Чтение онлайн

Вспомнив поучительную лекцию, которую прочла ей София, Беатрис содрогнулась. Он будет трястись, не так ли? Трястись и перекатываться внутри при ходьбе. Мышцы ее лона непроизвольно сжались, будто бы стараясь захватить призрачный мячик, двигающийся внутри сферы.

В следующем ящичке шкатулки обнаружилась пара маленьких баночек с бальзамами или мазями. София и об их назначении ее просветила. Беатрис открутила крышку первой баночки, содержимое которой носило название «Мазь Венеры», и исследовала содержимое: шелковистую однородную массу, очень скользкую и нежную на ощупь, оставляющую на пальцах серебристый след. Беатрис понимала, на что это похоже, но все же ей потребовалось некоторое время и усилие воли, чтобы признать, что блестящее вещество сильно напоминает по консистенции смазку, выделяемую влагалищем, ту самую влагу, что образуется у нее между ног, когда она ласкает себя… или ее ласкает Ритчи.

В следующей баночке с надписью «Божественная пряность» находилась более густая и вязкая субстанция с ярко выраженным ароматом, вызывающим в сознании Беатрис какие-то смутные ассоциации.

«Ах, это же пряная мадера!» – сообразила она.

Не требовалось глубоких медицинских познаний, чтобы понять, что это разогревающая мазь.

Зачерпнув небольшое количество на мизинец, Беатрис размазала субстанцию по тыльной стороне ладони, отчего та, как и ожидалось, заискрилась от мягкого возбуждающего тепла.

Девушка хотела было испытать мазь в действии, но благоразумно отказалась от этой затеи. Хотя все происходящее с нею и было чрезвычайно захватывающим, не стоило ей слишком сильно себя раздразнивать, ведь тогда она не сможет остаток вечера находиться в людском обществе, испытывая непреодолимое желание ласкать себя между ног. Возможно, для того, чтобы смыть эту мазь, потребуется принять ванну.

Все еще испытывая соблазн, Беатрис отхлебнула вина и распростерлась на кровати, думая о Ритчи и воображая, как он сам наносит эту мазь на определенные участки ее тела, и дьявольски ухмыляется, когда она начинает извиваться, возбужденная до невозможности. В голове ее теснились соблазнительные фантазии. А что произойдет, если она намажет «Божественной пряностью» самого Ритчи? Мысль эта была столь же провоцирующей, что и воздействие от нанесения мази, и Беатрис вяло обдумывала это, балансируя на грани сна и яви.

Почти погрузившись в мир грез, Беатрис услышала звук. Возможно, он всего лишь ей приснился.

То был женский голос, сначала задыхающийся, а потом постанывающий от удовольствия.

Точно так же стонала она сама в утренней гостиной, находясь в объятиях Ритчи.

Но откуда же доносится этот звук? Особняк Софии был очень большим, с множеством роскошных комнат. Беатрис рассудила, что источник шума находится где-то поблизости, раз она его слышит.

Когда звук раздался снова, на этот раз более протяжный, Беатрис села на постели и, склонив голову набок, попыталась определить его источник. Похоже, он раздавался прямо из-за висящей на стене картины, изображающей прекрасную полулежащую нимфу. Под картиной стояла кушетка с роскошной обивкой. Беатрис не удосужилась внимательно рассмотреть это полотно, потому что оно слишком сильно напоминало ей собственную позу, в которой презренный Юстас запечатлел ее на одном из снимков.

Теперь же Беатрис подошла ближе и стала пристально вглядываться в сладострастное тело нимфы, особенно заинтересовавшись ее пупком, в котором будто бы поблескивал какой-то драгоценный камень.

И он, казалось, подмигивал.

«Ах, боже мой, это же смотровой глазок!» – догадалась Беатрис.

Смотровые глазки как раз для того и предназначались, чтобы подсматривать, особенно заслышав такие откровенные звуки.

Прильнув к нему, Беатрис чуть не рассмеялась и была вынуждена закусить зубами костяшки пальцев, чтобы не проронить ни звука.

