Чтение онлайн

– Не вопрос, - оживился Женька, - вы пока принимайте душ, а я сейчас вам всё раздобуду, - Женька с какой-то опаской взял деньги со стола, сунул их в карман, и исчез за дверью.

– Ну, что Антон? Давай в душ! Смой с себя многолетнюю пыль и, возможно, пыль других инопланетных цивилизаций. Вот полотенце, бритвенные принадлежности, - Кулаков протянул Антону необходимые вещи, - будут вопросы, спрашивай.

– Всё понятно, Гена. Ты со мной возишься, как с маленьким мальчиком. Я уже понял, что попал в крупную передрягу, из которой не так-то просто выйти. Буду слушаться тебя во всём. Вижу, что тебя жизнь многому научила, и ты плохого не посоветуешь. Ладно, пойду смывать инопланетную пыль, - пошутил Антон.

– Твой оптимистический настрой, вселяет определённые надежды на твоё будущее. Хотелось, чтобы у тебя всё образовалось, - Кулаков приоткрыл дверь в душ, и подтолкнул туда Антона.

Через полчаса послышался стук в дверь, и в гостиничный номер ввалился Женька, с целым ворохом одежды. Вечерний наряд для Антона подобрали быстро. Женька заявил, что всю одежду, которую надел Антон, он может оставить себе, и в ней ехать завтра в город. Кулаков и Антон поблагодарили Женьку за оказанную услугу. Приближалось время ужина и все трое направились в ресторан.

В ресторане просидели до 10 часов вечера. На троих выпили две бутылки коньяка, и когда Женька захотел заказать ещё бутылку, Кулаков его остановил. В начале ужина, разговаривали, в основном, Кулаков и Женька. Антон, молча, ел, выпивал очередной бокал с коньяком и слушал, о чём разговаривали его друзья за столом. Кулаков специально не вовлекал в разговоры Антона, давая ему время для осмысления его новой жизни. Кулаков знал, что в скором будущем Антона ожидают многочисленные вопросы, и поэтому сейчас щадил его. Однако, после первой выпитой бутылки коньяка, Антон вдруг заявил, что он кое-что вспомнил из того времени, когда он находился в каменном плену. Кулаков и Женька, с нескрываемым интересом, попросили рассказать об этом Антона.

– Конечно же, я всё вспомнить ещё не могу, но что-то в моей, одурманенной алкоголем голове, стало проявляться. Попробую начать с того момента, когда я шагнул в эту странную пещеру, - начал свой рассказ Антон, - её гладкие стены, в виде параболического зеркала подсвечивались откуда-то изнутри. Создавалось впечатление, что это окна с матовыми стёклами, через которые пробивался дневной свет. Совершенно неожиданно, появилось моё огромное отражение. Я оглянулся на выход из ниши, и услышал, как Гена мне прокричал: «Антон! Выходи скорей оттуда! Здесь что-то не так! Давай быстро!». Я прыгнул к выходу, и наткнулся на невидимую преграду. От удара о преграду я упал, быстро поднялся, и вновь уперся во что-то. Внезапно, как будто кто-то, включил у меня в голове громкоговоритель: «Выход открывается один раз в несколько лет, в одно, и то же время, но его может открыть только тот, кто стоит снаружи». Между тем, невидимая преграда стала мутнеть, но я успел прокричать Гене: «Вернись сюда в это же время! Они мне дали об этом знать!» Не знаю, услышал ты меня или нет.

– Да, я успел ещё услышать начало твоей фразы: «Вернись сюда в это же время! Они мне…», и всё, вход в нишу закрылся, - подтвердил слова Антона Кулаков.

– А потом наступила темнота, и я потерял сознание, как мне показалось, на несколько секунд. Снова появился свет, лившийся изнутри стен ниши. Я обернулся, и увидел тёмный проём выхода из ниши. Кинулся к выходу, но вновь упёрся во что-то невидимое, которое не давало мне выйти наружу. Я замахнулся ледорубом, и ударил им по невидимой преграде. К моему изумлению, ледоруб не встретив преграды, вырвался у меня из рук, и полетел в наклонную скалу. Я не надел темляк ледоруба на руку. Видел, как он ударился о скалу, и упал в расщелину между скал. Попробовал сам выйти из ниши, но все попытки были тщетны. Появилось опять моё огромное отражение. Отражение злорадно усмехнулось, и исчезло. Я вновь погрузился в темноту на несколько секунд. Хотя я не уверен, было это несколько секунд, часов, дней…. При следующем появлении света, я, уже не спеша, подошёл к выходу и постарался его, как следует обследовать. На появившееся отражение, не стал реагировать. Невидимая преграда была тёплая на ощупь, и слегка пружинила под рукой. Я достал свой нож, и попробовал ткнуть невидимую стенку, перекрывающую вход. Нож без всякого сопротивления прошёл насквозь преграду. В слабом свете, исходящим из ниши, я не увидел своего ледоруба, который должен был лежать между скал. Как ни вглядывался, но я его нигде не видел. Со злости, я с силой ткнул ножом в преграду и…, нож у меня выпал из рук. Мне показалось, что какая-то невидимая сила, просто его у меня вырвала из рук, и бросила, как и ледоруб, между скал. Несколько раз темнело, и вновь появлялся свет, но выбраться из ниши не получилось. Пока ничего больше вспомнить не могу. Может, потом что-то вспомню.

