Чтение онлайн

Теперь, когда ее голос не был искажен помехами домофона, он смог уловить слабый иностранный акцент. Испанский, похоже.

Йен прошел по коридору и был совершенно потрясен безвкусной экстравагантностью. Пол был выложен блестящей плиткой с эффектом мрамора, похожей на внутреннюю часть морской раковины, что сразу же навело его на мысль об общественных туалетах в дорогом торговом центре.

На белых стенах висели большие безвкусные картины современного искусства без рам, а у подножья лестницы лежала леопардовая шкура. Парящая хромированная лестница плавно изгибаясь, уходила вверх в конце длинного коридора.

На лестнице послышались шаги, и Йен первым делом увидел ее ноги. Сначала в поле зрения попали маленькие босые ступни и стройные лодыжки, переходящие в загорелые длинные ноги.

Йен не мог отвести от женщины глаз, когда та оказалась перед ним, понимая, что выглядит как озабоченный подросток, таращась на нее. На ней была короткая голубая ночная сорочка, и больше ничего. Темно-каштановые волосы свисали до половины спины, а сама она смотрела на него полными тоски карими глазами. Женщина была похожа на Сальму Хайек, с ее темноватой пуэрториканской кожей и высокой полной грудью. Возможно, ей было около двадцати пяти лет, но, как и всем красивым женщинам, подобным ей, с возрастам угадать было невозможно. Ей могло быть от двадцати одного до тридцати девяти.

Лицо женщины показалось Йену смутно знакомым.

Он почувствовал, как его лицо заливает румянец, и прочистил горло. Йен никогда не краснел, это было просто смешно. Хуже того, при его раздражающе бледном цвете лица невозможно было скрыть этот позорный факт. Он отвел взгляд, прежде чем заговорить.

– Извините за вторжение, если сейчас неудобное время, я могу прийти позже.

Например, когда ты будешь переодеваться...

– Нет, нет, все в порядке. У меня на сегодня не запланировано никаких дел.

Встретив ее взгляд, он увидел, что она улыбается, явно забавляясь его неловкостью.

– Если вы уверены...

– Абсолютно уверена. Не хотите ли выпить кофе?

– Да, почему бы и нет? Спасибо.

– Пойдемте, - сказала она, жестом приглашая его следовать за собой.

Идя за ней, мужчина стараясь не смотреть на то, как ее упругие ягодицы под полупрозрачным ночным бельем изгибаются с каждым шагом, но взгляд все время возвращался на холмики ее ягодиц.

– Молоко, сахар?
– спросила она, резко крутанувшись на месте и поймав его взгляд на своей попке.

Он покраснел еще сильнее.

Я веду себя как чертов озабоченный подросток...

– Нет, спасибо.

Кухня, в которой они стояли, была в два раза больше кухни в его доме. Опять же, Йен никогда бы не стал оформлять кухню в таком стиле, но все же оценил элегантный дизайн. Все было стальным и хромированным и сверкало так, словно или здесь вовсе не готовили, либо прислуга выдраивала все здесь по три раза на день.

– Красиво у вас.

– Спасибо. Я все выбирала сама. Мой муж оставляет все дизайнерские решения мне.

– Я понимаю, почему, - немного покривил он душой.

Йен, ты лизоблюд...

– Я Марианна. Марианна Хоббс. Так чем я могу помочь вам, Йен Вебстер?

Он прочистил горло и постарался не зацикливаться на ее знойной внешности, пока она возилась с кофеваркой.

– Я просто хотел заглянуть к вам и представиться. И спросить, знаете ли вы людей, которые жили в том доме до того, как я его купил.

От него не ускользнул тот факт, что он сказал "я", а не "мы".

Прекрати, ты же женат, помнишь?

– Номер двадцать девять пустовал уже в то время, как мы переехали несколько лет назад. Мы с Джеффом никогда не встречали прежних владельцев.

Джефф Хоббс. Так вот почему она выглядит такой знакомой.

Теперь все стало понятно. Джефф Хоббс был футболистом, а эта великолепная женщина - его подружкой-моделью из журнала «Лэд-маг». Ее прекрасное лицо довольно часто появлялось в ленте светских новостей.

И ее тело. Не будем забывать о нем.

Как будто он мог забыть. Йен думал, что эти модельки обычно с тонной косметики на лице, но только не Марианна. Во плоти она была еще красивее. Как-то свежее.

Он слегка тряхнул головой, чтобы отогнать грязные мысли.

– Так вы вообще ничего о них не знаете?

Она пожала своими стройными плечами, отчего ее идеально круглые груди слегка колыхнулись.

Она без лифчика...

– Простите, я не могу вам помочь в этом.

Йен снова прочистил горло.

– Вы знаете тех, кто живет в доме номер тридцать?

– Не очень хорошо. Здесь все держатся обособленно, хотя я слышала, что они проводят зиму в Австралии. Так чем ты занимаешься, Йен? Уж точно не футболист, - сказала она, и тут же, словно опомнившись, добавила: - Извини.

Йен искренне рассмеялся. Он ненавидел футбол.

– Нет, я художник.

– Тогда, держу пари, у тебя умелые руки.

Член Йена дернулся, когда он подумал о том, как ее полные сиськи могут ощущаться в его руках, и он постарался не смотреть на то, как они мягко колыхались, пока она несла кофе к барной стойке. Женщина села на один из высоких табуретов, а Йен присел напротив.

– Отличный кофе, - сказал он, не сделав и глотка.

Марианна рассмеялась; легкий девичий смех колокольчиком зазвенел в его ушах.

– Так чем тебя заинтересовали предыдущие владельцы дома?

– О, я просто хочу связаться с ними по поводу некоторых неоплаченных счетов.

Она закатила глаза.

– Типично. Богатые люди чаще всего уклоняются от оплаты долгов. Даже у моего мужа есть оффшорный счет.

– Правда? Тем не менее, нужно заботиться о том, что имеешь.

Взгляд Йена непроизвольно скользнул по ее груди, отчего его слова приобрели совершенно новый смысл.

– А ты, Йен?

– Что я?

– Заботишься о том, что у тебя есть? Если да, то твоей жене очень повезло.

Он покраснел. Опять.

Откуда она вообще узнала, что я женат? У меня что, на лбу это написано?

Обручальное кольцо, идиот...

Он задумчиво покрутил тонкое золотое кольцо, прежде чем ответить.

– Да, но я не уверен, что моя жена сейчас со мной согласится.

– Не думаю, что кто-нибудь может быть менее внимательным, чем мой муж. Иногда мне кажется, что он не заметит, если даже если я умру.