Пляска змей
Шрифт:
— Ох Ардал… Не воспринимай все мои высказывания так серьезно.
— Как скажете…
Я задумчиво смотрела на этих двоих…
Небольшое войско хонков, поделенное на два отряда, продвигалось через травяной океан, распугивая какой-то неведомой магической силой туман вокруг себя. Оборачиваясь назад, я отлично видела, как туман вновь густел за последними рядами этого войска…
Морок следовал за нами по пятам… Но над головами нашими, словно разорванное на тысячи кусков, голубое небо пробивалось сквозь тяжелую серость…
О’Шей шел рядом со мной, покачивая, изредка, своими великолепными черными рогами. Я и не знала даже, что у всех хонков рога разноцветные. Наблюдая за ними, я видела владельцев голубых рогов, белых, черных — как у О'Шея, желтых — как у Ардала, зеленых, оранжевых, красных, бирюзовых, серых, розовых и еще множества других цветов и оттенков… Лишь глаза у хонков светились все одинаково — синим.
Внезапно, О’Шей поднял правую руку вверх, и его маленькое войско остановилось… Я хмыкнула, и заинтересованно посмотрела на хонка, который задумчиво нюхал воздух. Следуя его примеру, я сама принюхалась, и с трудом различила едва уловимый запах гари… Что это может так пахнуть? Особенно сейчас, когда туман вокруг, и все покрыто мельчайшими капельками влаги…
С каждым мгновением запах становился все сильнее. Откуда он? Я осмотрелась по сторонам, вытягивая шею, но абсолютно нигде, даже за пределами хонковского войска не увидела ничего горящего…
Земля под моими ногами содрогнулась, и в этот же миг вокруг стало стремительно темнеть… Сильвия застыла в нескольких шагах от меня словно вкопанная, потом тоже начала вертеть головой из стороны в сторону.
— Только не это… — Услыхала я ее голос, приглушенный маской. — Только не это… Быть не может!
Запах гари сделался невероятно сильным, и густая тьма поглотила мир… Но вдруг, во тьме этой повсюду зажглись многочисленные костры. Они просто выступили из нее множеством полыхающих точек, ничуть ее не разогнав… Да и можно ли подобную тьму разогнать хоть чем-то? Она почти осязаема, и так тяжела…
Костры горят, глаза хонков светятся в непроглядном мраке. Я не вижу их высоких фигур, вижу лишь глаза… А где-то над головою раздается шум множества крыльев.
Какой ужас! Эта тьма похлеще ядовитого тумана будет. И костры… Кто зажег их?
Переключившись на инфракрасное зрение, я увидела войско хонков… Тепла от них исходило гораздо меньше, чем от людей. Но они хотя бы испускали тепло. В отличии от костров… Костры, будто бы и вовсе не существовали. Однако, возвратившись к обычному зрению я вновь увидела их…
Сменив еще несколько раз зрение с человеческого на змеиное, я смогла понять, что хонки стараются держаться подальше от несуществующих костров. Они… Они остерегались их.
Вдруг, земля снова задрожала, и тьма начала отступать. Я выдохнула напряженно сквозь респиратор своей маски… Свет возвратился и шум крыльев над головой утих, а костры погасли, будто их и не было… Мы снова находились в сером поле, и запах гари постепенно улетучивался. Но вот только теперь, во многих местах я видела целые участки почерневшей травы… Но трава эта совсем не выглядела выгоревшей, она… ее словно попросту покрасили в черный цвет.
— Что это было?! — Спросила я у О’Шея.
Тот посмотрел на меня серьезно.
— Толчок совмещения, волна… Вам известно о промежутках мироздания? Промежутках, между священной пустотой?
— Кое-что я слышала об этом… — Задумчиво пробормотала я. — Читала в одной дурацкой книжке, в библиотеке клиники Григоровича. Древняя терминология, осколки старой религии… Да… Есть множество промежутков, но основных четыре. Светлый промежуток — это якобы измерение людей. Сумеречный промежуток, что-то вроде мира мертвых, мира призраков. Темный промежуток — мир демонов и темных существ. И сияющий промежуток — где обитают светлые существа и очистившиеся человеческие души.
— Все верно. — О’Шей удовлетворенно кивнул, после чего сделал своему войску знак двигаться дальше. — Постарайтесь обходить области черной травы. — Посоветовал он мне. — Стебли этой травы острее любой бритвы, и ядовиты. Я надеюсь, что не только вы, но и ваши спутники прислушаются к моему совету.
Я быстро передала информацию о черной траве Сильвии, Роману и Габриэлю, Анка вроде и так все слышала, к тому же, едет она верхом на пауке, которого направляет Ардал, и потому сильно беспокоиться о ней не стоит.
— Промежутки. — Продолжил О’Шей. — Это действительно грани мироздания. Но мы с вами живем в страшное время, Ева. И происходящее сейчас, я имею ввиду туман, и то, что вы только что видели, является следствием совмещения промежутков. Все грани мироздания медленно но верно смешиваются… Только что вот темный промежуток мелькнул, а туман — есть промежуток сумеречный.
Хм… Неужто все и вправду так? Но это значит, что назревает самый настоящий апокалипсис… Я вновь подняла взор к серо-голубому небу. Как интересно и волнительно. И страшно… Да, этого нельзя отрицать. Темный промежуток действительно напугал на меня. А уж об Анке и говорить нечего… Та ехала на своем пауке жутко бледная, и глаза ее смотрели в никуда. Эх… что-то она сдает в последнее время. Как в клинику вернемся, нужно будет немного поработать над ней… Укрепить ее дух. Впрочем… Когда мы, наконец, доберемся до поселка, я дам ей повеселиться вволю… Это должно поднять ее настроение.
— Значит, грядет что-то вроде конца этого жутко скучного мира? — Я улыбнулась под маской, обращаясь к О’Шею. — Значит уже и не так скучно, а интересно… Интересно!
Хонк рассмеялся, и я не могла не отметить, насколько белые у него зубы. Отбеливает он их чем-то что ли?
— Да… — Ответил он смеясь. — Очень интересно. Интересно жить во времена гибели мира… Еще каких-нибудь лет десять, и я думаю, все решится. Но… Может это вовсе и не гибель, а рождение нового порядка?
— И что же это за порядок такой будет?
— Этого ни вам ни мне знать пока не дано, но если нам удастся выжить в грядущем безумии, может быть мы его и увидим…
— Новый порядок?
— Новый порядок…
Я делала шаг за шагом, обходя черную траву… Итак, совмещение. Григоровичу наверняка будет интересно узнать об этом. А может, он уже и знает. Но я все же скажу ему. Я добуду для него эту девчонку — Алису. Вернусь вместе с ней в клинику, расскажу Григоровичу о совмещении и разоблачу Линду. Впереди столько всего замечательного. Но главное, как и сказал О’Шей, выжить… не помереть ненароком во время всего этого безумия. А то ведь обидно будет…
Трава… То черная, то серая, обесцвеченная губительным туманом сумеречного промежутка. Черную траву я старательно обходила, также как и все мои спутники… Если верить словам О’Шея, то стебли этой травы не только острее лезвия бритвы, но и ядовиты. Однако, смертелен ли этот яд? Ведь яды бывают разными… Вот к примеру слюна моя, вполне способна лишить жизни любого, кроме меня… Любого… А хонка сможет? Хонки ведь не люди…
Более семи лет назад, когда слюна эта еще не была ядовитой, я отправила на тот свет двоих забавных ребят. Мне, конечно, тяжело было делать это, ведь я любила их обоих… Да, я привязалась к ним не на шутку. Однако, Григорович все же был мне дороже…