Плохиш для преподавательницы
Шрифт:
— Да кто? Ты можешь нормально сказать, а не кричать. От этого я тебя лучше не пойму. Кто и куда его забрал?
— Я не знаю, кто они. Пришли в квартиру, скрутили Витеньку. Этот бугай избил его. И сказал за то, чтобы больше на маленьких детей руки не распускал. Два амбала держали его. Пока он избивал Витю. Выкручивал ему конечности. А потом они забрали его истекающем кровью и без сознания. — Плачет на взрыв.
А у меня внутри все переворачивается. Я понимаю теперь, о ком она говорит. — Артур
— Я не знаю, кто это. Они его забрали. Звони ему и говори, чтобы вернули. Мой бедный- скулит.
Я только сейчас понимаю, что сказала имя в слух. Меня трясет. Внутренности скручивает.
— Ты меня слышишь, дрянь! Это все из-за тебя. Что ты ему сказала такого — орет пьяная мать.
— Правду. Вот что. И ты сама это знаешь.
— Нет, паршивка. Это враньё, Бред твоей бабушки и твой. Чтобы забрать тебя и получать деньги. — Визжит так, что у меня закладывают уши.
— Да послушай ты себя. Она никогда и копейки не получала за меня. Ты знаешь правду. Видела все своими глазами. — Кричу от злости и обиды.
— Ой, да хватит тебе уже. Ничего не было. Ты пырнула Витю ножом и оболгала. Чуть не покалечила его. Скажи своему отморозку, чтобы вернули Витю. — Кричит и кладет трубку.
Доказывать ей что то без полезно. Она знает правду, но никогда не признается. Что ее муженек извращенец и педофил. Если ей так удобно, пусть верит во что хочет. Она мне не нужна. Ни она, не ее любовь.
Пол часа после разговора я хожу по кухни, не решаясь ему позвонить. Собираюсь с духом. Набираю номер. Нервно постукивая ногой. Трубку он берет сразу.
— Отпусти его, — говорю первой, до того, как он что — то скажет. Тяжело вздыхаю. — Ты обещал, что не тронешь.
— Как и ты обещала. Не уходить, не поговорив со мной. — Злиться. По голосу слышу всю его ярость.
— Зачем ты это делаешь? Чтобы привлечь моё внимание. Ты знал, что она мне позвонит?
— Знал- отвечает спокойно. — Как и то, что ты не сможешь быть от этого в стороне. Не важно, что сделал этот кусок говна. Ты все равно будет просить его, отпустит и не причинять вред. — Кричит. Вздрагиваю. Тяжело дыша.
— Артур, просто отпусти. — Голос уставший. У меня нет сил с ним ругаться и бороться.
— Хорошо — отвечает слишком быстро. — Но с условием.
— Ну конечно. Куда же без этого. И что ты хочешь? — спрашиваю уже спокойно.
Но внутри все совсем ни так. Я не знаю, что от него ожидать.
— Ты приезжаешь обратно. — Твердо, без возражений.
— Почему ты вечно все усложняешь?
— Нет, крошка — от прозвища ком в горле застревает. Дышать становится тяжело — Это как раз просто. Твой приезд в обмен на сохранение жизни ублюдка.
— Ты не сделаешь этого. Не убьешь его. — Замираю, боясь услышать ответ.
— Ты меня, видимо, плохо знаешь. За свое я готов рвать глотки. А ты, крошка. Моя. Была и будешь, как бы далеко не пыталась от меня убежать.
Я срываюсь. Слезы непроизвольно катятся по щекам. Перестаю видеть перед собой. В голове туман, а сердце хочет выпрыгнуть из груди.
— Выбор за тобой, — шепчет Артур, и я слышу, как на заднем плане орет человек. От боли. Вздрагиваю, прикусывая губу в кровь.
— Хорошо, ладно. Только перестань. — Как только слова с всхлипом вырваться из меня. Крики прекращаются.
— Не нужно плакать из-за него, крошка. Ты делаешь только хуже, и моё желание убить его возрастает. — Снова крик.
— Хватит! Прекрати, умоляю, — зажмуривая глаза. До ряби. Он думает, что я плачу из-за того урода, что лишил меня детства. Но я плачу из-за него. Я не хочу, чтобы Артур становился убийцей.
— Хорошо. Все закончиться. Я больше его не трону. Но ты приедешь, и чем быстрее, тем лучше.
— Я приеду. Только.
— Что такое? — В его голосе столько беспокойства и страха.
— Я приеду. Только ты должен. Держатся от меня подальше.
— Крошка, ты вновь разбиваешь мне сердце. — Боль в его голосе. То же самое делает с моим. — Но я согласен. Того, что ты будешь близко ко мне. Меня успокаивает. — замолкает — Можно вопрос? — его голос только что дрогнул? Он нервничает или мне кажется?
— Какой? — замираю. Не дыша.
— Ты — сглатывает — Ты беременна?
В его голосе столько предвкушения.
— Нет
— Блядь! — ругается Артур. — Нужно было стараться лучше. Ну ничего, у нас ещё все впереди — говорит уверенно. И его не смущает ничего.
— Нет, Артур. У нас все закончилось. И ничего не будет.
— Это мы ещё посмотрим, крошка. Приезжай. Я люблю тебя. — Сбрасывает.
Рыдание вырываются из меня. На этот раз я не сдерживаюсь. Кричу от боли и не справедливости.
Глава 43
Квартира открыта. На кухне играет музыка, и Вика поет. Улыбаюсь. Несмотря на ситуацию в которой я оказалась. Рада быть дома. Даже за такой короткий период я соскучилась. Кладу сумку с вещами на пол.
И тихо иду на кухню. Облокачиваюсь о косяк двери и смотрю, как Вика, пританцовывая, готовит.
Улыбка расплывается по лицу. Вика оборачивается и вскрикивает при виде меня.
— Какого? — кричит
— И я рада тебя видеть. — Снова улыбаюсь, выключая колонку.
— Почему ты здесь? Что случилось? — Обнимает меня крепко, так, что кости трещат.
— Раздавишь. — Шепчу.
— Господи! Полин! Почему не позвонила Я бы, встретила тебя. И почему ты в городе? — Вопрос за вопросом, даже не зная, на какой отвечать.
— Я все тебе расскажу. Нальешь кофе?
— А может лучше что-то по крепче?
— Думаю, вино сейчас было бы кстати. — Грустно улыбаюсь.
Вика кивает. Отходит от меня, наливая в бокалы вина. Мы садимся, и я все рассказываю. После того как она узнала причину. Вика выпивает полный фужер.
— Вот же гад. Манипулировать тобой — это низко. Он знал, что ты позвонишь. Не важно, кто этот ублюдок для тебя. Ты не останешься в стороне и попросишь его не причинять козлу вред. — На секунду задумывается, снова наливает. — Он заслужил. Уверена, он ещё долго не придет в себя и надеюсь, что останется импотентом. Так ему и надо! — зло шипит Вика.