Чтение онлайн

Он поймал мой взгляд. Его рот слегка изогнулся в уголках, вспышка его одобрения, признания, что у нас есть общий секрет. Затем его взгляд порхнул вверх над моей головой в сторону его друзей-спортсменов и прошмыгнул мимо слегка кивнув. Никто не заметил нашу короткую безмолвную беседу.

Вот и всё. Всё сложилось точно так, как я думала. Я была ниже него. Мы с Люсиндой стояли на низшей ступени социальной лестницы в школе Кембриджа. Нейт занимал место на вершине. Я едва досидела до конца уроков, после английского я чувствовала себя избитой. Все было как в старые времена, Нейт даже не смотрел на меня.

Ладно, я не ожидала, что мы станем лучшими друзьями, но мог он проявить хоть какие-то теплые чувства? Только не когда Джессика рядом, предполагала я.

— Ну, Кейси, — сказала Люсинда после звонка на обед. — Я только что проходила мимо кафетерия. Футбольная команда уже там.

У неё было достаточно такта, чтобы не называть его по имени.

— В выходные я немного приболела. Думаю, что мой желудок не готов вынести эти запахи.

— Ах, — понимающе сказала Люсинда. — Ладно, мы можем пропустить сегодня обед.

— Я взяла обед из дома, — сказала я. — Могу поделиться.

Люсинда кивнула и мы направились к южной лестнице в старой части здания, где можно было поесть в одиночестве и я буду в безопасности от нежелательных появлений Нейта. Мы остановились у окна на втором этаже, из которого была видна компания младших мальчиков, которые курили по ту сторону забора.

— Разве это не твой брат? — спросила Люсинда. Я узнала его растрепанную шевелюру.

— Похоже на то, — он со знанием дела выпустил облачко дыма и я покачала головой. — Он курит?

Он был одет в свой обычный панковский черный наряд, как и остальные мальчики. У большинства из них были проколоты различные части тела.

Мы с Люсиндой сели на верхней ступеньке. Я вытащила маленький пластиковый контейнер из бумажного пакета. Карамельный пудинг, моя любимая еда. Я проглотила несколько ложек, но он не помог унять боль. Я поняла, почему существует столько известных песен о разбитых сердцах. Я вытерла со щеки сбежавшую слезинку. Слёзы плохо сочетаются с карамелью.

— Ох, Кейси, — глаза Люсинды зажмурились от сочувствия. — Он придурок и не стоит твоего беспокойства.

— Люси, я кое-чего тебе не рассказала.

— Продолжай, — она взяла половину моего бутерброда и начала есть.

— Помнишь танцы?

— Речь о том, где парень танцевал с тобой потому, что его взяли на слабо? — спросила она с набитым ртом. — Да, я помню.

— Мы вернулись, гм, назад.

— Назад? Что ты имеешь ввиду? — я широко раскрыла глаза, будто бы это помогло всё объяснить.

— Я имею в виду вернулись обратно.

Люсинда вскрикнула:

— Не может быть!

Я ей рассказала коротко изложенную версию о проведенном нами там времени.

— Вы спали в одном домике! — она скрестила руки в негодовании. — И он тебя игнорировал? Он еще больший подонок, чем я о нём думала.

Мне не хотелось в это верить, но это была правда.

— Это ранит больше, чем я могла представить, понимаешь?

— Ах, Кейси. — Люсинда обняла меня, тщательно избегая контакта с любым открытым участком моей кожи, и стиснула меня. Я была счастливицей иметь такую подругу, как она.

После школы я пошла сразу домой. Ни один парень не смотрел в мою сторону, это так мучительно. Моё сердце не из камня. На самом деле, я была более чем уверена, что оно кровоточило и кровь могла начать вытекать из пор в любой момент.

Тим находился в гостиной комнате, играя в какую-то видеоигру, где он стрелял и убивал какую-то дрянь.

— Привет, Тим, — ответа не последовало. — Тим, — ничего. Я рухнула на диван рядом с ним. — Тим!

— Чего тебе надо?

— Я видела, как ты курил сегодня.

— И что?

— Мама с папой знают?

— Нет, и как по твоему должен что-либо знать отец?

Военный и странно выглядевшее существо упали на землю, всё залито кровью.

— Жесть. Ничего. — хорошо, можешь со мной не разговаривать, но я всё расскажу маме.

— Давай, расскажи ей.

— Ладно.

Мама вернулась домой и я помогла ей приготовить ужин. Паста. Быстро и Просто. Я не рассказала ей о новом пристрастии Тима к курению, хотя я и не знала, окажу ли я ему такую любезность. Вместо этого, я вынесла на обсуждение вопрос о папе.

— Ты когда-нибудь, ну знаешь, думаешь о папе?

— Ох, прости меня, Кейси, я забыла спросить. Ты хорошо провела с ним время, когда вы с ним встречались на днях?

— Да, но я имела в виду, ты думаешь о нём? Ты по нему скучаешь?

Мамин раненный вид заставил меня пожалеть, что я подняла эту тему.

— Мне так жаль, что наши проблемы повлияли на вас, детей, Кейси. Но что сделано, то сделано.

Я надавила.

— Ничего нельзя изменить?

— Кое-что можно, — затем она вздохнула. — А кое-что нельзя.

Каким-то образом мне удалось дожить до конца осени, не впав в полную депрессию. Хорошим обстоятельством было то, что я не путешествовала с последнего раза во время танцев. Хуже всего было то, что мне до сих пор приходилось видеть Нейта каждый день в школе. Если мой радар на Нейта был включен на полную в начале учебного года, когда я была просто раздавлена, то теперь он был на абсолютно безнадежной сверх передаче. Сколько бы я себе ни твердила забыть его, я ловила себя на постоянном поиске. Это было невыносимо. По крайней мере, Джессика выпала из моего поля зрения. Рассказал ли ей Нейт? Мысль о том, что он встанет на мою защиту, заставила окропить счастьем во всём остальном моё безрадостное существование.