Чтение онлайн

— Что? — настаивает он, подходя ближе. — Скажи мне.

— Больше. — Слово вылетает на выдохе. — Я бы хотела большего.

Глава 10

Сэм

Йен не прикасается ко мне, что означает, что технически он не принуждает меня, но все равно командует. Мы тихо идем по коридору. Мое признание тянется за нами, как третье колесо. Наше время в качестве сопровождающих закончились. Новый круг учителей сменил нас, и теперь пришло время идти домой. Но мне нужно забрать свою сумочку, и Йен настоял на том, чтобы проводить меня в класс. Его пиджак висит у меня на плечах. Он предложил мне его несколько минут назад, когда я потирала руки, чтобы согреться. Мой маленький трюк сработал идеально. Я окутана в запах Йена, опьяняющей смесью пряного одеколона и геля для душа. Наклоняю голову набок и как можно незаметнее принюхиваюсь. Он все еще ловит меня.

— Ты странная, — он говорит это как комплимент, и я не отрицаю.

Йен придерживает для меня дверь в класс, и я думаю, что он собирается включить свет, но он этого не делает. Лунный свет просачивается сквозь полузакрытые жалюзи. Как и в кафетерии, освещение играет с моим мозгом злую шутку. Эта обстановка романтична и таинственна, полна дразнящих возможностей. Мне нужно немедленно убираться отсюда.

— Ооокей, я только возьму свою сумочку, и мы пойдем. Вот моя сумочка, а вот ключи.

Я думаю, что получаю контроль над ситуацией, рассказывая о своих действиях вслух, но у Йена есть свой собственный план. Он находит на моем столе последний выпуск «Оук-Хилл газет» и поворачивает его лицом к себе.

— О! Это ерунда. Пойдем.

Слишком поздно. Он смотрит на статью на первой полосе и прилагающиеся к ней фотографии. Это работа Фиби, и та фотография, которую она сделала со мной во время футбольного матча, находится в центре. В подписи есть что-то безобидное о том, что я смотрю игру, но это не имеет значения, потому что картинка говорит вместо тысячи слов. В нижней части кадра Четверка первокурсниц хихикает над Йеном. Остальную часть снимка занимаю я, хмурясь от ревности. Фиби сосредоточилась на мне довольно превосходно. Это отличная фотография, и я буду вынуждена поставить ей пятерку.

— Разве тебе не понравилась игра? — невинно спрашивает Йен.

Он закидывает удочку.

— Не могу вспомнить. Давай, пошли.

— Просто ты выглядишь очень расстроенной, что странно, учитывая, что мы лидировали большую часть игры.

Он — собака с костью. У меня нет другого выбора, кроме как наклониться и рассмотреть картинку, делая вид, что вспоминаю ее.

— О да. — Я постукиваю пальцем по странице. — Теперь я вспомнила — кузнечик только что залетел мне в горло. Мерзкая штука, правда. Где ты припарковался?

Он медленно поворачивается ко мне и дотрагивается до моей щеки. Мои бедра инстинктивно сжимаются.

— У тебя заканчиваются причины, Сэм... причины, почему мы не должны этого делать.

— Это что, загадка какая-то?

Наши взгляды встречаются, и восхитительное чувство обещания повисает в воздухе между нами. Я отклоняюсь, плохо.

— Бьянка, кажется, была счастлива оказаться в твоих объятиях раньше — думаешь, ты пригласишь ее на свидание?

Он встает во весь рост, стараясь держаться от меня на некотором расстоянии.

— Ты не оставила мне другого выбора, кроме как танцевать с ней. Ты игнорировала меня. Я хотел еще раз проверить свою теорию.

— И что это было?

— Саманта Абрамс влюблена в меня? — Его брови изгибаются. — Она испытывает ревность?

— И что же ты обнаружил?

Он подходит ближе, так что кончики наших туфель соприкасаются. Его руки хватаются за лацканы пиджака, который сидит у меня на плечах, и он тянет меня к себе.

— Моя гипотеза оказалась верной. Эта фотография подтверждает это.

Наши груди соприкасаются, и тепло его кожи обжигает меня сквозь одежду. Я наклоняю голову назад, назад, назад, пока не смотрю прямо на него. Его большой палец тянется вверх, чтобы провести по моей нижней губе, и мне приходится подавить желание втянуть его в рот. Мне нужно знать ответ на извечный вопрос: каков Йен Флетчер на вкус? Его голова наклоняется еще на дюйм, и я чувствую его дыхание на своих губах. Это мятная свежесть. Мы собираемся поцеловаться. Это будет момент, о котором я расскажу своим внукам. Я высеку детали на камне и отправлю в Смитсоновский институт (прим. пер.: Научно-исследовательский и образовательный институт в США и принадлежащий ему комплекс музеев.).

Вместо этого Йен улыбается.

— Давай сыграем в игру.

Мои руки, о которых я совершенно забыла, сжимают его бедра. Я прижимала его к себе в течение последних... о, нескольких тысяч секунд. Какие маленькие шлюшки у меня руки.

— Хорошо.

— Игра «правда или поцелуй».

— Ты имеешь в виду правду или вызов? Ты что, совсем оторван? — я ухмыляюсь.

— Я переписываю правила. Я задам тебе вопрос, и, если ты не хочешь на него отвечать... Ну, ты, наверное, догадываешься, что тебе придется сделать.

Между нами двумя, это он главный, одетый в черное. Я? Я вдруг вспотела под этим пиджаком, сделанным для гигантов.

— Похоже на игру, в которую я предпочла бы не играть.

В мгновение ока Йен отпускает меня и делает шаг назад. Холодный кондиционер заменяет ему тепло. Как будто он только что погрузил меня в эту купальную кабину.

— Отлично! Ладно! — Я быстро смягчаюсь, надеясь, что он тут же снова приблизится ко мне, но он этого не делает. Йен прислоняется к моему столу и скрещивает ноги в лодыжках. Это зрелище бросает меня в яркое воспоминание о моей старой фантазии: мы вдвоем занимаемся сексом у этого стола. Мне приходится отвернуться, чтобы фантазия и реальность не начали сливаться.

— Начнем с малого. Тебя влечет ко мне?

— В общем смысле? — Я машу рукой кругами. — Разве пчел не привлекают цветы? Да.

Мой содержательный ответ неуместен. Я перевожу взгляд на него и вижу, что он скрестил руки. Йен выглядит сердитым, как будто хочет наказать меня, желательно линейкой. О, подожди, нет — это говорит фантазия.

— Если ты не собираешься отвечать честно, давай не будем играть.

— Да… Меня влечет к тебе, — я говорю это так, будто признаюсь, что ковыряю в носу. Это ужасная привычка, над которой мне действительно нужно поработать — влечение к нему, я имею в виду.

Он кивает, явно довольный ответом.

— Даже если я совсем не похож на тех парней, с которыми ты обычно встречаешься?

Я выпускаю струю воздуха, которая звучит как «ПУУФ».

— Конечно, ты совсем не похож на тех парней, с которыми я встречаюсь.

— Что это значит?

— Это часть игры?

— Да. — Самый кончик его рта изгибается вверх.

То есть, если я не отвечу, нам придется поцеловаться. Готова ли к этому? Его губы на моих? Я дрожу от этой мысли и смотрю на свои недавно накрашенные ногти, чтобы не наблюдать за его реакцией, пока я говорю ему правду.