Чтение онлайн

– Я не хочу тебя обидеть, Поль, – он дотронулся до ее руки, заставляя прекратить мучить скатерть. – Мне просто непривычно: еще месяц назад ты и близко не подпускала меня к себе, говорила, что я просто донор, а теперь называешь папой. Прости, если чем-то задел или обидел.

– Это ты меня прости, Дим. Я была не права, когда все это говорила. Знаешь, я целых три года не могла забеременеть, ходила по врачам, и все, понимаешь, все говорили, что я абсолютно здорова и могу иметь детей. Но у меня не получалось, ничего не помогало. И только сейчас благодаря тебе я смогла исполнить свою мечту. Я просто не имею права лишать свою дочь отца, особенного такого, – Пелагея подняла на мужчину глаза, в уголках которых собирались слезы, – как ты, – почти шепотом сказала она.

Девушка смахнула с щеки слезу и слабо улыбнулась.

– Вот почему родители ребенка не могут быть друзьями? – неожиданно для самой себя произнесла вслух блондинка. – Димка, – осторожно начала она, заставив его поднять на нее глаза, – ты, наверное, сейчас подумаешь, что я какая-то ненормальная истеричка, которая сама не может понять, чего хочет, но… Я время от времени начинаю противоречить сама себе, пусть и не хочу этого. Я на протяжении месяца стараюсь взглянуть на тебя другими глазами, и иногда у меня получается это, но потом ты вмиг становишься для меня просто другом. Какие-то странные чувства засели внутри меня: ты вроде для меня самый близкий, самый лучший друг – и в то же время нет, понимаешь?

– Полюш, я не собираюсь на тебя давить. Ты должна сама разобраться в своих чувствах и решить, сможем ли мы быть чем-то большим, чем друзья. И знай, чтобы ты ни решила, я всегда буду рядом.

– Ты мне очень дорог, Дим, и я боюсь потерять тебя из-за какой-нибудь глупости, – устало протянула Поля, опустив голову на руки, лежащие на кухонном столе. – Ты даже не представляешь, как мне было плохо, когда я узнала о Викиной беременности.

Дима ошарашенно молчал. Под грузом невыносимых эмоций, запутавшаяся напрочь в своих чувствах и обессиленная Пелагея, подняв на молодого человека замученный взгляд, чуть слышно произнесла:

– Знаешь, как бы не сложились наши отношения… Вся эта история с Викой меня многому научила, – взволнованно призналась она. – У малышки уже есть любящие ее мама и папа, – задумчиво сказала Поля. – Я вижу, как светится мама, когда дотрагивается до моего живота, когда смотрит на снимок с УЗИ, когда просто говорит о нашей девочке. Дим, я хочу, чтобы и твои родители знали о внучке, я думаю, это будет правильно.

– Ты серьезно?

Девушка кивнула, вздохнув.

– У малышки должен быть хоть один дедушка.

– Полюш, они будут безумно счастливы! – он улыбнулся, нежно погладив Полину руку. – Заранее предупреждаю, что когда мама и папа узнают, тебе покоя не будет. Готовься, моя мама просто так от тебя не отстанет: ближе к девятому месяцу ты рискуешь стать пухлым хомячком! И здесь ты уже отвязаться одним “я не хочу” или “не голодна” не сможешь.

Молодые люди заливисто рассмеялись.

– В последнее время меня все закормить пытаются, – она пожала плечами, мило улыбнувшись, – поэтому я уже привыкла, не беспокойся.

– Оке-е-ей, а теперь я поеду домой, – Билан встал со стула, начав собирать грязную посуду.

– Стой, – Пелагея подскочила следом за ним, – ты время видел, нет? Уже очень поздно, оставайся здесь, а утром поедешь домой, – она жалобно посмотрела на него. – А еще мне страшно оставаться одной, особенно в такой поздний час.

– Если тебе страшно, то почему ты поехала не к маме, а в свою квартиру, а? – он презрительно сощурился.

– Ну-у… – блондинка начала на ходу придумывать объяснения.

– Вот ты хитрая лиса! Хорошо, я останусь.

Поля радостно обняла Диму за шею и улыбнулась.

– Спаси-и-ибо! Поспишь со мной в комнате, ладно? А то там правда страшно, эти ветки деревьев больше напоминают монстров из фильма ужасов, а не обычные деревья.

– Интересно, а как ты раньше спала с этими монстрами?

– Раньше я на них внимания не обращала, а теперь прямо перед глазами вижу, как они своими лохматыми лапами и острыми когтями пытаются открыть мое окно! Ты пока мой посуду, а я пойду достану еще одно одеяло, хорошо?

Помыв посуду и разложив все в шкаф, молодой человек направился в Полину спальню. Хозяйка квартиры уже устроилась на правой стороне кровати, чтобы быть подальше от двери, и поближе к левой, чтобы прижаться к Диме, который защитит ее от оконных монстров. Улыбнувшись, Билан прилег рядом с девушкой и крепко обнял ее. Вскоре они оба уснули.

Комментарий к Глава 44. Помирились Приветствую критику только в мягкой форме, укажите все недостатки работы.

====== Глава 45. Сумасшедший день ======

Комментарий к Глава 45. Сумасшедший день Слабонервным, беременным, особо впечатлительным личностям – НЕ ЧИТАТЬ.

Автор ответственности не несет.

Приветствую критику только в мягкой форме, укажите все недостатки работы.

p.s Сегодня две главы.

Дима проснулся от громкого звона будильника. Очередная репетиция с его голосятами заставила молодого человека распахнуть сонные глаза и подняться с кровати в десять часов утра. В голове мгновенно всплыл образ любимой подруги, которую уже не терпелось увидеть. Воспоминания последнего разговора тепло грели душу, подавая Билану какие-либо надежды на прекрасное счастливое совместное будущее. Быстро собравшись на репетицию и плотно позавтракав, при этом ни минуты не переставая думать о Поле, Дима отправился в Останкино.

Не успел мужчина припарковать свой автомобиль на стоянке телецентра, как у него зазвонил телефон. Это была Яна Рудковская. Ну, конечно, кто еще мог звонить в такую рань, кроме этой девушки. Продюсер сообщила Билану, что практически сразу же после дополнительного этапа он должен будет поехать в Вену, а Дима в хорошем расположении духа согласился, решив оставить своих финалистов на Анастасию Чеважевскую.

– …Представляешь, Поля предложила рассказать моим родителям про малышку, – начал объяснять он Яне причину своего хорошего настроения. – Я до сих пор поверить не могу в то, что она предложила мне сама сообщить маме и папе о нашей дочурке! Мы вчера с ней так душевно поговорили? и теперь я точно уверен, что Пелагея станет моей. И только моей. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я ее люблю, и это взаимно, пусть Поля сама еще этого не понимает.

– Дим… Ты вообще как себя чувствуешь? – ошарашенно спросила Рудковская. – Ты только вчера мне говорил, что ненавидишь эту «самовлюбленную тварь», вечно бесившую тебя. Какая малышка? Какая любовь? Ты о чем вообще?

– Ян, не тупи, а, это было сто лет назад, наши отношения уже давно стали дружескими. Я говорю о Пелагее, которая уже почти пять месяцев носит под сердцем нашу дочь.

– Билан, ты пил вчера? Вы с Полей друг друга на дух не переносите! Какая дочь?! Ты же Вике предложение делать собирался, даже организовал уже все!