Чтение онлайн

Техей тихо усмехнулся, устало улыбаясь. Протянул собеседнику руку через стол, и, глядя в безжизненные окуляры противогаза, представился:

— Техей из Ортеан. А тебя как зовут?

Аэромант оставался неподвижным несколько секунд. Невозможно было понять, какую эмоцию он испытывает и о чем думает — специфика общения с этим племенем. Но, в конечном итоге, он крепко сжал руку петраманта и тихо сказал:

— Я бы хотел, чтобы меня звали Кай.

— М? — Техей удивленно поднял бровь и склонил голову набок. — Но..?

— У меня нет имени, — тот, кто хотел бы зваться Каем, отпустил руку Техея и, встав, щелкнул выключателем, погружая комнату в полную темноту. — Но если заслужу, я хотел бы зваться Каем.

Послышался шорох, юноша явно стягивал с головы плотну ткань, а вслед за ней — глухой противогаз.

— Давай есть.

Ужин в темноте не был чем-то непривычным для Техея — для экономии топлива и энергии иногда отключали свет на длительных стоянках племени. Впервые, однако, света не было из-за того, что собеседник не желал показывать ему свое лицо.

Наевшись безвкусной, но крайне питательной массой, двое какое-то время молча сидели в темноте. Для аэромантов это, наверняка, было привычным времяпрепровождением в свободное время (если таковое у них, разумеется, имелось). Долго отдыхать, впрочем, квазиКай не позволил — натянув противогаз и замотав голову платком, он снова включил свет, и сходу начал объяснять Техею его задачу:

— Начнем с правил, — тихо сказал он, подойдя к электрочернильному экрану на стене. Взяв в руку стилус, он принялся дублировать сказанное на экране, быстро скользя по ней пером. — Вне этой комнаты не разговаривать, не издавать громких звуков, стараться не издавать звуков вообще. Понял?

Он обернулся, глядя на Техея. Тот энергично, уверенно закивал.

— Второе. Вне этой комнаты ни шагу не делать без меня. Понял?

Техей вновь энергично кивнул.

— Третье. Не приближаться к установке. Не смотреть на установку. Не спрашивать об установке. Не думать об установке. Понятно?

Тут Техей уже не кивал, а непонимающе пялился на своего нового знакомого, чуть приоткрыв рот. Как это, не думать? Его разум с ним такие шутки проворачивает, что и жизнь не мила, а тут возьми да не думай.

— Думать можно, — юноша в противогазе вздохнул.

Техей резко, быстро кивнул, дав понять, что теперь-то он все понял.

— Мы находимся у самого дна обитаемого мира, на минус сто семьдесят втором уровне. Ниже нет ничего, только смерть и пустота, по крайней мере для людей…

Тот, кто хотел бы зваться Каем, начал длинный вводный инструктаж, и рассказывать, как оказалось, было что. Техей и не подозревал что у него под ногами все это время скрывались такие жуткие, странные и необъяснимые опасности.

Для закрепления усвоенного, юноши вскоре отправились наружу. Не-Кай понимал, что Техей не даст решение их проблеме сразу, сходу, и потому медленно, постепенно вводил его в курс дела и отвечал почти на все вопросы, которые возникали у мальчика. Все, кроме тех, что касались работы аэрационной установки, так и оставшейся для Техея одной сплошной тайной.

Ниже, на минус сто семьдесят третьем уровне макрозавода Плиоса (цифра, впрочем, была условной — местная ячейка аэромантов просто увидела эту цифру на заполненном углекислом газом уровне. В прочих их цехах эта цифра могла быть иной, так как макрозавод был слишком огромным и сложным для полного понимания), по словам не-Кая, начинался сущий ад. И дело было не только в отсутствии пригодного для дыхания воздуха, но и в местной флоре и фауне, которая в подобной атмосфере чувствовала себя фривольно и процветала.

— Кроме аэрационных установок, у нас есть и другие устройства. Системы фильтрации, перемещения газов. Углекислый газ тяжелее воздуха, поэтому его можно выделять из атмосферы планеты и отправлять на нижние уровни, откуда он не выберется обратно, — вспомнил Техей слова не-Кая из вводного инструктажа, когда они спускались вниз, посмотреть на опасную зону.

— Разве с ним нельзя ничего сделать? Переработать? Растения ведь его поглощают, — спрашивал Техей.

— В писании сказано об устройстве, поглощающем его, но никто никогда его не видел.

Юноши медленно, осторожно спускались вниз по древней, осыпавшейся бетонной лестнице. Спуск был большим, лестница примыкала к внутренней стенке казавшегося бездонным, широкого колодца, метров десять в диаметре. Откуда-то сверху едва пробивался тусклый, слабый свет, а вот внизу была сплошная чернота.

Вдруг, Техей оступился, и под его ногами осыпалась часть бетонной ступеньки. Маленький кусочек бетона, крошечный камешек, полетел вниз, в бездну. Юноши замерли, прислушиваясь к любым звукам, которые могли выдать врага, но не слышали абсолютно ничего, в том числе и того, как камень достиг поверхности. Он просто исчез, и Техей шумно сглотнул от жуткого ощущения внутри, понимая, что если сорвется, то, может, и не достигнет дна.

Не-Кай махнул ему рукой, приказывая следовать за ним. Они пошли дальше, к неприметной железной дверке, ведущей на минус сто семьдесят третий этаж. Не-Кай осторожно, медленно открыл ее, и юноши, подсвечивая себе путь маленькими фонариками, вошли внутрь.

Не-Кай всю дорогу крепко сжимал во второй руке свой кинжал. Техею не нужно было видеть его лицо чтобы понять, что не-Каю было страшно сюда спускаться. И все же он не дрогнул, повел пришельца-неуча вниз, чтобы тот своими глазами увидел с чем ему предстоит бороться.

Внизу, на нужном этаже, было, на первый взгляд, так же, как и наверху. Единственным отличием было то, что юноши дышали теперь кислородной смесью из баллонов, а круглый датчик с одной-единственной стрелкой был в положении "УГЛЕКИСЛАЯ СРЕДА". Но вскоре, проходя дальше по помещению, напоминающему аппаратную комнату с большим, длинным пультом управления, на удивление практически целым, Техей стал замечать то, что никак не мог увидеть наверху. Стены здесь были покрыты чем-то вроде плесени синевато-черного цвета, которая росла, в основном, по углам и потолку. Самым жутким было то, что свет фонариков "пугал" плесень — короткие щетинки начинали заметно двигаться, извиваться под прямыми лучами. Если же после этого лишить плесень света, то она какое-то время тускло светилась в темноте синим, а затем плавно затухала и переходила в свое обычное состояние.

— Кесиция голубая, — не-Кай рассказывал про нее, когда они были в цехе, даже схематично ее нарисовал. — Явный признак того, что началась опасная зона. Растет только в углекислотной среде. При наличии солнечного света начинает поглощать углекислоту и выделять кислород.

— Почему не использовать ее для очистки воздуха? — Техей чуть не вскочил с места, искренне считая, что ему на ум пришла гениальная идея.

— Ее споры токсичны, и у нас не получается очистить от них получающийся в результате воздух. Что характерно, размножается она и без света, и при этом абсолютно безопасна.