроманта
Шрифт:
Темп и звук голоса нарастали, и под конец он уже кричал, пока наконец не замолчал, выплюнув последнее слово. Замерев на месте, я ждала развязки. Некромант тоже ждал, возведя руки вверх, но ничего не происходило. Ни смерчей, ни грома, ни молний.
— Ничего не понимаю, — растерянно прошептал он. Затем метнулся к столу, схватил котел с остатками зелья и махом вылил на чертеж. И снова — ничего.
— Странно, я не мог ошибиться в заклинании! — мужчина бросился к столу и принялся листать здоровенную книгу, в которой все строки, как я смогла рассмотреть со своего места, были написаны красным. Надеюсь, это просто чернила, а не кровь, хотя вряд ли.
— Ты! — повернулся он ко мне, вперившись страшным взглядом разных глаз. — Подойди сюда!
Я в ужасе стояла на месте. Эрте нервно махнул рукой, и меня подтащила к нему неведомая сила. Мужчина тут же взял меня за истекающую кровью и отчаянно саднящую руку и положил ее на какой-то окровавленный шар. Фу, как негигиенично! Надеюсь, я не подхвачу заразу?
Шар засветился. При этом на лице Кэрриана появилось некоторое удовлетворительное выражение, и он даже немного разжал мое запястье. А потом шар треснул и погас.
— Не может быть… — прошептал мужчина. Лицо его исказилось от ярости и он рывком развернул меня к себе. — Ты! Ты!.. — шипел он, задыхаясь — Отвечай! Ты ведь дочь короля Дебриана Маэллье?
Ко мне вернулся дар речи. Сквозь слезы я выдавила:
— Да…
— Клянись!
— К-клянусь!
Некромант снова оттолкнул меня от себя. На этот раз я даже устояла.
— Чертов слизняк! Он все-таки обманул меня! — одним движением Кэрриан смахнул со стола все, что на нем было. Потом облокотился на него и принялся хохотать. Больше всего это напоминало истерику. Я лихорадочно перебирала в голове варианты побега, понимая, что ничем хорошим это не закончится. — Да, ты дочь Дебриана… Но не королевы Сивиллы. Ты — полукровка! А значит, заклинание не сработает полностью!
— Что? — раскрыла я рот. Я не дочь своей матери? Сивилла Маэллье умерла от загадочной болезни, когда мне было пять. Отец так горевал, что потребовал уничтожить все ее изображения.
Разные глаза некроманта полыхали яростью. Он запустил руки в волосы и обхватил голову, словно она очень сильно болела.
— Дебриан обманул меня и не обманул… Он и впрямь отдал свою любимую дочь. А любимую ли? Да, это был хорошо поставленный спектакль, — бормотал некромант.
— Какой спектакль? — прошептала я. — Мой отец любил меня.
Некромант медленно поднял голову.
— Тогда твоя смерть наверняка его расстроит, правда? — мужчина выпрямился и принялся медленно идти ко мне, поднимая руку.
— Вы… Вы не можете убить меня! — пролепетала я, задыхаясь от ужаса. — Вы дали клятву, что не тронете никого из членов семьи Маэллье!
— Да, это так, — он улыбнулся, хотя эта улыбка больше напоминала оскал. — Но ведь ты полукровка, а значит… Я могу сделать тебе очень, очень больно!
С его руки сорвалась молния и полетела по направлению ко мне. Нет, меня не испепелило на месте. Но все тело прошила боль, и я шлепнулась на колени.
— Пожалуйста, не надо… О, хозяин! — сорвалось с моих губ. Зато некроманту это очень понравилось.
— Хозяин… Звучит красиво, — он подошел вплотную и мазнул ладонью по моей щеке, размазывая слезы. — Отныне ты слуга, моя собственность. И за каждую провинность будешь наказана. Именно ты будешь отвечать за поступки своего отца. Несправедливо? Да. Ужасно? О, да! Но не все мы вольны выбирать свою судьбу… Добро пожаловать в новую жизнь!
С этими словами пол под моими ногами разверзся. С пьедестала принцессы меня низвергли на дно жизни в качестве слуги. Сидя в темном каземате и рыдая от безысходности, я старательно удерживала в голове одну мысль: Кэрриан Эрте, однажды я найду способ отомстить тебе и заставлю пожалеть обо всем, что ты сделал.
Глава 3
С тех пор я стала прислуживать в замке. Людей здесь, помимо меня и хозяина, не было. Я имею ввиду постоянных жителей, ну оно и понятно — мало какая прислуга согласится тут жить, даже за большие деньги.
Сначала моим пристанищем стала темная камера в подземелье, унылая и холодная. Я возвращалась туда до тех пор, пока не сообразила, что всем плевать, где я ночую. Побродив немного по черному замку, я приметила небольшую хорошенькую комнатушку с видом на море, в соседней с некромантом башне.
Тут оказалось не в пример уютнее, если сравнивать с камерой, конечно. Резной сундук, добротная кровать, стол со стулом, светильник. Не роскошно, но жить можно. Потом я даже притащила какие-то рваные коврики и одеяло, так что обстановка стала довольно миленькой. И я поселилась здесь.
Видимо, до меня тут кто-то жил или останавливался из гостей: я обнаружила немного одежды в сундуке, правда, женской и мужской вперемешку — нижнее белье, ночнушка, штаны с рубашкой, сапоги, которые внезапно оказались в пору.
Первое время Кэрриан, конечно, гонял меня нещадно. Он заставил меня убираться в лаборатории и разгребать завалы. И это было ужасно! В комнате, не убирались несколько столетий, наверное, а я в своей жизни не делала этого вообще ни разу.
Но учиться пришлось быстро. За каждую разбитую или испорченную вещь хозяин черного замка с наслаждением наказывал меня, используя разные методы. Я нередко оставалась без обеда или ужина, получала молнией — в зависимости от настроения Кэрриана она могла быть более сильной или менее болезненной. К счастью, вскоре, кажется, у меня выработался некий иммунитет к его магии — те же самые молнии становились все безболезненней и вскоре вообще потеряли всякий эффект. И мановением руки он больше не мог насильно принудить меня что-то делать — я все больше притворялась, но для того, чтобы не нажить лишних проблем.
Так что чем дальше, тем я становилась смелее. Сначала я даже думала стащить что-нибудь из кабинета, что-то эдакое, что могло пригодиться в борьбе против Эрте. Но он будто бы знал каждую пылинку в этом гадюшнике, так что от этого плана пришлось отказаться.
Несколько раз я пыталась бежать, но Вермиел был слишком хорошо защищен, чтобы простая девушка, не магичка, вроде меня, могла противостоять его ловушкам. Все мои побеги оказались неудачными и, вскоре, я оставила эти попытки. Наказания, которые за этим следовали, быстро отучили меня от мыслей о свободе.
Вскоре я научилась заниматься бытовыми делами, словно порхая. Хозяин замка остыл, или же ему надоело отыгрываться на мне за чужие обиды. Отправив меня в услужение Арвлгжах, он, казалось, забыл о моем существовании.
Не могу сказать, что меня это не радовало. Пребывание здесь изменило меня. Я забыла о любых капризах, научилась молчать, когда нужно, узнала, что такое тяжелый физический труд и несправедливость, научилась огрызаться в ответ и даже нападать первой. Может быть, кто-то после этого всего и сломался бы, но я твердо знала, что преодолею все трудности и выйду победителем, отомстив хозяину замка за все несправедливые обиды. Нужно было только подождать.