Чтение онлайн

Ученые в память об этих мифах и легендах назвали растение нимфеей. Нимфей в природе великое множество, особенно в тропиках много разнообразных видов — с белыми, розовыми, красными, желтыми, синими цветками.

Священным считали в Древнем Египте цветок голубой нильской кувшинки, египтяне называли это растение лотосом. Венками из цветков «лотоса» украшали храмы, такие же венки возлагали на головы почетных гостей, этими цветками танцовщицы и певицы оживляли одежды на праздниках.

Легендарный лотос (нимфея) вдохновлял не только древних поэтов и создателей мифов, но и художников. Изображение этого цветка высечено на каменных памятниках, построенных 5000 лет назад. На гробнице фараона Тотохена (3400 лет до новой эры) в изображении «Жатвы папируса» есть и цветки нимфеи.

Для людей того времени поведение цветка нимфеи было непонятно: он то появлялся на поверхности воды и раскрывал нежные лепестки, то вновь погружался в воду.

Суточную периодичность в жизни цветка египетского лотоса заметили жрецы и, так как научно объяснить суточный ритм они не могли, связали эту «странность» цветка с жизнью богов. Обильно расцветали нильские кувшинки после сильных весенних разливов Нила, когда речным илом покрывались не только берега, но и поля, дававшие осенью богатые урожаи. Именно поэтому цветок этот был посвящен богине плодородия Исиде. Суточные движения цветка связывали с мифом о боге Осирисе.

В действительности же палящее солнце для цветка вредно, вот он и раскрывается в более прохладные тропические ночи.

В умеренных широтах не бывает палящего тропического солнца, а ночи и летом случаются довольно холодные. И кувшинки ведут себя иначе — ночью цветок закрывают, чтобы не переохладился, а раскрывают с восходом солнца. Но тогда, позвольте, о каком цветке идет речь у Г. Гейне? Нетрудно заметить, что поэт описал ритм тропического лотоса. А вот знал ли он сам об этом? Думаю, что нет, Г. Гейне был уверен, что описал цветок европейской кувшинки. Ошибка произошла потому, что ботанические сведения в прошлом веке распространялись не так уж широко, а вот мифы и легенды, в том числе мифы, связанные с суточным ритмом нильского лотоса, знал каждый культурный человек. И не один Г. Гейне перепутал ритм цветка северной и тропической нимфеи. Посмотрите на картину И. Н. Крамского «Лунная ночь»: девушка, залитая лунным светом, задумчиво сидит на берегу пруда, а на воде белоснежные раскрытые цветки нимфей. Между тем, нимфея альба (Nymphea alba), а цветки на картине похожи на цветки этого вида, раскрывает цветок в 7 ч утра и закрывает около 16 ч дня. Ночью же закрытые бутоны погружаются в воду, которая теплее в это время суток, чем воздух. Впрочем, может быть, художник писал картину в Италии, там акклиматизированы многие тропические нимфеи. Но вот у В. М. Васнецова в его картине «Иван-царевич на сером волке» дается изображение наших широт. Тем не менее мы опять видим цветущие ночью кувшинки — явная ботаническая ошибка.

Нимфеи — типично водные растения. В грунте развивающиеся корневища накапливают питательные вещества, в том числе крахмал. Листья на длинных черешках устремляются вверх. Молодая листва — подводная, зрелые листья выходят на поверхность. Плавающие листья покрыты особым составом и не смачиваются. Это очень важно, так как поверхность такого листа имеет 10 — 11 млн. устьиц, через которые идет интенсивное испарение влаги, а следовательно, и восходящий ток от корней к листьям, вместе с которым поступают из грунта и растворы питательных веществ. Но наряду с восходящим током питательных веществ у кувшинок существует и движение газов сверху вниз. Дышит растение, особенно это касается молодых, полностью погруженных нимфей, всей поверхностью подводных листьев и стеблей. Но большим кустам с мощными плавающими листьями этого уже мало, у них интенсивно дышат и плавающие листья, особенно старые, фотосинтетическая деятельность которых уже ослаблена. Усвоенный ими кислород движется к погруженным в тину корням, это нисходящий ток. Нимфея, располагаясь сразу в трех средах — на поверхности (воздушная среда), в воде и в подводном грунте, бутоны, зародившиеся в сумрачной глубине, спешит выбросить к поверхности, к воздуху, к солнцу.

Чудодейственную силу приписывали славяне нимфее (одолень-траве). В старинном «травнике» говорилось: «Кто найдет одолень-траву, тот вельми талант себе обрящет». Одолень-трава «помогала» одолеть нечистую силу, ее брали в ладанке в дальние путешествия, отвар одолени использовался как любовный напиток, пробуждающий нежные чувства у жестоких красавиц. Во Франции из корня приготовляли лекарство «неню-фар», отсюда французское название кувшинки — ненюфар. Корневища этого растения в разных странах собирали и сушили на солнце, запасали впрок, из них делали муку, отваривали, как картофель. В странах Средиземноморья семена нимфеи ели, как семечки, называли их «египетским бобом». И в наши дни, например на Украине, семена кувшинки — излюбленное лакомство детей. А уж цветы рвут целое лето и для венков, и для букетов, везут в город, выносят к поездам на станциях. Цветы нимфей в букетах не стоят, быстро вянут, не могут они всасывать из вазы воду, не так у них устроены сосуды. И гибнут, гибнут прекрасные нимфеи, все меньше и меньше их становится в наших водоемах. Теперь нимфей стало мало, людей, которые их бессмысленно губят, — больше. Поэтому в Московской и Ленинградской областях, в ряде стран Европы прекрасная нимфея находится под строгой охраной, занесена в Красную книгу вымирающих видов.

