Чтение онлайн

Он поднял голову Бретта с подушки, встряхнул ее и сказал:

– Ты съешь свои яйца, и, может быть, я оставлю тебя в живых. Понял?

Бретт мог только ахать и стонать. Рокко засунул мешочек в рот - "чайный пакетик" из его собственной мошонки. Одно из яичек попало ему в горло, закупорив дыхательные пути. Рокко вздернул его подбородок. Коренные зубы Бретта раздавили второе яичко. Он издал хлопающий звук. Трубчатые внутренности вывалились в преддверие его рта, и у него отвисла челюсть.

Он дышал через нос. Он был жив, но у него не хватало сил съесть собственные яички, чтобы выжить. Его лицо снова упало на подушку, яичко выкатилось из горла.

Рокко сказал:

– Я думаю, ты не хочешь жить. Ну что ж...

Он схватил дрель. Нажал на спусковой крючок, надеясь напугать Бретта жужжанием дрели. Однако это напугало Скута больше, чем кого-либо другого.

Когда Рокко прижал кончик сверла к затылку Бретта, Скут крикнул:

– Не надо!!!

Рокко нахмурил брови.

– Прошу прощения?

– Мы заключили сделку, - сказал Скут.
– Ты сказал, что не собираешься его убивать.

– Я передумал.

– К черту это! Это какая-то чушь, и ты это знаешь!

– Хорошо, хорошо. Я просто солгал. Так лучше?

– Не делай этого! Не смей, блядь! Если ты это сделаешь... Если ты это сделаешь, я уйду.

Рокко фыркнул, затем сказал:

– Ты уйдешь, и мы расскажем твоей семье твой маленький секрет. Как насчет этого?

– Это разрушит мою семью, но я предпочел бы, чтобы меня считали уродом-извращенцем, чем уродом-извращенцем и убийцей. Вот, где я провожу свою черту. Я говорю тебе: если ты убьешь его, я уйду отсюда. Ты можешь выстрелить мне в спину, но так или иначе, копы соединят все части и свяжут все это с тобой и Лучано. И что тогда? Ты вернешься к тому, с чего начал. Еще одно бесконечное расследование. И вы можете не оправиться от этого.

Шум телевизора мешался с хриплым, неглубоким дыханием Бретта. Рокко уставился на Скута холодными глазами, его зрачки были полны бесконечной апатии. Затем он ухмыльнулся под маской.

Он сказал:

– У тебя есть яйца. Больше, чем у этого парня, а?
– cобирая свои инструменты, он поманил Скута и сказал: - Я не хочу опаздывать на нашу следующую встречу.

– Ты... Ты собираешься просто оставить его в таком состоянии?

– Ты ведь этого хотел, не так ли? А чего ты ожидал? Я собирался... снова прикрепить его яйца и засунуть задницу обратно в его тело? Я собирался вызвать скорую помощь и армию полицейских, которые будут искать твое такси? Либо он так и останется, либо я его убью. Так что будь мужчиной и скажи мне точно, чего ты хочешь: ты хочешь уйти или хочешь убить его?

– Давай... Мы должны... Давай просто... Черт, он...

Сердце Скута подпрыгнуло. Снаружи послышалось еще одно урчание автомобильного двигателя. Машина проехала мимо дома. Он больше не мог оставаться здесь. Он выбежал из комнаты. Рокко тихо рассмеялся, следуя за ним с портфелем в руке. Бретт остался прикованным к кровати с мошонкой во рту и прямой кишкой между бедер.

ГЛАВА 15. Чересчур

– Нет, нет, нет, нет, нет, - закричал Скут, слова вырывались у него изо рта в спешке.
– Почему я тебя послушался? Зачем... зачем я туда пошел? Зачем? Зачем?!!

– Что я тебе говорил о превышении скорости?
– спросил Рокко с заднего сиденья.

– Пошел ты!
– прошипел Скут, бросаясь к зеркалу заднего вида.

– Почему ты злишься на меня? А? Я сделал то, о чем ты меня просил. Я оставил его в живых. Ты. Ты оставил его страдать, ты, бессердечный сукин сын. Я собирался проявить к нему немного милосердия, избавив его от страданий. Если он переживет это... только представь себе будущее этого человека. Не сможет ходить, не сможет трахаться, вероятно, даже не может нормально срать. Это хуже смерти, не так ли? И все это из-за тебя.

Такси затормозило посреди пустынной дороги. По обеим сторонам улицы стояли старые, потрепанные машины. В некоторых окнах соседних многоквартирных домов горел свет. В нескольких кварталах от них грохотала и лязгала тележка, полная мусора и раздавленных консервных банок.

Скут, спотыкаясь, выбрался из машины. Стоя на четвереньках, он блевал на выцветшую желтую дорожную разметку между полосами.

– Возвращайся в машину, Скут, - сказал Рокко.

Скут сплюнул, потом его вырвало. Он прижал ладони к глазам и зарыдал. Его крики эхом разнеслись по улице, несмотря на усталых жителей. Рокко вылез из машины. Он схватил Скута за плечо и помог ему подняться на ноги.

Скут отпрянул и закричал:

– Не прикасайся ко мне!

Рокко указал на него и сказал:

– Говори потише, черт возьми.

– Держись от меня подальше! Я покончил с этим дерьмом! Это, блядь, чересчур для меня!

– Закрой свой чертов рот, парень. У тебя на заднем сиденье портфель, набитый оружием, ты весь в крови другого человека, и ты кричишь, как сумасшедший. Если сюда приeдут копы, тебе крышка.

– А как насчет тебя? А? Это твое оружие. Это... Эта кровь – твоя!

– Вообще-то это Бретта.

– Но ты отнял ее у него! Ты сделал это! Если я облажался, то и ты тоже! Мы оба!

Рокко поднял руки, как бы говоря: Успокойся. Запустив руки в волосы, Скут расхаживал рядом со своим такси и что-то бормотал себе под нос. Кое-кто из соседей выглянул в окна, а потом занялся своими делами. Если это не было связано с полицейскими сиренами, выстрелами или душераздирающими воплями, это их не беспокоило.

Скут остановился перед Рокко. Он ткнул пальцем в грудь костолома и сказал:

– Я ожидал, что ты его побьешь. Я даже подумал, что, может быть, сломаешь ему ноги молотком, бейсбольной битой или чем-нибудь в этом роде. Я не думал, что ты просверлишь ему коленные чашечки и... и... Срань господня, чувак, я не подписывался на пытки.

– Думаю, мне нужно напомнить тебе: ты ни на что не подписывался. Ты должен это сделать.

– Да, да, ты прав, - сказал Скут, неловко улыбаясь, как будто собирался разрыдаться.
– Ты и твой босс втянули меня в это. Я был невиновен.

– К черту... это ложь. Мы действительно втянули тебя в это, но ты не невиновен. В тебе есть какие-то внутренние демоны – настоящие злые демоны. Ты сам сделал это с собой. Сейчас я могу позвонить Винсенту, закончить ночь и освободить тебя, но он не будет рад этому. Может быть, он придержит одну или две фотографии, потому что ты немного помог нам - мы действительно ценим это - но не жди, что он просто отпустит твои грехи.

Скут понял, что он не блефует, и подумал о своей семье. Он не мог снова разочаровать своих детей. Он отказался разрушать их жизни. Он помог Рокко пытать человека, так что он уже слишком глубоко увяз. Не было никакого отступления - никакого возвращения к нормальной жизни. Он сел на водительское сиденье и захлопнул за собой дверцу.