Чтение онлайн

Обеденный стол был накрыт в большой комнате и всего только на две персоны. На удивлённый взгляд Генки, Рустам пояснил, что его жена и дети, по всей видимости, уже пообедали и заняты своими делами. Действительно, следом за мужчинами в зал вошла жена Рустама, поздоровалась с Кулаковым, на английском языке что-то объяснила Рустаму и вышла.

– Вот видишь, я прав оказался. Моя жена и дети уже пообедали. У них всё по расписанию, а мы с тобой немного задержались. Ну, ничего, пообедаем вдвоём, поговорим о наших делах и проблемах. Я тебе обещал рассказать, каким образом я сюда попал, вот сейчас, за бутылочкой и расскажу тебе. Нас никто и никуда торопить не будет. Можем просидеть хоть всю ночь! Думаю, до этого дело не дойдёт, но наш обед плавно должен перейти в ужин, а там посмотрим. Как тебе такой расклад, подойдёт? – спросил Рустам у Кулакова.

– Да, конечно. Слушай, Рустам, неужели в твоём доме на всех еду готовит твоя жена? Мне что-то с трудом в это вериться. Она у тебя больше похожа на светскую даму, нежели на хозяйственную жену правоверного мусульманина, или ты всё из ресторана заказываешь?
– хитро прищурившись, Кулаков посмотрел на Рустама.

– Правильно делаешь, что не веришь! – засмеялся Рустам, - Нет, она умеет и готовить, и делать всё остальное по хозяйству, но здесь, в Пакистане, я освобождаю жену от всех этих хлопот. По моему статусу, я имею право держать прислугу, немного, правда, но два человека у меня работают. Это муж и жена, из местного населения. Чуть постарше, чем мы с тобой, всё умеют и всё могут. Когда мы уезжаем всей семьёй в Штаты, на долгое время, то всё наше хозяйство остаётся у них на попечении. Да они и живут, по сути дела, у меня. Вон, видишь, небольшой домик в глубине двора, - Рустам подошёл к одному из окон и отодвинул лёгкую занавеску, - в этом домике они и живут. Сейчас я тебя познакомлю с мужской половиной этой пары. Он будет прислуживать нам за обедом. Детям и жене, сегодня во время обеда, прислуживала женская часть прислуги. Позже познакомишься и с ней. Правда, разговаривать она с тобой не будет, не положено женщине, мусульманке, разговаривать с незнакомым мужчиной, да ещё с чужаком. Но всё, что ты ей скажешь, будет выполнять, это её работа. На будущее тебе говорю. Пойдём к столу, слышу, что Салим, гремит посудой, значит, сейчас еду принесёт. Кстати, Салим, говорит по-русски, немного, но кое-что может сказать. Отец его когда-то научил, он у него был из таджиков. Иногда тренируется русскому языку со мной, чтоб совсем не забыть. На английском языке, вообще говорит без проблем, как и многие пакистанцы. Когда меня дома не будет, можешь с ним запросто решить возникшие проблемы по хозяйству или использовать его в качестве переводчика с моими домашними. Я ему об этом скажу.

– Спасибо, Рустам! Что бы я без тебя делал? Один, в чужой стране, без знания языка и законов, пропал бы я совсем, - с благодарностью сказал Кулаков и сел за стол, напротив Рустама.

– Здравствуйте, хозяин! Здравствуйте, русский гость! – сказал по-русски вошедший в зал пожилой пакистанец, катя перед собой, сервировочный столик с едой.

– Добрый день, Салим! Познакомься, это мой русский гость и друг – господин Кулаков! Понял, Салим? Господин Кулаков! – повторил Рустам.

– Понял, хозяин, понял! Господин Кулаков! Очень приятно! – Салим, поклонился Кулакову, Генка ответил Салиму, поклоном головы.

– А это Салим, господин Кулаков. Мой управляющий домом, - представил Рустам своего слугу Кулакову.

– Спасибо, рад познакомиться, - и Генка ещё раз кивнул головой.

– Приятного аппетита, хозяин! Приятного аппетита, господин Кулаков! – и Салим начал быстро и сноровисто ставить еду на стол.

