Чтение онлайн

– Хорошо. С чего начнем?

– С изобретения твоей слабости.

– Слабости?

– Да. У каждого человека, и, тем более, Высшего Мага, должна быть слабость. Слабость, о которой бы знали люди. Которая отвлекала бы внимание от всего остального, настолько бросаясь в глаза, чтобы никто и не думал искать что-то другое.

– Но у меня ее нет.

– Именно поэтому мы ее изобретем. К примеру, твоя провинция славится своим вином.

– Да, но я не пью.

– С этого дня – пьешь. Перепробуй разные сорта. Выбери тот, который понравится по вкусу, но при этом не будет чересчур туманить мозги.

– И?

– И сделай так, чтобы все узнали о том, что ты пьешь только этот сорт.

– Зачем?

– Чтобы те, кто искал возможности добраться до тебя, пытались сделать это именно через него. А сам – возьми под жесткий контроль виноградник, винокурню и разлив именно этого сорта. Изыми его из продаж, пусть он производится только для твоих нужд.

– Но я же не буду пить только его.

– Конечно, нет. Однако все будут думать, что ты будешь делать именно это. И достать тебя попытаются именно так. Создай видимость того, что ты хочешь. Создай Большую Ложь, и слегка приправь ее правдой, чтобы поверили все и безоговорочно. А потом – пользуйся этим.

– Интересный совет.

– И, притом, не однодневка. Всегда строй свои планы именно так. Делай что-то, что будет отвлекать внимание от реальных вещей, которые ты будешь достигать. Что-то, что привлекало бы внимание к левой руке, пока правая будет творить то, что нужно. В идеале – будет создать видимость того, что ты вообще ничего не делаешь. Ну, по крайней мере, ничего серьезного не делаешь.

– Это будет не просто.

– А этого никто и не говорил. Но это только один из моментов, которые тебе надо знать и делать.

– А второй?

– Создай себе репутацию. Грозную, мрачную. Поощряй слухи о том, что ты занимаешься извращенными формами секса, или жуешь на завтрак младенцев, это без разницы. Главное, чтобы обычный обыватель считал, что ты велик, могуч и несокрушим. Что ты безжалостно расправишься с кем угодно так, что он об этом пожалеет. Чтобы они трепетали, общаясь с тобой. А когда дойдет до личного общения с кем угодно – будь вежливым, мягким и обходительным. Пусть теряются в том, что они о тебе слышали, и в том, как ты себя ведешь. И пользуйся их замешательством.

Я почувствовал, что мои губы сами начинают растягиваться в улыбке. Это было только начало, но на этом можно было уже начать строить неплохую схему…

– Значит, вот как оно все началось? Ней?

– Да. На следующие несколько лет он стал моим ментором по вопросам политики. Да и многому другому я от него тоже научился. Мы с ним не сошлись в том, что людей надо заставлять чувствовать себя обязанными тебе, как предпочитал играть он, но наши методы все равно были во многом схожими.

– А твоя привычка пить вино тоже из-за этого возникла?

Дайрус улыбнулся.

– Если бы я пил только его, то уже давно стал бы законченным пьяницей, дочка. Нет, его я демонстративно пью только на публике. А так – предпочитаю сок ариссы, или тергон, покрепче заваренный. В твоем мире пристрастился к кофе, и даже смог его посадить и вырастить здесь.

– Здесь есть кофе?

– Только для моего пользования. Ну, еще и для твоего, теперь.

Они перешли назад в гостиную, и вновь расположились в креслах.

– Отец, а почему на улице так тихо?

– Миру потребуется какое-то время, чтобы осознать принятое им решение.

Она обескуражено посмотрела на Дайруса.

– Я... Я не понимаю...

– Тебе все станет понятно, когда я закончу свой рассказ, – успокаивающе произнес он – а сейчас ты готова продолжить? Рассказывать еще много.

– Конечно.

– Хорошо. Итак, я стал брать уроки у Нея, и кое до чего додумывался сам. К примеру, я понял одну нехитрую истину, что чем меньше человек имеет, тем меньше ему нужно. Вижу, ты улыбаешься, а ведь на самом деле все обстоит так, что, не понимая этого, ты не сможешь ничего никому предложить. Посуди сама – у человека нет ничего. Даже еды. Его потребности сведутся только к тому, чтобы эту еду раздобыть. Раздобыв ее, он задумается о том, что ему еще нужно, и придет к выводу, что нужна крыша над головой. Получив таковую, он захочет, чтобы она стала постоянной, и чтобы еды было в достатке, и придет к выводу, что ему нужна работа, которая принесет достаточно средств, чтобы удовлетворить его запросы. Видишь, как выросли его запросы? Дальше – больше. Он захочет обставить свое жилище в соответствии со своими вкусами. Ему надоест ходить на работу пешком, и он будет пользоваться общественным транспортом, мечтая о том, чтобы перейти на личный. Постепенно ему станет казаться, что эти нужды он удовлетворил, но рядом нет никого, кто счел бы его успешным человеком, и кто разрушил бы его одиночество. Он задумается о семье, и, впоследствии, ее заведет. А дальше ему придется заботиться еще и о семье, и...

– Я поняла. Потребности растут. И чем больше имеешь, тем их больше.

– Да. И из этого понимания рождается забавный вывод. Человеку, у которого ничего нет – ничего нельзя предложить. Соответственно – на него нельзя воздействовать.

– То, что ты говоришь – это прописные истины.

– Дочка, ты можешь мне не верить, но, не понимая именно такие, прописные, истины ты ничего не сможешь добиться в этом, да и в любом другом мире. Лично ко мне успех начал приходить только после того, как я все это осознал.

– Только после этого?

– Ну... Не только. Я хорошо усваивал уроки Нея, и одним из них было то, что есть универсальная валюта для всего рода людского. Власть.

Лена рассмеялась.

– Смейся, если хочешь. На самом деле, он сказал немного по-другому. Есть три кита, на которых держится жизнь. Власть, материальные блага, и удовольствие. Каждый человек стремится ко всем трем, хотя и в разной степени. Кого-то больше привлекают материальные блага, кто-то по своей натуре больше гедонист, а кого-то хлебом не корми, но дай покомандовать.

– А ты?

– Я – отдельный случай. Можно сказать, что во мне все смешано в равной пропорции и поэтому я не рвусь на части между этими тремя вещами. Объясняется все очень просто – я родился в крайне обеспеченной семье, в которой доступ к удовольствиям был настолько свободным, что даже как-то было странно уделять им особое внимание, а что касается власти – она слишком рано была мне навязана, чтобы начать меня прельщать. Такое бывает, притом не только в этом мире.