Плетущий небылицы
Шрифт:
– Огни танцующего Вальмана, - слова мехлина прозвучали так резко, что скрыга вздрогнул.
– Кое-кто его считает святым, а по мне, обычный пьяница, разливший священный напиток-патоку, вот она и налипает на корабли, особенно после молний. Теперь установится хорошая погода.
– А что с двигателями, они сломались?
– обеспокоено спросил скрыга.
– Наверное, грозой пробило обмотку, но ничего, пока поболтаемся на ветру, а там и починим, не впервой.
– А капитан знает о поломке?
– Вот ещё, он, как только началась гроза, пошёл спать, всё по расписанию, его никакие передряги не свернут от графика. Да и в самом деле, ничего необычного не стряслось, - пожал плечами Зира.
– Ложитесь и вы, завтра по светлому разберёмся.
Скрыга устало опустился в ближайшее кресло и, повернувшись в сторону ротана, к своему удивлению, увидел, что тот так и спит с кошкой.
– Вот надо же, - только и смог он прошептать. Потом поднялся и поплёлся к своей кровати, но не успел он к ней подойти, как почувствовал, что кто-то смотрит на него. Тяй никогда не мог объяснить, почему он чувствовал чужой взгляд. Когда на него кто-то пристально смотрел, он всегда ощущал неловкость, будто его уличили в чём-то неприличном. Вот и сейчас было такое ощущение, что он стащил в булочной старый засохший кекс и стоит в недоумении, зачем ему этот сладкий сухарь, не говоря уже о скверном поступке, совершённом им, но не по своей воле. Скрыга поёжился, посмотрел по сторонам, но так ничего и не заметил. Он уже собрался идти дальше, как увидел развязанный шнурок на своём ботинке, наклонился, чтобы завязать его, и буквально упёрся взглядом в два испуганных глаза, блестящих под креслом. Тяй медленно поднялся, немного постоял и вновь опустился на корточки, теперь глаза не только блестели, но ещё и судорожно бегали из стороны в сторону. Под взглядом Тяя они остановились, и хриплый голос спросил его:
– Воды не найдётся?
– Сейчас, - поспешил Тяй и облизнул пересохшие губы, он тоже неожиданно захотел пить.
– Минутку подождите – кажется, в шкафу есть минеральная вода.
– Пойдёт, - согласились два глаза, - но только быстро, а то пересохну и буду как прошлогодний пряник без начинки.
– Не торопитесь, сидите спокойно, - зачем-то сказал скрыга, поднялся и как сомнамбула побрёл за минеральной водой. Он подошёл к шкафу, с трудом открыл его створки и долго копался, пока не увидел пластиковые бутылки. Найти стакан ему не удалось, и он решил отнести бутылку с водой. Подойдя к креслу и заглянув под него, Тяй не увидел глаза незнакомца и уже подумал, что молния наслала на него всякие видения, как услышал хриплый голос, но уже из-под другого кресла: - Я не там, ты что, своей памятью не владеешь?
– А?
– завертел головой скрыга.
– Смотри налево и вниз, - строго приказал голос.
Скрыга ещё немного повертелся под шипящие замечания неизвестных глаз и наконец вновь их увидел. Он подошёл к креслу и сунул под него бутылку с водой.
– А что, стакана не было?
– Знаете, милейший, - внезапно вскипел Тяй, - я вам не стюард и не намерен обслуживать наглецов.
– Это хорошо, что не стюард, - заметил хриплый голос.
– Кстати, вы его не видели?
– Кого?
– Стюарда.
– Видел, но он ушёл и будет только утром. Позвать?
– Ни в коем случае, - испуганно засуетился голос, и его хрипота испарилась как прошлогодний снег.
– Если не хотите, чтобы я его позвал, то, по крайней мере, могли бы показаться, а то как-то слишком занятно разговаривать с призраками, рождёнными молниями.