...Узкая тропинка петляет среди леса и приводит нас на берег тихого лесного озера. Остановимся, полюбуемся на открывшуюся нам прекрасную картину природы: вдали от многолюдья цветут нимфеи.

В природных водоемах наряду с высшими растениями всегда присутствуют водоросли — растения первичноводные. В практике коллекционера водных растений водоросли играют незначительную роль: в аквариумах издавна культивируют водоросль нителлу, в жесткой воде можно содержать и хару. У советских собирателей водных растений большой популярностью пользуется эгагропила, или бархатный шар. О нителле и харе много уже написано, поэтому не будем их касаться, а о бархатном шаре расскажу.

Но сначала поговорим о тех водорослях, которые нежелательны в комнатном саду, но все же проникают в него и порой наносят ему ощутимый ущерб. Это, прежде всего, синезеленые водоросли. Они развиваются при высоком редокс-потенциале. Избавляться от этих водорослей советуют добавлением в воду препаратов, снижающих редокс-потенциал, например, слабого раствора трипафлавина или риванола (0,1 г на 100 л воды). Борьба с синезелеными водорослями, особенно в недавно созданных водоемах, где высок редокс-потенциал, отнюдь не проста. Лучшим средством будут здоровые условия в биогеоценозе подводного сада. Сделать воду чистой, насыщенной кислородом могут высшие водные растения, начавшие расти и питаться. А для этого нужен сильный свет (гораздо чаще рекомендуют затемнять аквариум) и небольшое рыбное население. Наконец, в качестве превентивной меры в аквариум вносят трехпроцентную борную кислоту (100 см3 на 100 л воды).

Когда водоросли еще не разрослись, могут помочь живородящие рыбки — гуппи, меченосцы, которые начинают поедать водоросли, если им не давать животных кормов.

Сравнительно недавно появился в аквариумах новый враг. Речь идет о весьма агрессивной и быстроразрастающейся водоросли багрянке. Багрянки в основном обитают в морях, в пресных водах их не так много. Водоросль, о которой идет речь, прибыла в наши подводные сады из тропических вод Юго-Восточной Азии, полагают, что вместе с какими-то криптокоринами. Водоросль образует тонкие нитевидные пряди, исходящие из одной точки. Получается кисточка с нитями длиной от 5 до 20 мм. Закрепляется водоросль на камнях, стеклах аквариумов, на листьях и стеблях высших водных растений. Если при расселении на неживых предметах водоросль портит декоративную чистоту подводного сада, то растениям она уже вредит, внедряясь в эпидермис, разрушая ткани, препятствуя дыханию и фотосинтетической работе листьев, а порой и губит их.

Поскольку у багрянок пигмент фикоциан придает им синеватый цвет, кажется, что водоросль черная. Разрастаясь, она напоминает густую синевато-черную бороду; это и отражено в ее родовом названии Compsopogon coerulens — компсопогон голубой, что означает «тонкая синяя борода». Разрастается синяя борода в водоемах при низких величинах редокс-потенциала. Соскребать бороду со стекол не сложно, но удалять ее с трубок, фильтров и камней практически безнадежно.

По поводу способов борьбы с этим неприятным гостем в подводном саду существует немало взаимоисключающих мнений, имеется несколько рекомендаций. Гильдебрант в 1974 г. предложил метод борьбы с помощью изменения активной реакции воды, путем внесения в водоем фосфорной или серной кислоты. Сложность этого метода заключается в расчете дозы — нужно, чтобы показатель рН в аквариуме опустился до 4,2 и вода сильно перемешивалась. Рыб в аквариуме во время этой операции быть не должно.

В 1964 г. Муррис установил, что синяя борода не терпит дубильных веществ. В связи с этим возник способ борьбы (тоже при отсутствии рыб) с помощью черного чая. Но опасность и сложность обоих способов заставляет искать более совершенный. Наилучшими, конечно, являются биологические способы борьбы.

Живородящие рыбки здесь не помощники, они предпочитают другие водоросли. Лучше действуют рыбы-водорослееды — гиринохейлы, отоцинклы, анциструсы. Но в запущенном аквариуме водоросли нарастают быстрее, чем их собирают водорослееды. Так что лучше предупреждать неприятности, нежели бороться с уже разросшейся водорослью.

К. Паффрат рекомендует помещать в аквариум улиток-катушек, эффективно истребляющих водоросли. Аквариумисты ГДР заметили, что водоросль гибнет в аквариумах, где много мелких ампуллярий. При этом среди ампуллярий далеко не все склонны истреблять синюю бороду — одни едят ее, другие упорно обходят. Однако эффект от ампуллярий, безусловно, есть, причем, именно от мелких.

Теперь о более приятном, о желанном госте — бархатном шаре.

Несколько лет назад в редакции московского журнала «Рыбоводство и рыболовство», в каждом номере которого есть раздел «Аквариум», сотрудники протянули мне бутылку. «Вот, — сказали они,— может быть, это вас заинтересует. Приехал аквариумист с Урала, привез это водное растение».