Плохое влияние
Шрифт:
Я резко встаю с кровати, напуганная, и Эрос смотрит на меня, не зная, что делать. Мы оба
не понимаем, что происходит.
— Одевайся. — говорю я, бросая ему его футболку Adidas и начиная надевать нижнее
белье.
Шаги становятся всё ближе, и мы с Эросом не можем спешить больше. Я не знаю, что за
чертовщина происходит и почему в моем доме так много людей, но мне это совсем не
нравится.
Я только надела тапочки, когда дверь открывается с шумом, и в комнату врывается целая
группа полицейских. Побледнев, я оборачиваюсь к Эросу, который, к счастью, уже
полностью одет.
— Эрос Дуглас, вы арестованы по подозрению в покушении на убийство, вымогательстве, угрозах и других преступлениях, о которых мы поговорим в участке.
Эрос хмурится от недоумения, а я не знаю, что делать, я в полном шоке. Мой отец входит
в комнату с серьёзным выражением лица и даже не решается смотреть мне в глаза.
— Я ничего не сделал. — жалуется Эрос, отступая назад.
Полиция схватывает его за запястья, надевает наручники и толкает его.
— У вас есть право молчать, всё, что вы скажете, может быть использовано против вас. –
говорят они, выводя его из комнаты.
— Эрос! — кричу я, пытаясь подойти к нему. Но мой отец останавливает меня, вставая
передо мной и качая головой.
Что, черт возьми, происходит…
Глава 42
ЭРОС
Один момент ты получаешь минет, а в следующий уже арестован полицией. Такая вот
жизнь.
Я улыбаюсь чуть в бок. У меня болит губа адски, я знаю, что из неё течёт кровь, потому
что вижу, как маленькие капельки красного стекают по подбородку и падают на мои
штаны, окрашивая их в тёмно-красный цвет. Меня ударили, когда я пытался вырваться, и, наверное, мне её разбили. Мне должно быть хреново. И мне хреново. Внутри я зол. В
ярости. Хочется составить ещё один чёртов список мести и записать в тетрадь имена
каждого из них, чтобы они ответили за то, какие они мудаки. Но я глубоко вздыхаю и
улыбаюсь, потому что знаю, что это их раздражает больше.
— Твой адвокат уже в пути. — говорит полицейский, который, похоже, собирается меня
допросить.
— Отсоси.
Я откидываюсь назад, опираясь на спинку стула. Мои запястья болят, и если кровь
продолжит течь из моих губ, я в конце концов истеку кровью.
Дело в том, что Брюс Расселл — адвокат. Это его основная работа, наряду с должностью
ректора воспитательной колонии и директора школы. Почему, черт побери, Брюс меня не
защищает? Он меня знает, он знает, что я никогда не сделал бы ничего плохого его
дочери. Он знает, что я не тот самозванец. Он видел, как я спасал Риз от прожекторов. Он
знает, что я спас жизнь, когда произошёл взрыв машины. Он знает, как я набил лицо
Джастину МакГрею, когда он и Ариадна Тейлор выложили тот видос про неё на балу
весны. Я просто не понимаю. Я не должен быть здесь.
— Меня уже один раз обвиняли в том, чего я не делал. Вы собираетесь сделать это
снова?
Агент смотрит на меня, но не отвечает. Он не выглядит очень старым, ему около
тридцати, но уже полуплешивый. На шее у него висит удостоверение, поверх синей
рубашки. У него есть пистолет, он не показывает его, но он виден в ремне его брюк. Он
мне не доверяет.
Дверь в комнату для допросов открывается, и появляется мужчина в костюме с
чемоданом. Он представляет себя моим адвокатом и садится по ту сторону стола, чтобы
поговорить со мной о моём деле. Он говорит, что пока не будут пересматривать дело об
убийстве моей семьи, но если меня всё-таки обвинят в том, что я тот аноним, то могут
закрыть меня в тюрьму на несколько лет. Хотя, конечно, по его словам, у меня есть много
фактов, которые меня оправдывают, и они подтверждены несколькими свидетелями, в
том числе Брюсом и Риз Расселл, которые меня поддерживают.
Я уже день не видел Риз. Как только меня привезли, меня заперли в подземелье, потому
что ещё не собирались допрашивать. Мне пришлось спать на хреновом металлическом
скамейке, а этой ночью меня разбудили, чтобы нацепить наручники и отвезти в комнату
для допросов. Первое, что я сделал, это спросил про Брюса и Риз, но никто ничего не
сказал. Я попытался вырваться, и меня избили. По их словам, это было в целях
самообороны, так что я не имею права жаловаться.
— Начнём. — говорит агент, садясь напротив меня. Адвокат сидит рядом, с несколькими
отчётами. — Эрос Дуглас. Также известен как Легенда. — он листает несколько бумаг и
потом смотрит на меня. — Более ста пятидесяти приютов, исключён из всех
исправительных учреждений страны, преступления разных степеней тяжести ещё в
детстве... Похоже, ты был преступником с самого маленького возраста... какое грязное
досье! Не удивительно, что ты настоящая чёртова легенда. — восклицает, положив
бумаги на стол.
Адвокат бросает на меня взгляд. Я закатываю глаза. Преодолейте это уже.
— Хорошо, тебе предъявляют обвинения в том, что ты скрывал свою личность под
анонимом, угрожал и совершал несколько попыток убийства Риз Расселл, дочери
миллионера Брюса Расселла. Ты единственный человек, который жил с ними в тот
период, имел полный доступ к дому, твои отпечатки пальцев найдены на пистолете, зарегистрированном на имя Брюса Расселл, и как-то так получается, что анонимные атаки
начались в тот же день, когда ты вышел из исправительного учреждения в Майами и
устроился на работу к мистеру Расселл. К тому же несколько раз Риз получала угрозы, когда ты и она были вдвоём, случайность?