Плохой. Отныне ты моя
Шрифт:
Он раздвигает мои бёдра шире в стороны, и врывается, заставляя меня захлебнуться от эйфории.
Глава 37. Проблемка
Утром я не то, что встать не могу, я не в состоянии пошевелиться. Даже веки поднимать лениво. Даже дышится как-то по-другому. Всё тело ломит, все мышцы ноют… Но приятно, как же приятно.
— Доброе утро, красавица.
Моего обнажённого плеча касаются его губы, и я вся мгновенно откликаюсь на него. По телу бегут мурашки удовольствия. Губы растягиваются в улыбке, сердечко начинает биться чаще, а между ног снова всё призывно теплеет.
Стоп. Хватит. Наверное, пора бы остановиться.
Всю ночь мы предавались любви. Я знала, что Лёша у меня ненасытный, но он превзошёл все мои предположения. Моя энергия начала сдавать на половине ночи, а ему всё было мало.
Кажется, ещё разок был перед рассветом. Я и сосчитать не могу, сколько оргазмов я словила. Бесконечная череда удовольствия. Эта брачная ночь явно вышла невероятно прекрасной и запоминающейся.
— Доброе, — бормочу я, едва двигая губами.
Один миг, и я уже лежу на спине. Сонно хлопаю ресницами, и фокусируюсь на его бодром, довольном лице. Лёша явно счастлив, что мы с ним так время провели. Вон как улыбается широко.
Наклоняется и целует меня в нос.
— Ты такая охренительная с утра, — шепчет он и снова чмокает.
Теперь его губы касаются щеки. Лёша ведёт носом по моим волосам, вдыхая мой аромат. Впивается в шею. Ммм… Опять вышел на охоту этот лев. Его зубы кусают мочку, и я уже тянусь к его плечам.
— Хочу тебя, жёнушка.
— Лёш, — вяло отмахиваюсь я. — Я уже не могу.
— А тебе делать ничего и не надо, — самодовольно хмыкает он.
Перебирается на меня и придавливает своим весом к кровати. Я хихикаю, понимая, что сопротивление бесполезно. Против его напора у меня, кажется, нет ни одного адекватного аргумента. Особенно, когда его напор так твёрдо и уверенно направляется к цели…
Лёшка входит, заставляя меня всем телом выгнуться ему навстречу.
— Блядь… Как же мне нравится. В тебе так хорошо…
Он замирает, наклоняется и впивается в мои губы. Раздвигает, углубляет поцелуй. Я жмусь к нему сильнее, намекая на продолжение, но он словно специально растягивает удовольствие. Просто целует. Медленно, глубоко, основательно…
Я вбираю в себя эти мгновения. Запоминаю. Как с ним хорошо, как потрясно, что он оказался такой горячий, но при этом такой чуткий со мной. Нежный, внимательный. Кажется, моё наслаждение его волнует даже больше, чем его собственное.
Мне нравится безумно это чувство. Что я желанная, что я возбуждающе прекрасная для него, что у нас с ним теперь всё так здорово. Только не хватает всего одной фразы, которая закрепит этот союз.
Но я не тороплю. Когда-нибудь мой дикий зверь сможет признаться в чувствах. Просто ему нужно чуть больше времени для этого шага. Не удивлюсь, если он вообще никому никогда не говорил подобного…
— Лёша… — тяну я, когда он отпускает мои губы. — Пожалуйста…
— Хочешь меня, малышка?
— Да… Продолжай…
И наконец-то я получаю свою порцию радости. Он начинает двигаться, и все мысли тут же покидают голову. Я отдаюсь ему со всей своей самоотдачей, наслаждаюсь каждым толчком, каждым его бормотанием о том, какая я классная и как ему нравится со мной.
Между нами горит яркий пожар, который заполняет собой каждую клеточку тела. Я царапаю его спину, целую, стону… И я не понимаю, правда, откуда у меня ещё берутся силы на этот очередной заход.
Я заканчиваю с криком, совершенно теряя контроль. И Лёша едва успевает выскользнуть, обильно финишируя мне на живот. Открываю глаза и рассматриваю его. Он тяжело дышит, но на лице расслабленное выражение.
Он заваливается набок рядом со мной. Закидывает руку за голову, медленно проводит другой ладонью по моему бедру, словно благодарит за утренние приятности. Нежно, вальяжно. Гладит меня. Мур.
— Ну вот... Теперь точно всё, — выдыхаю я.
Кажется, последние капли энергии только что покинули меня окончательно. Я даже представить себе не могу, что нужно будет поднимать свою тушку и тащить в душ. Не хочу. Можно я останусь в этом номере до вечера? Просто чтобы поспать.
И больше ничего такого. Лёша пусть уезжает от греха подальше.
— До вечера, — поправляет муж и щипает меня за бок. — Хотя, погоди... Кажется, у нас небольшая проблемка.
— Какая ещё? — лениво интересуюсь я, не открывая глаз.
— Презервативы. Закончились. Ещё пару заходов назад, если быть точным.
— А, вот оно что, — хмыкаю я. — Понятно тогда, почему ты теперь мне водные процедуры устраиваешь.
Я открываю глаза и смотрю на него с осуждением. Нет, мне не противно вовсе, просто любая оплошность чревата серьёзными последствиями. А я к ним никак ещё не готова. Он видит моё выражение лица и разражается хриплым смехом.
— Расслабься, Тенина. Я всё проконтролировал, осечек не будет. Но, блядь... — свистит он. — Такими темпами мы на защите разоримся. Придётся, наверное, оптом закупать.
Он бросает на меня многозначительный взгляд. Я краснею и отворачиваюсь. Ну точно же ненасытный. Но факты в данном случае говорят сами за себя. Мы правда слишком активная парочка.
— Что ж, у тебя есть время до вечера пополнить запасы, — смущённо выдаю я.
Ну ладно уж, надо бы уже его не стесняться, после всего, что он со мной делал и в каких позах лицезрел. Но разговоры на такую тему в моей картине мире ещё не успели прописаться. Да, мне неловко. Пока ещё так.
— Ага, не переживай, всё улажу. В этот раз подготовлюсь получше, — заверяет Лёшка, а потом тянется и целует меня в плечо. — Ладно, планировать секс, конечно, дело приятное, но пора бы нам собираться, а то в универ опоздаем. Так что сейчас, жёнушка, мы направляемся с тобой в душ.
Моё воображение тут же рисует, чем именно закончится наш совместный поход в ванную комнату. Может лучше по отдельности туда идти? И с каких это пор Лёша стал таким ответственным? Надо же, беспокоится как об учёбе.
И только я открываю рот, чтобы предложить пойти первой в душ, дабы избежать очередного столкновения двух тел в тесном пространстве, как на тумбочке настойчиво начинает вибрировать телефон. Я слежу взглядом за источником шума. Нет, не мой. Про свой я благополучно забыла. Он, наверное, уже и разрядился. Со вчерашнего-то вечера.
Лёша отлипает от меня и тянется к телефону. Отвечает, не глядя.
— Алё?
Я расслабленно вожу рукой по его спине, но краем глаза замечаю, как его лицо меняется. Вся утренняя расслабленность и эйфория смываются в один миг. Его взгляд становится острым, собранным.