Площадь диктатуры
Шрифт:
– "Волкодавы" - в первую очередь. Про Горлова и Рубашкина, и кому вы наркотики подсунули - я все знаю, - заметив испуг мужа, настаивала Лариса.
– Замолчи сейчас же, ты не понимаешь, что говоришь, - попытался прервать ее Волконицкий.
– Не замолчу! Я сегодня же расскажу Пете Рубашкину, а то за два дня ты еще какую-нибудь пакость для меня придумаешь…
– Откуда ты знаешь Рубашкина?
– Представь, знаю! Если хочешь знать, это он устроил мне консультацию в институте Отто.
Волконицкий еще пробовал уговаривать, но Лариса чувствовала, что он сделает, как она велела. На душе было мерзко.
– Я не буду с тобой жить. Надеюсь, не будешь скандалить при разводе?
– уходя, сказала она.
– И помни - у тебя два дня!
– Николай Владимирович, вам плохо? Может, врача вызвать?
– спросила секретарша.
– Не надо врача! Догоните ее!
– Попросить, чтобы вернулась?
– Она забыла пропуск, отдайте, иначе не выпустят, - беспомощно махнув рукой в сторону лежавшей на приставном столике бумажки, сказал Волконицкий.
Немного погодя, он выпил граммов пятьдесят коньяка и вспомнил, что не сказал Ларисе, как он ее любит, и не сможет без нее жить.
3.21 Тройка, семерка… туз!
Все утро до обеда Горлов провел у себя в Объединении. Главкомат Военно-Морского Флота торопил, и документы, необходимые для начала работы по новому блоку наведения, пришлось готовить в спешке. Однако успели, и все бумаги были подготовлены к отправке в Москву. Прежде, чем сдать их в режимщикам, Горлов еще раз проверил каждую строчку и сделал выписки в спецблокнот - докладывать все равно придется, так лучше подготовиться заранее.
Для будущего изделия Горлов придумал сокращение: "БПГЛВ/ММ", что означало "Боевой противокорабельный гиромагнитный лазерный ведущий/море-море". Первые пять букв были его и Ларисы инициалами, он придумал название, зная, что об этом никто никогда не узнает.
Закончив, он разложил по порядку все бумаги и, опечатав спецчемодан, пошел к Лахареву.
– Готово, - войдя, сказал Горлов.
– Будешь проверять?
– Думаю, не стоит. Относи скорей, может, еще успеют на сегодняшнюю отправку. Все пошло вкривь и вкось, только спецпочта работает, как часы.
– Да, только спецпочта и обнадеживает, - усмехнулся Горлов.
– Хотел спросить: что твои с таким усердием все это время печатают?
– будто невзначай спросил Лахарев.
– Это и печатают, - похлопал рукой по спецчемодану Горлов.
– Материалы напечатаны на одной машинке, а у тебя штук пять стучит!
– Больше не застучит! Все, что надо, уже настучали. Пойми, Слава, прежде чем набело делать, нужно на черновиках все проверить. Если делать по правилам, и за полгода не управимся. Но, если ты спрашиваешь официально, то никаких стуков на пяти машинках не было, а если и было, то я не знаю. И ты тоже! Меньше знаешь - крепче спишь.
– Ох, Боря, забыл, как из истории с Рубашкиным выпутывались? Мало показалось? Вот, почитай!
– Лахарев передал Горлову два плотных листа, сшитых необычной пластмассовой скрепкой:
КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОБКОМ КПСС
Исх. № 1287-36/2-дсп от 26.02.90 г Для служебного пользования
Возврату в общий отдел не подлежит
Направляем для закрытого информирования пропагандистов и идеологического актива, для разработки планов мероприятий и в целях организации контрпропаганды, а также для принятия незамедлительных мер в отношении участников и руководителей неформальных политических объединений антисоветской направленности инструктивное письмо "О фактах использования государственного оборудования и техники для изготовления агитационных материалов к предстоящим выборам народных депутатов".
Приложение: упомянутое по тексту на 2 л.
Председатель Комиссии Обкома КПСС по вопросам анализа, прогнозирования и взаимодействия с общественно-политическими организациями и движениями В.Александров
"О фактах использования государственного оборудования и техники для изготовления агитационных материалов к предстоящим выборам народных депутатов".
Идеологический отдел и Комиссия Ленинградского Обкома КПСС по вопросам анализа, прогнозирования и взаимодействия с общественно-политическими организациями и движениями обращает внимание руководителей первичных партийных организаций и партийный актив на участившиеся в последнее время случаи использования государственного оборудования (пишущие машинки, ЭВМ, средства множительной техники, типографское оборудование) в личных, корыстных целях, в том числе для изготовления агитационных материалов к предстоящим выборам народных депутатов Верховного Совета РСФСР, Ленинградского городского и областного Советов, а также районных и местных Советов.
Определенная часть нелегально изготовленных материалов носит антисоветский и антикоммунистический характер, наполнена злобными выпадами против Советской власти, политики КПСС и Советского правительства.