Стонущая и вздыхающая дама оказалась одной из ее знакомых, почти подругой. То была леди Арабелла Сауверн, хозяйка бала, на котором Беатрис познакомилась с Ритчи.

Облаченная лишь в панталоны и корсет, эта признанная светская львица целовала экзотического вида юношу с темной кожей, черными вьющимися волосами и крепкими ягодицами. Рука его была просунута ей между ног, и по тому, как напрягались мускулы, можно было с уверенностью заключить, что он мастерски ублажает славную леди Арабеллу.

«Ах, леди С., а вы, оказывается, горячая штучка! – подумала Беатрис. – Интересно, известно ли его светлости о том, что вы посещаете салон мадам Шамфлёр?»

Эта прекрасная аристократка являлась женщиной средних лет, довольно худощавой и хрупкой на вид, но своего обнаженного любовника она целовала с большой жадностью. Беатрис едва сдерживалась, чтобы не захихикать. В глазах высшего света Арабелла Сауверн представала величавой благородной дамой, славящейся своими изящными жестами и манерами, но в данный момент она больше походила на продажную девку из Уайтчепела, чем на светскую львицу.

Руки ее, казалось, были повсюду. Они скользили по медового цвета коже красивого молодого любовника, впиваясь в него пальцами и с силой сжимая. Беатрис ахнула, увидев, как леди Арабелла схватила напряженный пенис юноши и принялась размашистыми движениями тереть его ладонью вверх и вниз, верх и вниз.

«Осторожнее, Арабелла, умерь свой пыл, – мысленно предостерегла ее Беатрис, – не то он кончит прямо тебе в руку».

Как оказалось, леди Сауверн прекрасно умела обращаться с этой частью мужского тела, и, когда юноша задергал бедрами, она тут же отпустила его пенис.

– Ах, Юрий, ты восхитителен! Никак не могу тобой насытиться, – промурлыкала она, снова принимаясь целовать своего любовника. – Обожаю твой член. Это такой обворожительный монстр. Дождаться не могу, когда он проникнет в меня.

Беатрис понимала, почему Арабелла от него без ума. Парень действительно обладал внушительным мужским достоинством, очень длинным и толстым, с розоватой круглой головкой.

«Но все же у него фаллос не такой большой, как у моего Ритчи», – отметила Беатрис.

Строго говоря, Ритчи не являлся ее, но она была готова держать пари, что не ошиблась с размером. Тут последовало продолжение непристойного представления, заставившее ее широко раскрыть глаза.

«Боже мой, – безмолвно простонала Беатрис. – Снова это!»

Опустившись на колени совсем не изысканным образом, леди Арабелла Сауверн принялась сосать член своего молодого любовника своими аристократическими губами.

Сначала София с Эмброузом, теперь вот Арабелла с этим неизвестным юношей. И все, похоже, получали от этого большое наслаждение.

Беатрис облизала губы, стараясь представить себе, какой на вкус Ритчи. Сладкий? Или соленый? Мягкий или… твердый? Рот ее увлажнился от предвкушения. Без сомнения, он захочет, чтобы она тоже проделала с ним подобное. Внезапно Беатрис всей душой возжелала, чтобы он оказался рядом прямо сейчас, настолько сильно хотелось ей начать свое сексуальное образование.

Любовнику Арабеллы Юрию происходящее явно доставляло удовольствие, в том не могло быть сомнений. Он запрокинул голову, а графиня продолжала жадно работать ртом, тем же самым ртом, которым она отдавала приказы слугам или щебетала при случае с членами королевской семьи. Сейчас же он ласкал твердый член Юрия. Притянув ее голову к себе, чтобы направлять ее движения, он изогнул бедра и едва не опрокинул Арабеллу навзничь, прорычав что-то на неизвестном языке, возможно одном из тех, на котором говорят на Балканах. То, что он так небрежно обращался с графиней, могло бы повергнуть в шок, если бы она не извивалась от восторга всем телом.