– Если быть точным, то сегодня ночью для тебя посветлело в восьмой раз, - уточнил Кулаков, - и мне стало понятно появление ледоруба и ножа между скал.

– У меня в голове крутятся ещё какие-то воспоминания, но сейчас они так размывчаты, что я ничего толком вспомнить не могу, - сказал Антон, задумавшись на несколько секунд.

– Не надо! Не напрягай сейчас свою память, - попросил Кулаков, - не думаю, что ты сегодня вспомнишь что-то ещё.

Кулаков хоть и подружился с Женькой, но не хотел, чтобы Антон при нём что-то вспоминал. Поэтому он, и попросил Антона, чтобы тот не напрягался. Антон, вроде, согласился с таким предложением, но всё равно, иногда он замолкал, и на его лице читалось, что он мучительно что-то хочет вспомнить. Несмотря на то, что скалы своей энергетикой придавали бодрости, всем троим, всё же, бессонная ночь, и переход от скал к озеру, отняли много сил. Кулаков первый почувствовал это, и предложил всем отправиться на покой. В эту ночь все трое спали крепким, здоровым сном.

Утром, к Кулакову в номер забежал Женька, сообщить, что завтрак начинается в восемь часов утра, а уже в десять часов за ними приедет машина.

– Это хорошо, что ты забежал, - сказал Кулаков, - я тебе оставляю адрес и телефон моего старого товарища, который когда-то работал здесь, на старой турбазе «Озеро Иссык», старшим инструктором. У него я оставлю кое-какой материал для тебя. Возможно, это будет один или два компьютерных диска, с информацией по «Зелёному лучу». Я бы хотел, чтобы ты, находясь здесь, рядом с этим удивительным и загадочным явлением, был в курсе того, что здесь может происходить в будущем. В данный момент, ниша закрылась, и восемь лет ничего происходить не будет, но в июне 2013 года опять появится «Зелёный луч», и откроется вход в каменную ловушку. Будьте осторожны! – Кулаков протянул Женьке листок бумаги с адресом и телефоном Симакова.

– Я понял вас, мистер Кулен. Послезавтра, я ухожу на маршрут, и вернусь недели через две. После похода, обязательно спущусь в город, и побываю у вашего товарища, - сказал Женька, пряча листок бумаги во внутренний карман куртки.

Сразу же после завтрака, Кулаков уложил в рюкзак свои вещи, и вещи Антона. Полностью рассчитался за проживание в туристском комплексе, и вместе с Антоном устроились в холле, в ожидании прибытия машины. Буквально за несколько минут до прибытия машины, в холл вбежал Женька, попрощаться со своими новыми друзьями.

Город встретил Кулакова и Антона духотой и выхлопными газами сотен тысяч автомобилей. Антон с удивлением смотрел на изменившийся за сорок лет город, на нескончаемый поток незнакомых автомобилей, снующих по его улицам. Он ни о чём не спрашивал, просто молча, смотрел на новый, незнакомый город. Только на юге, знакомые очертания гор, говорили о том, что он всё-таки находится в своём родном городе.

Симаков открыл дверь и с порога крепко обнял Кулакова. Из кухни выпорхнула Зинаида Владимировна, и с разбегу, кинулась на шею Генки. Антон смущённо стоял в проёме двери и смотрел со стороны на встречу старых друзей. Пока Кулаков обнимался с Зинаидой Владимировной, Симаков протянул руку для приветствия Антону, и завёл его в прихожую.

– Так вот, значит, ты каков, Антон Горин! – не разжимая рукопожатия, промолвил Симаков, - совсем ещё молодой! Проходи, раздевайся, и чувствуй себя как дома. Зинаида! – окрикнул жену Симаков, - Хватит обниматься! Принимай гостей!

– Ну, что ты Толик!? Я же Геночку больше четверти века не видела! Я так рада этой встрече! Ой! Извините! – Зинаида Владимировна, наконец, отпустила Кулакова, и подошла к Антону, - А вы, и есть тот самый Антон, о котором было, столько, разговоров? Как я рада, что Геночка, вас всё-таки нашёл! Проходите в гостиную, устраивайтесь удобнее, в кресле, на диване, где хотите. Я сейчас, мигом, накрою стол. У меня всё готово, к встрече, старых друзей. Всё, побежала на кухню! Геночка!
– позвала Зинаида Владимировна Кулакова, - может, ты мне поможешь немного на кухне? В принципе, ничего помогать не надо, просто я хочу, чтобы ты побыл рядом.

– Да, конечно, Зинаида Владимировна, иду за вами на кухню, - пошёл следом за женой Симакова Кулаков.

– Я же и приревновать могу, - пошутил Симаков, - да, ладно, что с вас возьмёшь? Мы с Антоном в гостиной присядем и познакомимся поближе! – в сторону кухни, крикнул Симаков.

За те 15-20 минут, которые понадобились Зинаиде Владимировне и Кулакову, чтобы накрыть обеденный стол, Симаков коротко рассказал Антону о судьбе турбазы «Озеро Иссык», и о старшем инструкторе, в бытность Антона, Чернакове Валерии Георгиевиче. Успел рассказать и о том, что сам несколько лет проработал старшим инструктором на турбазе после того, как погиб под снежной лавиной в Саянах Чернаков, и о том, что стало причиной его крепкой дружбы с Кулаковым Геннадием Петровичем. Всё это Антон слушал с нескрываемым интересом, но вопросов не задавал. По всей видимости, он ещё не до конца осознавал, что с ним произошло.