Чтение онлайн

Мне было ее очень жаль. Ей столько пришлось страдать. Я надеялась, что она будет счастлива с Тристаном.

— Я не могла поверить в то, что мой отец совершил все эти злодеяния, — продолжала она. — Он крал… он мошенничал… Это я еще могла понять. Но убийство? Все, что я знаю, так это то, что он был нежнейшим из отцов. Он начал на пустом месте и всю жизнь посвятил тому, что он называл борьбой за место под солнцем… для меня… для Кейт… для себя. И когда он уже решил, что нашел это место, его попытались у него отнять. Ты понимаешь? Ты понимаешь, как это все случилось?

— Да, — кивнула я. — Я понимаю.

Наша дружба крепла. Мы очень много говорили о Кейт. Я убедила ее, что Кейт было очень одиноко. Ее скверное поведение объяснялось стремлением привлечь к себе внимание. Она хотела, чтобы ее заметили, чтобы ее любили.

— Да, — ответила Мирабель, — я была так занята собственными проблемами, что совершенно ее забросила.

— Она восхищалась тобой. Но видишь ли, ей было очень страшно и одиноко в той лондонской квартирке. Она плакала по ночам, думая, что никому не нужна.

— Как объяснить все это ребенку?

— Когда Том Пэрри возвращался домой, она вообще жила в постоянном страхе. Она нуждалась в защите и утешении…

— Мой отец дал ей и то и другое.

С этим невозможно было не согласиться.

— Но теперь она его потеряла, — продолжала я. — Об этом нельзя забывать. Мы должны быть очень терпеливы и ласковы с ней.

— Я так благодарна тебе за все, что ты для нее сделала, — с чувством произнесла Мирабель.

А что я сделала? Я раскопала истину, и мои усилия привели к смерти любимого дедушки Кейт и несчастью всей семьи.

Кейт не говорила со мной о дедушке, и я не могла понять, что ей известно о сложившейся ситуации. Я продолжала заниматься с ней, мы много читали. Из проказливой и непослушной девочки она превратилась в очень сдержанную и грустную малышку.

Завещание сэра Эдварда случайно обнаружила Мария. Оно лежало в потайной нише у его постели. Вытирая пыль на шкафчике, она случайно коснулась потайной пружины, которая привела в действие дверцу. Кроме завещания в нише лежала пачка других документов, уже не представлявших ни для кого ни малейшего интереса. Как мы и предполагали, сэр Эдвард рассказал о своем первом браке и назвал Саймона своим наследником. Тристан не был обделен деньгами, но титул и дом отходили Саймону.

Мы с Лукасом часто встречались в «Короле-Моряке». Не знаю, как бы я пережила без него эти тяжелые месяцы.

В воздухе висело напряженное ожидание. Мы знали: что-то должно скоро случиться, поэтому я назвала бы этот период временем ожидания.

Дик Дювейн был в Австралии, где ему удалось напасть на след Саймона. Но теперь его розысками занялись и юристы. Они хотели найти Саймона Перривейла и вернуть его в Англию, чтобы решить вопрос с наследством. Они разместили объявления во всех австралийских газетах и во всех городках и поселках, даже самых отдаленных, пустили в ход все без исключения средства.

Я начала сомневаться, что он вообще когда-нибудь вернется домой. Возможно, он так и не попал в Австралию. Что если с ним что-то случилось? Нянюшка Крокетт свято верила в его возвращение и каждый вечер молилась о том, чтобы это произошло… как можно скорее.

И наконец через полгода после того, как я чуть было не попрощалась с жизнью, мы получили известие от Дика Дювейна. Он нашел Саймона, тихо жившего неподалеку от Мельбурна. Саймон возвращался домой.

В письмо Дика была вложена записка для меня лично.

Тристан и Мирабель поехали на станцию встречать Саймона. Мирабель предложила мне поехать с ними, но я не хотела, чтобы наша первая встреча произошла на людях. Вся округа знала, что он возвращается домой, и я знала, что на станции будет множество народу, с нетерпением ожидающего его приезда.

Я решила подождать его в своей комнате. Я знала, что он скоро приедет и не сомневалась, что он тоже предпочтет увидеться наедине.

И вот он стоит на пороге моей комнаты. Он изменился, как будто стал выше, загорел дочерна под австралийским солнцем, даже его синие глаза стали ярче. Он протянул ко мне руки.

— Розетта, — прошептал он, испытующе вглядываясь в мое лицо. — Спасибо за то, что ты для меня сделала.

— Я должна была это сделать, Саймон.

— Я все время думал о тебе.

Повисло напряженное молчание. Столько всего произошло за это время… и с ним… и со мной. Мы оба изменились.

— Как… как твои дела? — наконец спросила я. Это звучало банально. Я видела, что он пышет здоровьем. Мы оба прошли через страшные испытания, а я спрашиваю, как у него дела!

— Хорошо, — ответил он. — А… ты как?

Последовала еще одна пауза.

— Я должен рассказать тебе обо всем, что со мной произошло, — наконец произнес он.

— Теперь ты вернулся домой… и все будет иначе.

— Пока мне все это кажется нереальным.

— Но это правда, Саймон. Теперь ты свободен.

И я тоже свободна, подумала я. Когда-то я была узницей в стенах гарема, а сбежав оттуда, выстроила вокруг себя новые стены… свой собственный гарем. Только на этот раз моим тюремщиком был не могущественный паша, а моя собственная одержимость. Я не видела ничего вокруг себя, потому что жила одной идеей, мечтой, которую я себе придумала, подогнала под свои фантазии… отгородившись от реального мира.

— И это сделала ты, Розетта, — тем временем говорил он.

— Мне помогали нянюшка Крокетт… Лукас… Фелисити. Они все очень много сделали, особенно Лукас.

— И все же своей свободой я обязан тебе… именно тебе. Я этого никогда не забуду.

— Как прекрасно осознавать, что все кончилось… все получилось… и вот ты здесь… и ты свободен.

Это действительно прекрасно, убеждала я себя. Моя мечта осуществилась. Я так долго ждала этой встречи… мечтала о ней… жила ею. И вот моя мечта передо мной… но почему мне так грустно? Наверное, иначе и быть не могло. Я взволнована, перевозбуждена…