Чтение онлайн

— Милый, — сказал она, — ты рассчитайся, пожалуйста, я прослежу, чтобы все погрузили в машину. И на чай девочкам оставь, они так старались.

— Конечно, дорогая, — вздохнул облегченно Генри. На удивление, все покупки обошлись в сумму, чуть больше ста пятидесяти тысячи империалов. Заплатив, и оставив десять процентов чаевых, он вышел на улицу, где Валерия вовсю командовала девочками, укладывающими пакеты в багажное отделение. Когда все было уложено, Валерия расцвела! «Все-таки шопинг лучшее психотерапевтическое средство для любой женщины, в любой ситуации, и в любом возрасте», — с улыбкой, про себя, подумал Генри.

Валерия подбежала к Генри, обняла его за шею и жарко поцеловала в губы, потом положила голову ему на плечи тихо сказала, - Спасибо, милый, за то, что ты ничего не жалеешь для своей девочки!

На ступеньках магазина стояли и с завистью смотрели на нее продавщицы. Валерия помахала им рукой, и заторопилась домой.

Когда они уже в темноте подъехали к замку, площадка перед ним была забита дорогими автомобилями. Валерия проехала во двор, где ее встречала мать. Увидев количество пакетов, она только покачала головой, и приказала слугам отнести все вещи в комнаты дочери. Затем она увидела пакет с логотипом ювелирного магазина, и оценила количество футляров в нем. Она подошла к Генри и сказала ему,

— Я рада, что Вы по достоинству оценили мою дочь.

— Она моя судьба, — просто ответил Генри.

— И принц бы, лучше не сказал, — довольно ответила мать, — берегите и не обижайте ее, но хочу сказать, характер у нее, как у настоящей принцессы, Вам придется потерпеть ее выходки.

— Лучшее ее девушки, я не знаю, — не стал ничего придумывать Генри.

— Хорошо, идите переодевайтесь, через полчаса ужин. Сопроводите мою дочь на нем!

Когда Генри вошел в комнаты Валерии, она, в одних новых кружевных трусиках, выбирала себе платье.

— Хорошо, что ты пришел! Как тебе эти трусики?

— Валерия, мне неприятно будет, если тебя, кто-то, в них увидит.

— Ой! Ты меня ревнуешь? — и Валерия бросилась на шею Генри, — не нужно милый, сегодня ночью я тебе докажу, как я тебя люблю. Рядом с тобой, любой мужчина выглядит мелким и недостойным. Я и сейчас тебе бы доказала, но мы обязательно должны быть на ужине, он в мою честь.

— Хорошо, трусики великолепные!

— После ужина, ты сможешь их с меня снять, — игриво сказала девушка, — Генри, я лифчик не одену, это вечернее платье, ты не будешь против?

— А, что у меня есть выбор? — хмуро сказал Генри. Ему не нравилось, что на грудь его девушку будут все пялиться.

— Ой! Ты такой забавный, когда ревнуешь! — Валерия залилась счастливым смехом, — я выбрала это изумрудное платье, как тебе? — и она надела обновку. Выглядела она, с распущенными волосами, просто роскошно.

— Нравится? Помоги мне надеть этот гарнитур.

Когда Валерия была готова, ужин, уже как десять минут, начался. Она взяла под руку Генри, и они медленно вошли в зал дворца, где были накрыты столы и сидели гости. Слуга громко объявил: — Их светлость наследная принцесса рода Конти, Валерия Конти, и ее сердечный друг, Прим-Мастер Горной гильдии, кавалер Имперских орденов за заслуги четвертой, третей и второй степени, Каратель маньяков Тартара, Генри Валент!

И если звание и ордена не произвели особого впечатления на титулованных гостей, то звание Каратель маньяков Тартара, имело оглушительный успех. Все развернулись в их строну, после чего увидели и гарнитур Валерии. Когда она вошла в зал, свет заиграл на брильянта и изумрудах так, как будто зажглись дополнительные лампы. Все гости понимали толк в драгоценностях, поэтому по залу покатился вздох восхищения.

