Чтение онлайн

Глава 3

Давай, давай, добавь огня в пекло...

Я до сих пор не понимаю,

Как мы умудряемся сами себе так врать, а? Давай!

Интонация - Выше неба

Пытаюсь приподнять голову с подушки, но тут же с громким стоном роняю её обратно. Ощущение такое, что кто - то безжалостный и очень настойчивый вбивает мне гвозди в виски. Ненавижу! Ненавижу шампанское! Знала же, что даже после одного бокала «шипучки» у меня будет зверски болеть голова, но... сколько я вчера выпила? И где я вообще?

– С добрым утром, пьянь, - знакомый голос заставляет почти подпрыгнуть.
– Вернее, с не очень добрым.

– Никита?
– резко сажусь на кровати, тут же жалея о том, что, в принципе когда - то родилась на белый свет.
– Господи, что ж так хреново - то?
– выстанываю я, обхватывая ладонями многострадальную головушку, одновременно замечая Ника. Он вальяжно развалился в компьютерном кресле, развернув его спинкой к письменному столу. Выглядит свежо, словно и не было накануне никакой вечеринки. Вот только на верхней губе замечаю припухлость и небольшое пятно тёмно - бордового цвета.

– Полусладкое шампанское и растрёпанные чувства - спонсоры вчерашнего веселья и утреннего похмелья, - подкалывает Ник. Он скользит по мне насмешливым взглядом, задерживаясь на груди.

Опускаю глаза вниз... твою ж мать! Одеяло сползло, и я сижу на кровати по пояс голая. Вновь смотрю на Ника, попутно судорожно прикрываясь. Он с нескрываемым интересом наблюдает за мной, покусывая губы. Перевожу взгляд на письменный стол, постепенно вспоминая, чем мы с Никитой занимались на нём несколько часов назад. Дыхание перехватывает, чувство стыда накрывает удушливой волной, окрашивая щёки в красный цвет. Заглядываю под одеяло, с облегчением убеждаясь, что я спала не полностью голой. Наличие трусов на моей заднице, снискавшей вчера приключений, оставляет надежду...

– Успокойся, - Ник поднимается с кресла. Он больше не выглядит ни весёлым, ни довольным. В его голосе отчётливо улавливаю нотки раздражения, смешанные с сожалением.
– Ничего у нас ночью не было.

Никита идёт к выходу из комнаты, но останавливается возле кровати. Кивает в сторону тумбочки:

– Выпей.

Замечаю на ней стакан с водой. Благодарно киваю ему, сразу делая большой глоток. У жидкости оказывается приятный, но кислый привкус. Поднимаю на него недоуменный взгляд:

– Что это?

– Аспирин, - усмехаясь, отвечает он.

– Спасибо, - делая ещё один глоток, говорю я.

Ник, словно передумав уходить, продолжает стоять посреди комнаты, засунув руки в карманы серых спортивных штанов и задумчиво разглядывая меня. Под его взглядом становится не по себе. Это ночью после нескольких бокалов шампанского я была безрассудной и смелой. Позволила себе отпустить свои желания на волю. Теперь же я сижу перед Никитой почти голая, а в памяти то и дело всплывают картинки того, как исступленно мы целовались, как я теряла разум в его руках... от вчерашней уверенности не остаётся и следа. И я боюсь не того, что Ник сейчас начнёт приставать ко мне. Я боюсь своей реакции на него. Всё стало намного хуже, потому что теперь я не просто представляю, а точно знаю, как запредельно хорошо может быть в его объятиях.

Пауза явно затягивается. Сглотнув, спрашиваю:

– Куда ты вчера проп... кхм, - делаю вид, что закашлялась. Нет, ну надо быть такой дурой, чтобы самой напоминать о произошедшем между нами! Быстро выговариваю: - Я хотела узнать, что с твоим лицом?
– на самом деле мне интересно, куда он пропал, уйдя за презервативами. Потому что мои воспоминания обрываются на моменте, как я сняла чулки, вернулась в постель, и, видимо, уснула.

Ник дотрагивается до разбитой, насколько я смогла разглядеть, губы. Замечаю, что и костяшки пальцев на правой руке у него сбиты. Произносит как - то рассеянно:

– Ерунда. Пришлось вчера одного перепившего мудака привести в чувство, - он делает вид, что не слышал моего первого вопроса.

Я допиваю лекарство, оглядываю комнату, стараясь не встречаться взглядом с Ником. Спрашиваю:

– Где мои вещи? И номер такси подскажешь?
– сумку с телефоном, кстати, тоже не помню, где оставила. Идиотка, как есть идиотка.

– Полина, - вздохнув, произносит Ник, - чего ты так дёргаешься?

– Непривычно, знаешь ли, просыпаться с похмельем в чужой постели, - отвечаю честно, комкая в пальцах края одеяла.

– Ну, всё бывает в первый раз, - со смешком в голосе говорит Ник. Указывает рукой в сторону двери: - Напротив комнаты ванная. На полке возле мойки найдёшь чистое полотенце, зубную щётку и свои вещи. Приводи себя в порядок и спускайся вниз. До дома я тебя подкину, мне всё равно к себе надо, - поясняет Никита, не давая мне возможности возразить.
– Я буду внизу, - добавляет он и выходит из комнаты.

Закутываюсь в одеяло, осторожно выглядываю в коридор. В доме на удивление тихо. Прошмыгнув в ванную, запираю за собой дверь. Надеюсь, горячий душ поможет прийти в себя и собраться с мыслями. Но один урок я точно усвою до конца жизни: больше никогда не буду так напиваться.

*****

Нахожу Никиту на кухне. Приняв душ, высушив волосы и надев свои вещи, чувствую себя увереннее. Хотя нет, я пытаюсь выглядеть уверенной в себе, а внутри меня хаос. Хоть он и попробовал меня успокоить, мне это не особо помогло. Я не знаю, как вести себя с ним. Сделать вид, что между нами ничего не было? Мы не переспали, но только потому, что он задержался и я успела отрубиться. Мне одновременно и неловко, и стыдно, а ещё где - то в глубине души я жалею, что мы не дошли до конца. Второго шанса я себе не дам.

Ник стоит спиной к дверному проёму у плиты, потому не сразу замечает меня. Но когда оборачивается, я не могу сдержать улыбку. На нём надет фартук, на котором изображены упитанные амурчики в поварских колпаках, а вместо луков со стрелами они держат подносы с разными блюдами. В этом фартуке Ник выглядит одновременно забавным и по - домашнему милым. Он улыбается мне в ответ: по - мальчишески задорно и искренне, именно той улыбкой, от которой моё сердце каждый раз сначала замирает, а потом начинает биться чуть быстрее.

– Это мамин, - Никита дёргает за край фартука.
– Я ей подарил.

– Смешной, - говорю я, продолжая улыбаться.

– Милый, - назидательно подняв вверх указательный палец, уточняет он. Затем кивает в сторону барной стойки: - Садись, угощу тебя кофе. Хотя... может тебе будет удобнее на ней?
– спрашивает Ник с усмешкой, не упуская возможности меня подколоть. А потом и вовсе начинает насвистывать мелодию, под которую мы с Маринкой танцевали.

– Пономарёв!
– возмущённо восклицаю я.
– Мог бы и не напоминать, - очень хочется чем - нибудь в него запустить. Жаль, под рукой оказывается только полотенце, небрежно брошенное на стойку.