– Я не призрак, - сказал голос, потом закряхтел, и из-под кресла вылез грязный попугай с обгоревшим хвостом. Он поднялся, взял бутылку и вылил в тарелку, после чего опустил клюв в воду. Тяй невольно посмотрел на спящего ротана, но тот даже бровью не повёл, настолько был поглощён просмотром очередной серии снов. А попугай оторвался от воды и, пытаясь изобразить изысканные манеры, поклонился Тяю. Затем дёрнул головой, словно стряхивая остатки сна, вежливо, но с достоинством произнёс: - Я тебе премного благодарен, о достойный из самаритян, ты не дал погибнуть путнику в безводной пустыне.
– Я бы не сказал, что она такая уж безводная. Только что прошёл сильнейший ливень, полдирижабля водой залило.
– Это не вода, а светопреставление. Знаете, мне так засветило молнией, что даже под потоком воды загорелся мой чудесный хвост. А вы даже не можете себе представить, что мой хвост – это достояние королевства.
– Неужели?! И какое же королевство осталось без столь ценного хвоста?
– Зря смеётесь. Когда узнаете о ценности моих перьев, особенно хвостовых, будете гордиться и рассказывать всем, какую услугу я вам оказал, приняв из ваших рук воду.
– Вот это поворот!
– изумился Тяй и сел в кресло. - А можно поподробнее с этого места, вдруг я забуду.
– Пожалуйста, - невозмутимо пожал плечами попугай, - но прежде позвольте представиться. Попугай Джухли-Мухли Четырнадцатый, Пурпурный, царских кровей поставщик нежных пёрышек к опахалам, - он склонил голову и слегка скосил глаз на Тяя, оценивая произведённое на него впечатление, но, заметив, что скрыга невозмутимо восседает в кресле, вскинулся и с возмущением спросил: - Вы что, не слышали моё известное в широких кругах имя?! Вам не приходилось бывать при королевских и султанских дворах?
– Нет, - мрачно сказал скрыга. Этот пернатый начинал действовать ему на нервы.
– Ну и зря, - смирился попугай, - хотя знаете, может, даже и хорошо, что вы не придворный. Они такие зануды. Я столько наслушался всяких наставлений, что в мои годы – а хочу вам сказать, что прожил не меньше ста лет – я решил покинуть двор и отправиться в путешествие по странам и весям. Вы мне понравились с первого взгляда, поэтому не сочтите за грубость: а как вас зовут и куда вы следуете?
– Я скрыга по имени Тяй из Королевства пустых банок, округ Нижняя Балка.
– Очень рад знакомству.
– А следуем мы на Суханатру принимать стаю бабочек данай, нам нужно их препроводить через океан в далёкую страну Ахруку.
– Удивительно!
– воскликнул попугай.
– А можно мне присоединиться к вашей компании?
– Я, конечно, не против, но не знаю, как отнесётся к этой затее мой друг ротан.
– Это который спит в обнимку с кошкой?
– В некотором роде да.
– Почему в некотором? Вы сомневаетесь, что он друг?
– Нет, я не уверен, что он спит в обнимку с кошкой, она ведь примостилась у него в ногах.
– Ах да, но это мелочи. Вы думаете, он не согласится с вашим предложением принять меня в компанию?
– С моим предложением?
– Естественно, ведь вы же расскажете про меня восхитительную историю и предложите ему взять меня с собой. Если я ошибся, поправьте меня.
– Я совсем запутался. Хорошо, пусть будет по- вашему, надо ложиться спать, я скоро свалюсь.
– Разделяю ваше мнение. Да, а как называется сей летательный аппарат и кто его капитан?
– Это дирижабль «Альбинос», выполняющий международный рейс. Капитан – грейт Мистраль, стюард мехлин Зира и кошка Блошка.
– О боги, неужели это тот самый капитан, который терпеть не может присутствия птиц?
– Вероятно, это он, так как давеча капитан как-то резко высказался по поводу альбатроса.
– Тогда точно он! Я пропал. Надеюсь, до ближайшей посадки вы не выдадите меня.
– Почему вы так боитесь, ведь вы потерпели крушение? Неужели капитан настолько бессердечен, что позволит вам погибнуть в пучине непогоды.
– Элементарно!
– с возмущением заключил Джухли-Мухли.
– Он заявит мне, что как я тут появился, так и должен покинуть корабль, а у меня сил осталось только допить минералку.