— А я знаю этот гарнитур, — раздался голос тетушки Валерии, — его заказал губернатор Южной провинции у наших ювелиров, его дочка очень похожа на нашу Валерию, и цветом волос и глаз. У его мастеров не было таких камней. Но он не смог его выкупить, потому, что цена для него оказалась неподъемной. Братец, а ты говорил, что у тебя денег нет, — обратилась она к отцу Валерии.

— Я, не имею никакого отношения к этим драгоценностям, — ответил, не менее потрясённый, чем все остальные, отец Валерии.

— Племянница, а откуда у тебя эта роскошь? Она же стоит целое состояние,- спросила тетушка, известная своей бесцеремонностью.

— Этот гарнитур? — спокойным голосом, как будто у нее таких десять, ответила Валерия, — мы гуляли с Генри, он предложил зайти в ювелирный на Рыбной улице, что-бы меня побаловать. Спросил, что у них есть для меня. Ну они стали показывать украшения за сто тысяч, но Генри назвал это бижутерией для кошек, и тогда они вынесли этот гарнитур. Генри увидел, спросил понравился ли он мне? Я подумала, вроде бы ничего, и сказала, что если он так хочет купить это для меня, то я не против. Я не очень то и хотела, это же сразу надо было платье к нему, да и все остальное покупать. Но думаю, пусть ему будет приятно, он так любит меня баловать. Ну, он сразу и купил.

— А на кого оформлен паспорт гарнитура? — спросила, пришедшая в себя, мать Валерии.

— Мама, ну что за странные вопросы? Конечно, на меня, его же купили мне, — ответила Валерия.

— Племяша, а сколько стоит это все? — снова вмешалась тетка.

— А я даже не помню, то ли полтора, то ли два миллиона империалов, сколько ты заплатил, дорогой? — обратилась она, к скромно молчавшему и стоявшему, рядом с ней, Генри.

— Если со страховкой, то около двух миллионов империалов, но это такой пустяк, по сравнению с тем, что ты довольна, — с почтением ответил принцессе Генри.

В зале установилась мертвая тишина, и только мама Валерии довольная улыбалась. Затем начался гул голосов, в которых слышалось и восхищение, и недоумении, и зависть.

— Прим-Мастер, а у Вас нет, случайно, брата, но постарше, — засмеялась тетушка.

— К сожалению, я сирота, — вежливо ответил ей Генри. И они с Валерией прошли к своим местам. Отодвинув стул, и дав возможность Валерии грациозно сесть, и он сел рядом с ней.

— Генри, — шепотом сказала Валерия, — напротив нас сидит мой жених, его дружок и его родители. Держи, пожалуйста себя в руках. Думаю, они тебя сейчас начнут задирать.

— Я тебя не подведу, — пообещал ей Генри.

Жених Валерии стал бесцеремонно, как интересную зверюшку, разглядывать Генри. Наконец, он обратился к Валерии:

— Скажите, невеста моя, как долго Вы собираетесь держать этого плебея возле себя в статусе своего сердечного друга? Вы скоро станете моей женой, и мне это будет неприятно.

Валерия, нажала туфелькой на ногу Генри, призывая его не вмешиваться. Посмотрев насмешливо на своего будущего мужа, она громко ответила:

— Мой будущий супруг, так как я, Вас, вряд ли увижу в своей спальне после нашего замужества, то я намерена оставить своего сердечного друга возле себя на всю жизнь.

— Но ведь это моветон! Что о Вас скажут в обществе? — возмутился псевдо жених.

— Если кто-то что-то скажет непристойное о Валерии, моей Валерии, я ему сразу отрежу язык, — спокойно вмешался в разговор Генри. В зале сразу установилась мертвая тишина.

— А если это будут благородные особы! — машинально спросил жених.

— Не думаю, что язык благородных особ, сильно отличается от плебейского языка. Режутся они одинаково легко, — невозмутимо ответил Генри.

— Но Вас сошлют на каторгу!