Чтение онлайн

– Мне приснился кошмар, - я свесила голову с кровати и посмотрела на Валентина, который привстал с матраса, кинутого на пол.

– А я думал, что тебя крадут наши друзья, - он засмеялся.
– От твоих виброволн у меня заложило уши.

– В тебя наверное давно не попадали подушкой, что ты обнаглел и нарываешься на очередное знакомство с ней?

– Что за кошмар?
– Валентин пропустил мою колкость мимо ушей.

– Точно не помню, - соврала я. Словно какая-то сила остановила меня, приказав ничего не рассказывать.
– Только помню, что было очень страшно. Меня до сих пор трясет.

– Алекс, тебе принести воды?
– голос парня из насмешливого превратился в сочувствующий.

– Да, пожалуйста. У меня все пересохло в горле.

Я плотнее закуталась в одеяло и прижалась щекой к рукаву рубашки. В ней я чувствовала себя так, как будто Валентин обнимал меня. Ночной кошмар стал медленно отступать, растворяясь в ночи. Что же хотят от меня? Сны, которые я вижу, не являются случайностью или следствием моей мыслительной деятельности за день. Я не верю в это, потому что мне даже в голову не приходит думать днем о пещерах, свечах и странном незнакомце. То что они повторяются с самого детства, и один сон - продолжение другого также пугало меня.

Валентин пошел на кухню и вернулся со стаканом воды в руке. Он присел на краешек кровать и протянул его мне. Я залпом осушила стакан, выпив всю воду до капли.

– Тебе часто кошмары снятся?
– Валентин прервал молчание.

– С самого детства, - я вертела стакан в руках.
– Я вижу или страшные сны или вообще не вижу никаких снов.

– Странно, - парень, хмыкнув, пожал плечами.
– Я никогда не видел кошмаров, а с тех пор когда... произошла трагедия они посещают меня слишком часто.
– я поняла, что он говорит о смерти своей жены.

– Наверное я действительно слишком странная, - я постаралась улыбнуться, сама не зная для кого, потому что в темноте Валентин все равно не мог разглядеть мое лицо.

– Ты не странная. Ты необыкновенная, - парень быстро встал с кровати.
– Может принести еще воды?

– Нет, спасибо, - я смутилась произнесенному комплименту.
– Постараюсь уснуть.

– Спокойной ночи, Александра!
– я опустила голову на подушку и Валентин заботливо поправил одеяло.

– Спокойной ночи! Надеюсь, что больше не буду кричать во сне.

Парень давно спал, и с пола слышалось легкое похрапывание, а я ворочалась с боку на бок и никак не могла уснуть. Казалось, что после такого тяжелого дня, пережив столько опасностей, я должна была свалиться как убитая, но этого не произошло. Я слишком устала, чтобы нормально уснуть. Через некоторое время, когда слабо забрезжил рассвет, я провалилась в забытье, но ощущала как ныла подвернутая нога, покалывая с периодичностью в несколько секунд.

***

– Что ты делаешь?

Валентин стоял, опершись плечом о яблоню, и смотрел, как я стараюсь отмерить от нее десять шагов. Вся сложность состояла в том, что шаги у меня стали намного больше чем в детстве.

Мы вернулись сюда через три дня после побега. Хоть Валентин и говорил, что мы поедем на другой день, но, видя как я хромаю, сжалился и дал мне три дня на отдых. Все эти дни я провалялась на кровати, не вставая. Валентин не разрешал мне ходить. Зато каждую ночь я лежала без сна, потому что высыпалась за день. Сегодня я проснулась где-то в районе обеда, так как проворочалась до рассвета, а потом заснула, и Валентин не мог разбудить меня сколько усилий не прикладывал. Пока мы собирались, ехали до деревни прошло слишком много времени.

– Уже шесть часов, - парень посмотрел на часы.
– Можно как-нибудь ускорить процесс, а то мы просидим здесь до темноты?

– Темнота - друг молодежи.
– я остановилась, как мне показалось, на верном месте.
– Тем более мы прячемся.
– взяв ветку, валявшуюся рядом, я нарисовала крестик на том месте, где стояла.
– Вот здесь! Бери лопату и копай.
– я бросила палку и широко улыбнулась, откинув прядь волос со лба.

– Вредина!
– Валентин снял пиджак, и, кинув его на пенек, взял лопату, найденную в сарае.

– Люблю смотреть, как люди работают!
– я удобно уселась на пиджак, и, поставив локти на колени, подперла голову руками, за что получила в награду рассерженный взгляд.

Наступившую тишину прерывал только звук ударов лопаты о землю, и где-то жужжавшая муха. Теплый ветерок приятно развевал волосы, и чувство покоя прокралось в душу. Хорошо летом за городом, только люди не понимают этого, предпочитая оставаться в душных городах, тонущих в выхлопных газах. По большому счету это хорошо, иначе деревни утратили бы загадочность заброшенных мест. А так очень интересно смотреть на покинутые покосившиеся домики и гадать какие люди жили в них, какие истории происходили за этими дверьми, и почему дома оказались брошенными. Наверное большинство из них еще надеется, что семья вернется, и в их печных сердцах вспыхнет огонь.

Валентин бросил копать и вынул железную коробку. Он стряхнул остатки земли с крышки. Я подошла к нему и прочитала слова, выведенные корявым детским подчерком: "Мои сокровища". Парень закашлялся, чтобы скрыть подступивший смех.

– Валентин, перестань!
– я легонько ударила его по плечу кулаком.
– Лучше открой коробку!

Валентин открыл ее, и там кроме дневника лежали пара лент, сдувшийся воздушный шарик, наклейки от жевательных резинок и еще несколько совсем уж непонятных мелочей. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Парень бережно вынул дневник.

– Хочешь закопаю твои сокровища обратно?
– он аккуратно закрыл коробку и улыбнулся.

– Не нужно. Думаю, если положу их в дом, никто не стянет мои сокровища.

Я легко взбежала по ступенькам, нога почти не болела, и я старалась как можно больше ее разрабатывать. Зайдя в дом, я в нерешительности остановилась. Звучит смешно, но эти глупые мелочи действительно были дороги мне как воспоминание о детстве. Оглядевшись как следует, я заметила щель между печкой и стеной. Коробка по размеру просто идеально подошла под это отверстие. Я ее спрятала и быстро выбежала из дома.

Во дворе горел костер, и я вскрикнула от удивления:

– Валентин, что ты делаешь?!

Парень стоял возле костра и смотрел, как старые листы дневника заворачиваются от языков пламени. Слышалось легкое потрескивание.

– Жгу дневник.
– просто ответил он.

– Но почему? Зачем?

– Алекс, я не хочу, чтобы он попал в чьи-нибудь руки, или чтобы пострадал кто-нибудь еще из-за этих записей. Его время прошло.

– Я думала, что дневник что-то значит для тебя, - я остановилась рядом с ним, безотрывно смотря на пламя, которое притягивало взгляд.