– Салим! Принеси ещё бутылку виски из холодильника, – попросил Рустам.

– Сейчас принесу, хозяин, бегу! – через полминуты Салим, уже наливал в рюмки холодный виски.

– Спасибо, Салим! Отдыхай пока! Мы тут сами управимся. Если что-то понадобиться, я тебя позову. Иди! – Рустам махнул Салиму рукой, и поднял рюмку.

– Слушай, Рустам, а мы не слишком много пьём? Вчера выпили достаточно много и сегодня начинаем. Я за последний год, совсем разучился водку пить, с ног валит она меня быстро, - посетовал Генка.

– Вот и прекрасно! За время, проведённое тобой в трезвом состоянии, твой организм настолько очистился, что тебе сейчас просто необходимо восстановить минерально-солевой баланс, а, попросту говоря, расслабиться. По тебе видно, что ты весь в напряжении, ждёшь чего-то плохого. Я тебе гарантирую, что самое плохое ты уже пережил, хотя неприятностей и проблем у тебя ещё будет достаточно много. Давай выпьем за твоё возвращение в цивилизованный мир! А потом я тебе расскажу, как я попал сюда. Конечно, между делом, буду наливать в посуду. Ты сам смотри, желание есть – пей! Не хочешь, пропусти, потом захочешь, заставлять насильно пить я тебя не буду. Через силу пить, никакого удовольствия не получишь, смысла нет. Должно быть, желание дойти до состояния лёгкой эйфории, а вот уже в этом состоянии, тебе будет всё нипочём! – и Рустам протянул руку с рюмкой к Генке, намереваясь чокнуться с его рюмкой, - Ну, вот и отлично!
– сказал Рустам, когда пустые рюмки водрузились на стол, - Давай, закусывай!

– Ты смотри, какое хорошее виски! – удивлённо сказал Генка, - Я такое никогда не пил! Для меня виски всегда ассоциировалось с плохой самогонкой. А это с приятным вкусом и запахом зелёных яблок! Как называется, дай-ка я прочитаю…. Ага, «Johnnie Walker», вроде так написано, правильно, Рустам?

– Правильно, правильно, Гена! Правда, у «Johnnie Walker» есть разные сорта, но это виски, запомни Гена, с чёрной этикеткой и в квадратной бутылке. С красной этикеткой и в такой же бутылке, уже совершенно другое виски и на вкус, и на запах.

– Хорошо бы запомнить. Не ожидал, что так хорошо пьётся виски. Наливай, Рустам, ещё по одной и начинай свой рассказ, с нетерпением жду твою историю, как советский инженер-связист, стал руководителем разведшколы для подготовки диверсантов и боевиков, - с некоторым ехидством сказал Кулаков.

– Я понимаю тебя, Гена, иронию твою понимаю, - поправился Рустам, - Я тебе, конечно, расскажу, как всё произошло. Можешь осуждать меня, можешь не верить мне, это дело твоё. А я искренне рад тому, что встретил тебя и очень хочу помочь тебе. Со временем твои взгляды на жизнь изменяться и тогда ты поймёшь, что я не мог поступить иначе. Ну, так слушай мою длинную историю, - и Рустам наполнил очередной раз рюмки.

– Куда тебя распределили после института, я знаю. Где ты работал и чем занимался, в общих чертах, тоже в курсе. Мы хоть изредка, но переписывались, вплоть до Ташкентского землетрясения. Потом ты исчез. Я, грешным делом, подумал, что ты стал жертвой этой страшной стихии, но как вижу, ты жив и здоров. Так что, вот с этого момента и начни, а впрочем, как тебе будет угодно, - сказал Генка.

– В принципе, ты прав. Но хотелось бы вкратце напомнить, где и над чем я работал. Ведь ты не всё знаешь. В то время, я тебе в письмах, не мог написать всю правду, сейчас дело прошлое, да и мы далеко от тех мест, где существует гриф «Совершенно секретно». Сегодня у нас с тобой времени достаточно, чтобы обменяться своими историями. Давай ещё по одной, и я начну свой рассказ. А потом и ты мне про себя расскажешь. Договорились, Гена?