Так, в типографии газеты "Путь к коммунизму" Всеволожского района Ленинградской области был выявлен и в установленном порядке уничтожен двадцатитысячный тираж предвыборной программы общественного объединения с негативной идеологической направленностью "Ленинградский народный фронт", а также предвыборные листовки выдвинутых ЛНФ кандидатов в депутаты в общем количестве 38672 экземпляра.
На нескольких кафедрах Ленинградского Электротехнического института связи им. Бонч-Бруевича вскрыто массовое изготовление листовок в поддержку кандидата в депутаты Ленгорсовета гражданина Таланова В.Л. с использованием средств множительной и электронно-вычислительной техники.
В результате утраты контроля парткома за работой редакции вверенного средства массовой информации многотиражной газетой Ленинградского Педагогического института им. Герцена систематически печатаются антисоветские измышления и тенденциозно подобранные статьи, порочащие Советскую власть. Данная газета используется в качестве средства предвыборной агитации отдельными кандидатами в депутаты от ЛНФ, объединения "Демвыборы-90" и другими неформальными группами негативной ориентации.
По ряду вскрытых фактов использования государственного оборудования и техники УКГБ по Ленинграду и Ленинградской области совместно с Горпрокуратурой возбуждены и расследуются уголовные дела.
В связи с необходимостью пресечения противозаконных действий неформальных групп и общественных объединений негативной направленности, а также некоторых кандидатов в депутаты, отдельных граждан и групп граждан Обком КПСС предлагает усилить контроль за использованием государственного оборудования и техники на предприятиях, в организациях и учреждениях, а также в кооперативах, в других негосударственных и общественных структурах, а также за ведомственными печатными изданиями и работой местных студий радиовещания.
Персональную ответственность за проведение соответствующих мероприятий и своевременную отчетность возложить на секретарей райкомов (горкомов) и первичных парторганизаций по идеологическим вопросам.
Заведующий сектором ОК КПСС Н.Волконицкий.
– А мне какое дело?
– дочитав, пожал плечами Горлов и остался доволен своей невозмутимостью. "Так, вот чем занимается муж Ларисы", - подумал он.
– Считаешь, нет никакого дела?
– прищурился Лахарев.
– Я отъеду после обеда часа на два. Не возражаешь?
– сделав вид, что не расслышал, спросил Горлов.
– Опять в кооператив?
– Там кое-что привезли. Нужно обеспечить учет и усилить контроль, как партия учит. Чтобы хорошие люди потребляли по потребностям!
– объяснил Горлов.
– Ты ведь хороший человек, Слава. Будешь отпираться, ни за что не поверю.
– Что привезли?
– заинтересовался Лахарев, но тут же нахмурился.
– За помощь я, конечно, благодарен, но отпустить тебя не могу. Есть вопрос.
– Давай решим твой вопрос по быстрому и поеду. Дел - невпроворот, - удивленно сказал Горлов. Обычно Лахарев ему не мешал, даже помогал, за что регулярно получал подарки, коробки с продуктами. Несколько раз Горлов передавал ему деньги в заклеенных конвертах, помня наставления Цветкова: "Нельзя жадничать на тыле, тыл нужен прочный, железобетонный тыл".
– Касательно машбюро, которое ты организовал - все ясно. Разговоры ни к чему: я знаю, и ты знаешь, что я знаю. Плохо то, что вот-вот узнают другие, а новый скандал никому не нужен, - сказал Лахарев.
– Но есть выход. Меня из райкома достают: надо помочь их кандидатам. Вот я и придумал: пусть твои девицы печатают листовки и прочую дребедень для райкома. Я Котову звонил советоваться: он не возражает, даже поддерживает, просил привет тебе передать и напомнить про вступление в партию. Сказал, что лично обеспечит.
– Хочешь, чтобы про нас такое же написали?
– Горлов показал на лежавшее сверху письмо Обкома.
– Мы же не для себя! Кто нас обидит, если мы выполняем задание райкома, тот и дня не проживет, - взмахнул руками Лахарев.
– Нет, я - пас!
– решительно сказал Горлов.
– Зря ты так, Боря. Вспомни, сколько раз я тебя прикрывал? А был ли случай, когда отказывал? Верно, не было!
– заметив, что Горлов засомневался, воскликнул Лахарев.
– А теперь, когда я прошу помочь, ты отказываешься? Это - не по-товарищески.
Горлов понимал, что Лахарев по-своему прав. "Черт с ними, рабский труд не производителен, много не наработаем", - подумал он.
– Но с одним условием: задание будешь давать ты, как начальник отдела, - поупиравшись еще немного, в конце концов согласился Горлов.
– Я знал, что ты не подведешь, - обрадовался Лахарев.
– Прошу только об одном: об этом деле никому ни слова.
Час спустя Горлов безуспешно успокаивал рассвирепевшего Рубашкина.
– И нашим, и вашим! Неужели ты не понимаешь, что это предательство?
– возмущался тот.