Чтение онлайн

— Добрый день, вы меня вызывали, — говорит моя подруга Анна, возникшая на пороге.

Волосы уложены в аккуратную прическу, на лице минимум косметики и очки (скорее всего, для имиджа, ведь у нее никогда не было проблем со зрением), фигура упакована в строгий деловой костюм.

Начало разговора постепенно нагоняет на меня тоску, обмен любезностями, выяснение общих рабочих вопросов. Попутно узнаю, что Анна работает в отделении той самой немецкой компании, что подарила мне романтичного шефа-монтажника, причем филиал находится в России. Значит, туда она убралась без объяснения причин и слезливых прощаний.

Мужчина-руководитель явно большая шишка, заметно по тону его голоса, по содержанию фраз и постановке вопросов. Анна явно переживает, недоумевает, почему рядовую сотрудницу вызвали в кабинет такого важного человека. Признаюсь, мы недоумеваем вместе, пока он не говорит:

— Что вы знаете о мистере фон Вейганде?

Сжимаю пульт от проигрывателя так крепко, что пальцам становится больно, но я не обращаю внимания.

— Мистер фон Вейганд работал с нами, на заводе, он выполнял обязанности…

— Анна, я поставлю вопрос иначе, — мягко прерывает ее мужчина. — Что рассказал вам мистер Ригерт?

— Не вполне понимаю, — осторожно произносит моя подруга, но ее чувства выдает стремительно бледнеющие лицо, хоть в остальном она безупречна.

— Вы же умная девушка, ценный сотрудник нашей компании, о котором я получил только положительные отзывы. Я надеялся на гораздо большее понимание с вашей стороны. Не тревожьтесь понапрасну. Мне и без того все известно. Мистер Ригерт помог вам устроиться сюда, так? Лично просил, оказывал содействие… наверное, вы не хотите подставлять его под удар?

Пауза. Анна отчаянно пытается собраться с мыслями, наконец, выдает не слишком связное:

— Я не знаю, могу ли… да, он помог… но… понимаете…

Ее голос дрожит, видно, что ей чертовски неудобно сидеть под прицелом у начальства, она мечтает выбраться из однозначно невыгодного положения, однако понятия не имеет как это сделать.

— Хотите воды? Кофе или чай? — предлагает мужчина и добавляет: — Не бойтесь, Анна, вам не угрожает ничего серьезного.

Догадываюсь, о чем она думает — «совсем ничего» или «ничего серьезного». Тем временем, он связывается с секретаршей и отдает распоряжения, снова завязывает непринужденный разговор ни о чем, продолжает только после того, как моя подруга успокаивается и дегустирует чашечку кофе.

— Что конкретно вам рассказывал мистер Ригерт?

— Что они проверяют заводы, — капитулирует Анна. — Тайно получают важную информацию о реальном положении дел на предприятии, а это… не совсем законно. Об этом даже не все сотрудники компании знают, а те, кто знают, подписывают специальные бумаги о неразглашении. Все, больше ничего не знаю.

Бинго. Просто таки джек-пот. Сериал становится все интереснее.

— Разумеется, основная сфера деятельности нашей компании — это разработка и установка нового оборудования, — вносит больше ясности руководитель. — Далеко не каждый сотрудник знает о втором направлении. Проверка предприятий по всему миру. Для этого у нас имеется особый штат, именно туда входили мистер фон Вейганд и мистер Ригерт.

Он рассказывает намного больше. О том, кому такая информация нужна, как ее используют и за сколько продают. Приводит факты, случаи, широко освещенные в прессе, делится секретами.

Уверена, и мне, и Анне абсолютно ясно одно — ситуация паршивая. Такими познаниями не сыплют ради красного словца, за них и убить можно. Чем больше всплывает на поверхность, тем страшнее становится.

— Нам пришлось навсегда прекратить сотрудничество с мистером Ригертом, — подводит знаменательную черту приятный баритон. — За нарушение конфиденциальности.

Моя подруга не в силах сдержать нервного кашля, снова берется за чашку, но та выскальзывает из дрожащих пальцев и, судя по звуку, разбивается вдребезги.

— Успокойтесь, Анна, — произносится с долей недоумения и насмешки. — Это же не боевик про русскую мафию. Мы действуем исключительно в рамках закона. Когда я сказал о прекращении сотрудничества, то имел в виду, что мистер Ригерт больше у нас не работает. Впрочем, с той рекомендацией, которую он получил, вряд ли сумеет найти должность в другой компании. По крайней мере, на территории Европы.

А далее следует заманчивое предложение. Из тех, на которые не отвечают отказом.

— Мы могли бы предложить вам должность в головном офисе, в Германии. С вашим уровнем немецкого это вполне реально. Сами понимаете, другой уровень зарплаты, — завлекает руководитель, щедро сдабривая речь цветистыми эпитетами о бонусах и приятных приложениях, широких перспективах карьерного роста.

Успеваю внутренне успокоиться вместе с Анной.

— Есть только одно условие, — приходит черед для ложки дегтя. — Необходимо подтвердить некую информацию о вашей подруге Лоре Подольской.

— Какую? — удивление автоматически вырывается наружу.

— Я дам вам подробные указания после подписания соответствующего договора о неразглашении, — раздается уклончивый ответ. — Понимаю, нужно время на раздумья, вопрос серьезный.

— Нет, почему же, — тихо произносит Анна, помедлив несколько секунд.

И мое горло режут тупым ножом.

— Я согласна.

Нажимаю на паузу. Физически невозможно дышать, внутренности обдает кипятком. Закрываю глаза, пробую успокоиться, хоть немного прийти в себя.

Мне давно известно, что подруга удачно продалась и услужливо плела моим родителям сказки Венского леса. Но знать и видеть — абсолютно разные вещи.

Последующие серии не менее захватывающие. Пусть качество съемки не голливудское, а камера одна, мне вполне хватает спецэффектов.

— … Родители Лоры считают, что она пропала без вести, — знакомый баритон повествует о подробностях.

— А она? — сдержанный вопрос.

— Не думаю, что вы когда-нибудь встретитесь вновь, — обтекаемая реплика с недвусмысленным намеком.

— Понятно, — коротко и ясно. — Что именно я должна им сказать?…

Больше не останавливаю ход событий, просматриваю до самого конца, кадр за кадром, пытаюсь найти оправдание и не нахожу. Ищу не для Анны, для себя, собственного понимания, хотя бы малейшего.

Способна принять страх потерять работу, навредить семье, лишиться жизни. Способна уразуметь желание карьерного роста и личной выгоды. Глупо отказываться или рисковать.

Но до слез пронимает равнодушие. Быстрое согласие, похвальная инициативность. Не замечаю ни капли сомнений, никаких отголосков раскаяния. Даже секундных колебаний нет.