Чтение онлайн

Ну почему я должна ее знать? Я вам уже объясняла, что не бывала в тех местах и не слыхала о них. Какое отношение я могу иметь к этой женщине, откуда бы она ни была родом?
– Кёко дала волю обуревавшим ее чувствам. А может, она сочла, что сейчас уместно проявить раздражение?
– Прошу меня извинить, у меня назначена деловая встреча.- Кёко отодвинула стул, ясно давая понять, что ей надоел этот идиотский разговор. Мунэсуэ не знал, как ее задержать.

Ясуги-сан,- вступил в разговор молчавший до сих пор Ёковатари,- вы знаете «Стихи о соломенной шляпе»?

О соломенной шляпе?
– Кёко недоуменно повернулась к Ёковатари.

«Что сталось теперь с моей соломенной шляпой, мама? Той, что улетела в ущелье летом, когда мы шли от Усуи к Киридзуми…» - Ёковатари продекламировал строки из небезызвестного стихотворения Ясо Сайдзё.

Кёко резко изменилась в лице и застыла, привстав из-за стола. Широко раскрытыми глазами она глядела на Ёковатари, будто ей привиделось нечто невероятное. Но уже через минуту к ней вернулось профессиональное самообладание.

–  Я не знаю это стихотворение, простите…- бросила она и вышла.

А Мунэсуэ и Ёковатари остались, как были, сидеть за столиком, ошарашенно глядя на дверь, за которой исчезла Кёко. Через какое-то время они пришли в себя.

Мунэсуэ-кун, ты видел?

Видел.

Кёко Ясуги отреагировала-таки на стихотворение.

Даже чересчур, она, видно, хорошо знает эти стихи.

Знать-то знает, а говорит, что нет.

–  И ведь в стихотворении упоминается Киридзуми. Так что ей известно это место.

Какой же тогда ей резон отпираться?

Подозрительно что-то.

Даже слишком. Ты ведь начал с того, что хочешь поговорить с ней о сыне. А она об этом и не спросила. И не потому, что забыла. Просто главное для нее - Киридзуми. Где уж тут отвлекаться на посторонние темы. Обычно мать, если приходят из полиции по поводу сына, ни о чем другом думать не может.

Я сейчас вспомнил, что она собралась уходить до того, как ты процитировал эти стихи.

Вот видишь. Полицейские говорят матери, что им надо кое-что узнать о ее сыне, а та ни о чем даже не спрашивает. Только все порывается уйти. Очень странно.

Как будто она хотела от нас убежать.

–  Она на самом деле хотела убежать. И убежала!

Они собрали воедино разрозненные детали, и наконец перед ними замаячила настоящая цель. Но у них еще не было стрел, способных поразить эту цель.

На совещании в следственной группе Мунэсуэ и Ёко-ватари внесли предложение взять Кёко Ясуги на заметку.

Иными словами, вы считаете, что Кёко Ясуги замешана в убийстве Джонни и старухи.- Инспектор Насу полуприкрыл глаза.

Ее личность внушает сильное подозрение.

Ну, скажем, Кёко Ясуги - убийца. Каковы мотивы преступления?

Этого вопроса следовало ожидать.

Она убила Танэ Накаяма потому, что старуха знала об убийстве Джонни.

Значит, чтобы заткнуть ей рот, не так ли? А почему она убила Джонни? Между Джонни и Ясуги как будто нет никакой связи…

Вот здесь и предстоит как следует покопаться. Может, отыщется связь. Но…- Мунэсуэ вдруг замолчал.

Что «но»?

Танэ Накаяма в открытке, посланной Ёсино Омуро, пишет, что в июле сорок девятого года встретила в Киридзуми некоего Икс, выходца из Яцуо.

Ты хочешь сказать, что этот Икс - Кёко Ясуги?

Я не могу это утверждать. Просто мне кажется, что среди уроженцев Яцуо не много таких, кто бывал в Киридзуми - безвестной деревушке на горячих источниках, затерянной в горах.

Ну и что?

Предположим, что Икс - Кёко Ясуги. Зачем ей понадобилось в те времена забираться в Киридзуми? Скорее всего, она хотела спрятаться.

Почему же она решила спрятаться?

Из содержания открытки следует, будто бы Икс был не один, а со спутником. Может, спутника и хотели спрятать?

Если спутником был не Ёхэй Коори, а кто-то другой, значит, Икс - Кёко Ясуги - не хочет, чтобы муж узнал об этой истории?

Скажем так.

Вряд ли она стала бы убивать старуху, чтобы скрыть то, что уже и так давно в прошлом.

Вот что пишет Танэ Накаяма об этом спутнике. Она пишет, что он очень необычный человек. Может быть, это был иностранец?..

Иностранец, говоришь? По какое все это может иметь отношение к Джонни Хэйворду? В сорок девятом году Джонни еще и на свете-то не было.

Я думаю, ключ к решению этой загадки - в стихотворении Ясо Сайдзё,- сказал Мунэсуэ и не спеша достал копию «Стихов о соломенной шляпе». Глаза всех

присутствующих обратились к нему.

После «выхода на волю» Морито поспешил доложить обо всем Ниими.

Тебе досталось, я знаю,- приветствовал его Ниими.

Ох и наломал же я дров.- Морито почесал в затылке.- В полиции всячески выпытывали, кто меня подговорил прикинуться грабителем, но я, господин Ниими, вас не выдал.

Даже если б ты и сослался на меня, большой беды бы не было. Тут приходили из полиции к Оямаде-сан, расспрашивали о том о сем. И беседа как будто была мирной.

А я фотографировал и увлекся, забыл, где нахожусь. Вот меня и застукали. Но доказательства я добыл. На автомобиле ясно видны следы столкновения.

Пленку-то у тебя, наверно, конфисковали?

Когда поднялся шум, я подумал, что пленку отберут, и самую первую катушку припрятал.

В самом деле? Так ты принес пленку?!

Нет худа без добра. Первая пленка быстро кончилась, и я ее вынул, так что сейчас она со мной. А полиция, видно, посчитала, что я отснял только одну катушку, ту, что была в аппарате, и удовлетворилась ею.

–  Ну-ка покажи.

–  Я принес негативы вместе с отпечатками. Морито с гордым видом протянул Ниими негативы и фотографии, увеличенные до половины кабинетного формата. Ниими принялся внимательно их разглядывать.

Ну как?
– спросил Морито, дождавшись, пока Ниими кончил смотреть фотографии.