– Да, да, конечно, Рустам! У меня тоже есть то, о чём бы я хотел тебе рассказать, - согласился Кулаков.

– После института, попал я работать на «почтовый ящик» в Ташкенте, ну, ты знаешь, что это такое. Секретное, военное предприятие, которое наряду с ширпотребом, занимается разработками военных технологий. Меня определили в лабораторию, при главном конструкторском бюро, которая занималась созданием и наладкой гидроакустической аппаратуры для военных подводных лодок. Странно, да? В Ташкенте, где до ближайшего моря тысячи километров делают аппаратуру для подводных лодок? Такова была политика Советского государства держать всё в строгом секрете. Потому и изобретали оборудование вдали, от возможных мест его употребления. Мне работа понравилась, творческая. Ставиться перед тобой задача, а ты начинаешь искать пути решения этой самой задачи. Интересно было! Прошло совсем немного времени, и я уже самостоятельно вёл отдельный проект по созданию сверхчувствительного гидроакустического оборудования. Проект был государственным заданием и деньги, под это задание, выделялись хорошие. Планировалось, оснастить несколько подводных лодок такими устройствами, для прослушивания мирового океана. Проще говоря, Советскому государству нужен был контроль по всему миру не только на суше, на воде, в воздухе, но и под водой! Необходим был прибор, который улавливал малейшие шорохи под водой за сотни километров! Хвастаться не буду, но уже через два года наша лаборатория изготовила опытный образец такого прибора. А испытывали мы его, знаешь где? Ни за что не догадаешься! На Иссык-Куле! Да, да, на Иссык-Куле в подводной лодке! В самой настоящей подводной лодке!

– Ты что, Рустам? Какие подводные лодки на Иссык-Куле? Я же там каждый год по нескольку раз бывал и, ни о чём таком не слышал!

– А кто бы тебе сказал? Это я тебе сейчас говорю, что там, в то время, были построены и спущены под воду три подводных лодки. Правда, они размером меньше тех, что бороздят просторы мирового океана, но, всё же, это три, нормально функционирующие, подводные лодки! Оснащение у них, то же самое, что и на нормальных боевых кораблях. Базировались они на южном берегу озера, там, где закрытая зона, подальше от любопытных глаз. Да и берег с южной стороны круто уходит в глубину, нежели с северной стороны. Сколько километров озеро Иссык-Куль в длину, если помнишь?

– От города Рыбачьего, до посёлка Тюп, северный берег почти прямой, около 180-ти километров. Это самые дальние точки на озере, - не задумываясь, ответил Генка.

– Совершенно верно! Так вот, на подводную лодку возле города Рыбачьего установили нашу опытную гидроакустическую установку. На другой подлодке имитировали повреждение двигателей, с залеганием лодки на грунт, ну, и как будто бы, производиться ремонт. Обе лодки лежали на грунте, на глубине около 50-ти метров. Для дальнейшего анализа, всё время ремонта лодки, записывалось на сверхчувствительную магнитную плёнку, с помощью нашего аппаратного комплекса, на подлодке возле города Рыбачьего! На второй подлодке, тоже производилась магнитофонная запись шумов ремонтных работ. И что ты думаешь? Когда мы расшифровали запись, то чётко были различимы всевозможные звуки, по характеру напоминающие производство ремонтных работ на подлодке у города Пржевальска! И это всё было слышно под водой, почти, за 150 километров! Правда, были записаны и посторонние подводные шумы, но в процессе расшифровки мы их отфильтровали. Записи с обеих подводных лодок сравнили, и они совпали как по времени, так и по характеру воспроизводимых шумов на подлодке возле Пржевальска! За создание этого прибора, шефа нашей лаборатории, меня, и руководство «почтового ящика», представили к правительственным наградам. К тому же у меня появилась возможность досрочно защитить кандидатскую диссертацию, что я успешно и сделал. Так я в 27 лет стал кандидатом технических наук и майором Советской Армии.