Чтение онлайн

Рэнди торопливо сгреб одной рукой гитару и рюкзак, другой подхватил ботинки и присоединился к Гарри.

Тот вглядывался в водителя.

— Вы едете в Майами? — спросил он. — Подвезти не могли бы, а?

Подойдя поближе, в слабом свете приборной доски он увидел, что водитель — девушка, и это его поразило. Лицо ее разглядеть он не смог: на ней были темно-коричневые солнцезащитные очки и белый платок, полностью скрывавший волосы и часть лица. Концы платка были заправлены в черную рубашку с открытым воротом.

Он чувствовал, что глаза за стеклами очков изучают его.

— Машину водить умеешь?

Ее низкий голос был с хрипотцой, чувствовался акцент, но какой — Гарри не разобрал.

— Да, безусловно.

— Водительские права с собой?

— Да.

Девушка глубоко, устало вздохнула.

— Прекрасно. Можешь садиться, если сам поведешь.

— А ко мне это тоже относится? — беспокойно поинтересовался Рэнди.

Она повернула голову и посмотрела на него, потом на Гарри.

— Он твой друг? — спросила она.

— Да. Все нормально. У него такая прическа, чтобы голове не холодно было.

— Дорогу знаешь?

— Все прямо и прямо.

— Именно. Я восемнадцать часов за рулем. Вымоталась. — Она открыла дверцу и спрыгнула на землю. — Если не посплю немного, заеду в кювет. Я должна доставить фургон в Майами. Кретин, который это заказал, заявил, что аннулирует заказ, если не получит его завтра.

Все это показалось Гарри немного странным.

— Вы что, занимаетесь торговлей фургонами?

— Нет, я среди идиотов, занимающихся доставкой. Садись и поезжай. Я лягу в фургоне. Бога ради, не будите меня до Майами.

— А второй кровати там нет? — с надеждой спросил Рэнди. — Я тоже едва на ногах держусь.

— Если не сможешь держать на привязи этого ненормального, он останется на дороге, — заявила девица, обращаясь к Гарри, и в ее голосе послышались резкие нотки, отчего Рэнди похолодел. — Садись и поезжай.

Она решительно направилась к задним дверям фургона. Гарри и Рэнди услышали, как дверь открылась и захлопнулась. Потом лязгнул засов.

Мужчины переглянулись, и Гарри уселся за руль.

— Давай, ненормальный, — позвал он, — или придется идти пешком.

Рэнди обежал машину, дернул боковую дверцу и плюхнулся рядом с Гарри; машина рванулась вперед.

— Ну, что скажешь? Никогда бы не подумал! — сказал Рэнди. — Вот удача! Около семи мы уже можем быть в Майами.

— Может, удача, может, и нет, — ответил Гарри. — Так ли уж часто девушки перегоняют фургоны по восемнадцать часов без отдыха? Я просто не знаю. Я на три года отстал от жизни.

— Так я тебе расскажу, старина! — ухмыляясь, сказал Рэнди. — В наше время девушки занимаются всем. Вот что с ними произошло. Они мужчин в грош не ставят… все они!

— Довольно круто, — задумчиво произнес Гарри, — вот так остановиться и отдать нам машину. Почем знать, мы могли пристукнуть ее и изнасиловать.

— А им нравится, когда их насилуют, они теперь так проводят свободное время, — с горечью произнес Рэнди. — Ручаюсь, она была разочарована твоим старомодным джентльменским поведением.

— Посмотри-ка в отделении для перчаток. Может, она там какие бумаги оставила, — сказал Гарри.

Стрелка спидометра держалась на метке пятьдесят миль в час.

Рэнди открыл отделение для перчаток и нашел пластиковую папку для бумаг. Он вынул какие-то документы, включил свет в кабине и, наклонившись, принялся изучать их.

Прочитав, он выпрямился.

— Машина взята напрокат у Херца на Веро-Бич, взял ее Джоэл Блэч, 1244, Спрингфилд-роуд, Кливленд.

— Какой пробег, там отмечено?

— Да, тысяча пятьсот пятьдесят миль.

Гарри посмотрел на спидометр. Мысленно подсчитал.

— Машина с тех пор, как ее взяли напрокат, проехала двести сорок миль. Маловато для восемнадцати часов езды.

Рэнди повернулся к нему и широко раскрыл глаза.

— Ты так всегда поступаешь? Прямо как сыщик.

— Она не Джоэл, как его там. Она не восемнадцать часов едет. Мне это не нравится. Она могла украсть машину.

— Слушай, — серьезно сказал Рэнди, — давай не будем испытывать судьбу. У нас есть машина. Около семи мы будем в Майами. Оттуда мы с легкостью доберемся до Парадиз-Сити. Можем даже на автобусе доехать, если никто не согласится подвезти. Так о чем мы волнуемся?

— Начнешь волноваться, если есть приказ найти эту машину, и какой-нибудь коп нас остановит.

— О господи! Сейчас-то, ночью, да на этом шоссе — все копы спят давно.

Гарри колебался. Что-то во всем этом ему сильно не нравилось, но он сказал себе, что это личное дело самой девицы. Если полиция их остановит, ему не составит труда объяснить, кто он такой. А если Рэнди охота рисковать — так пусть сам и беспокоится.

Он мягко нажал на газ, и стрелка спидометра рванулась на отметку шестьдесят пять миль в час.

— Успокоился? — полюбопытствовал Рэнди.

— Твои трудности. Я ничем не рискую. Если тебе все равно, то мне-то какое дело?

— Ну и правильно. — Рэнди полез в свой рюкзак и достал сверток, который дал ему Морелли. — Чего-то меня голод гложет. — Он развернул бумагу и обнаружил жареного цыпленка, аккуратно разрезанного на четыре части, два пончика и четыре куска хлеба с маслом и с майонезом. — Этот итальяшка, безусловно, свое дело знает. Ты чего-нибудь поесть хочешь?

— Не сейчас.

— Ну а я хочу. — Рэнди с довольным видом принялся за еду. С набитым ртом он произнес: — Кстати, о девочках: как они там, во Вьетнаме?

— Ты туда не поедешь, так что тебе за дело? — отрезал Гарри.

Рэнди взглянул на него, впился зубами в хлеб, почавкал, потом поинтересовался:

— Они этим занимаются как все или как-нибудь по-другому могут?

— Ты туда не поедешь, что тебе за дело? — повторил Гарри, не отводя глаз от освещенной фарами дороги перед собой.

Рэнди состроил гримасу: