Чтение онлайн

– Нет, нет,- смутился Аскеназа, - просто не хотел, чтобы ты ходила в грязном.

– Давай брюки.

– Что?

– Ну, у тебя же явно нет шорт.

– Зачем тебе брюки?

– Я не буду ходить в одной рубашке, как дура.

– Опять эти причуды?
– Аскеназа заинтересованно взглянул на меня, - считаешь, что ты выглядишь в рубашке нелепо? Это противоречит твоим правилам?

– Да, - кивнула я, развернулась и пошла в ванну. Рубашка плыла за мной. Едва я хотела закрыть дверь, как вслед за мной влетели брюки. Я победно улыбнулась и заперла дверь. А ведь он волшебник, пожалуй, может открыть с помощью своей магии. Я осмотрела мебель в ванной, чем можно перегородить дверь. Но вовремя опомнилась. Зачем Аскеназе лезть ко мне в ванную. Он же не какой-нибудь грязный извращенец. Тем более, что грязная сейчас я.

Поэтому я скорее скинула свои лохмотья и направилась смывать грязь. На полочках было несколько флаконов мужских шампуней, гелей для душа и бритья.

Я понежилась под приятным душем, воспользовавшись всем, что нашла. Ну, вот, теперь я стану Аскеназой. Я вытерла волосы и тело. Осмотрела одежду Аскеназы и выяснила, что это был Карл Лагерфельд. Ну, ничего себе. Кошка бы упала в обморок, если бы узнала, какую рубашку и брюки я теперь ношу.

Все это было мне большим. И скорее всего я выглядела смешно. Но лучше быть абсолютно смешной, чем абсолютно скучной, как говорила Мерлин Монро. А она знала, что говорит. Я хотела посмотреть на себя в зеркало, но его не было, как ни странно. Поэтому я вышла из ванны и прошла в спальню. Там никого не было, и я отправилась на первый этаж. Там я тоже не встретила Аскеназу. Я не стала включать свет. Мне казалось это важным почему-то. Может, он любит темноту.

Я села возле камина и почувствовала легкий, едва уловимый аромат. Я смотрела на огонь и думала о том, что же мне делать и какова настоящая роль Аскеназы в моей судьбе. Вскоре мне стало казаться, что кто-то наблюдает за мной, я встала и, обернувшись, столкнулась с Аскеназой. Он стоял рядом. И мой нос уткнулся ему в грудь. Я сделала шаг назад и заглянула в его черные горящие глаза. Первый раз, в академии, мы встретились точно также. Но была ли эта встреча первой? Я вспомнила, как видела в видениях, в зеркалах эти странные глаза. Хотел ли Славик таким образом предупредить меня. Или это Аскеназа преследовал меня уже давно?

Аскеназа провел рукой по моей щеке, а потом взял мои ладони в свои.

– У тебя царапины.

– Ерунда, это лечить не надо.

– Неплохо выглядишь, пошутил он.

Я улыбнулась.

– Ты можешь мне все рассказать?

– Есть хочешь?- быстро переменил тему он.

– Да, нет, то есть...

– Сейчас, - сказал он и встал.

– А что ты не можешь заставить еду по щелчку сюда прилететь?

– Могу, - улыбнулся он. И щелкнул. Возле нас оказались подносы с едой и бутылками сока и вина.

– Вина не надо, с меня достаточно, - отказалась я, - а этот салат или что это такое я попробую. Сам готовишь?

– Нет. Заказываю в ресторане.

– А ты что не ешь? Или ты не питаешься человеческой едой? Может, ты кровь пьешь?

– Я не вампир. Я ем обычную еду. Могу правда очень долго нечем не питаться, и мне ничего не будет.

– А мне будет. У меня настроение портится, и такая слабость наступает, и мозги не варят, если не поем. Правда Кошка утверждает, что я ем только калорийную пищу. Но я так не считаю.

– Твоя кошка так считает?

– Нет, - рассмеялась я, - Катя Астровская.

– А. Ты дружишь с ней?

– Да, как ни странно она моя лучшая подруга. Правда, странно?

– Очень.

– Я вначале ее терпеть не могла. А теперь мы так сблизились на почве всего этого. Она очень меня понимает.

Аскеназа дернул головой.

– Это она водит тебя по клубам?

– И что тут такого? Между прочим, ученые выяснили, что один час танцев также полезен для отдыха организма как и час сна. Танцуя, человек как бы впадает в транс, и негативная энергия уходит. Поэтому при проблемах можно и позволить себе оттянуться.

– Значит, ты оттягивалась в компании с Кружкиным?

– А что тут такого? Он приятный тип.

– Он нравится тебе?

– Ты уже спрашивал, - махнула я рукой.

Аскеназа зло взглянул на меня. И отвернулся к камину. Огонь вспыхнул и погас.

– Перестань с ним общаться. Он тебя не достоин.

– Почему это? Он мне помогал. Отличный человек.

– Чем это он тебе помог?

– Да много чем, он мой друг.

– Ты не умеешь выбирать друзей. Один хуже другого.

– Не смей оскорблять моих друзей! Можно подумать ты умеешь!

– У меня нет друзей.

– Это очень плохо.

Я замолчала, не хотелось его обидеть. Но лицо Аскеназы сохраняло тоже надменное выражение, что и в начале разговора.

– Послушай, - мягко начала я.
– думаешь, я не знаю, что такое настоящее одиночество? Я все это время была одна. Совсем. И никто не хотел общаться со мной. Никто не верил мне. И мои единственные друзья постоянно умирают. Я больше не хочу, чтоб так было.

– Разве ты не понимаешь, почему это происходит?
– взволнованно спросил Аскеназа.

– Почему?

– Ты особенная. За тобой охотятся так много сил. И все кто тебе дорог попадают в эту ловушку. Но ты можешь это изменить. Можешь защитить друзей.

– Если продам душу?

– Вообще-то, да. Только обещай, что ты не станешь спасать Кружкина.

– Конечно, стану.

– Ты влюблена в него?
– злобно выпалил Аскеназа, сжав бокал в руках.

– Нет, что за глупости. Он мне друг.

– Но он так не считает. Если бы ты видела, как он расхваливает тебя в деканате.

– Это очень приятно.

– Прекрати, - Аскеназа со стуком поставил бокал на стол.

Неужели он ревнует? Тогда я бы действительно могла проверить его чувства ко мне, и я продолжила.

– А что, он такой милый, я ценю то, что он защищал меня. И с ним весело. Так иногда хочется, чтобы кто-то рассмешил тебя.

– Ты просто шутишь.

– Нет, серьезно. Я долгое время думала над тем, как должен выглядеть идеальный парень, которого я полюблю. И...

– И он подходит тебе?

– Не знаю. Но он такой веселый...

– У меня не самое лучшее чувство юмора...

– Да у тебя его, вообще, нет!

Аскеназа резко встал и прошелся по комнате. Зачем я это говорю, он же страдает. По крайней мере, не стоит его обижать.

– Извини, - я тоже встала, - конечно же, есть.

– Нет, нету, - Аскеназа отшатнулся от меня. Не думаю, что я, вообще, когда-либо смеялся. За всю свою жизнь я не произнес ни одной шутки.

– Тебе было не до этого.

– Верно. Но знаешь, на самом деле я смеялся только с тобой.