По дороге к высокой башне. Часть вторая
Шрифт:
– Пришли, - сказала она. В неярком свете сильно чадящего факела угадывались стены, какие-то полки, лавки и большой стол, стоящий в середине комнаты.
Только сейчас мне, наконец, удалось, как следует рассмотреть девчонку. На самом деле она совсем не походила на женщину из верхнего мира. Девушка была худой и угловатой, словно мальчишка, и одета была по-мужски. Вытянутое бледное лицо почти целиком скрывалось за грязными светлыми волосами, и только настороженные темные глаза время от времени вспыхивали в свете факела.
– Как зовут-то тебя?
– спросил я.
Но незнакомка не ответила. Она воткнула факел в земляной пол, неожиданно метнулась куда-то вбок и пропала.
– А никак не зовут, - послышался недовольный мужской голос, и из темноты к столу шагнула размытая тень.
Я выхватил меч и направил на незнакомца. Еще не хватало попасть в засаду. Ай да девочка - заманила в ловушку и бросила. Вот и помогай после этого людям.
– Я не сделал ей ничего плохого.
– Что хорошо в твоем мире, может быть плохо в нашем и наоборот, - ответил незнакомец.
В словах чужака не было угрозы, но на всякий случай я попятился и прислонился спиной к стене, чтобы никто не смог подобраться ко мне сзади.
– Я спас ее от позора. В твоем мире это что-то значит?
Незнакомец не ответил и сделал еще несколько шагов в мою сторону.
Окружающая темнота беспокоила меня. После происшествия в тронном зале я понимал, что в ней могут скрываться вооруженные люди. Я быстро огляделся. Вроде бы никто не крался ко мне вдоль стены. Несмотря на усталость, я надеялся, что могу справиться с одним противником, но против целого отряда мне не выстоять.
– Для наших женщин позор и смерть означают одно и то же, - наконец сказал чужак.
– Значит я спас ее от смерти, - твердо сказал я.
Я не знал, могут ли подземники испытывать благодарность по отношению к человеку из верхнего мира, но очень на это надеялся. Умирать под землей в этих мрачных катакомбах мне не хотелось.
– Меч тебе не понадобится, - сказал незнакомец, - тебя никто не тронет. Садись за стол и поешь. Я скоро вернусь.
Когда дверь за ним закрылась, я схватил факел и обошел все помещение. Как оказалось, из него было два выхода - через один проникли мы с девушкой, а через другой вошел таинственный незнакомец. Больше ничего интересного в комнате не было, поэтому я опять воткнул факел в землю, спрятал меч и уселся за стол. Кто-то оставил на нем глиняный кувшин с водой и черствую лепешку, которая заметно отдавала плесенью. Наверно в другое время я бы побрезговал есть такую еду, но только не сегодня. Не думаю, что ее оставили специально для меня - подземники не могли знать, что одна из девушек приведет с собой чужака, но в любом случае угощение пришлось очень кстати.
После еды меня потянуло в сон. Все-таки за последние два дня мне порядком досталось. Первое время я, как мог, боролся с усталостью, но потом положил голову на руки и даже не заметил, как заснул. Меня разбудил скрип открывающейся двери. Несмотря на усталось нервы мои были напряжены до предела, поэтому первый же посторонний шум сразу же вырвал меня из сна.
Незнакомец вернулся. Он воткнул в пол новый факел, потому что старый уже почти догорел и сел на лавку напротив меня.
– Вижу ты поел и отдохнул, - сказал чужак.
Третий раз в жизни я видел перед собой настоящего подземника. Он был одет в кожаные штаны и куртку, а на ногах носил высокие сапоги, которые крепились завязками к поясу. Наверно в такой обуви удобно было ходить по воде. Кожа у него была бледная и сухая, словно плохо выделанный пергамент.
– Меня зовут Сотин, и я здесь главный, - сказал незнакомец и наклонил голову в знак приветствия.
– Я Тибон.
– Говорят тебя ищут, - подземник потер узкие ладони, - королевский вестник просил нас обыскать лабиринт, найти тебя и выдать.
От этих слов мне стало не по себе. Неужели спасая девчонку, я угодил в искусно расставленную ловушку? Уж лучше бы меня зарезали наемники.
– Ты выполнишь его просьбу?
– прямо спросил я.
– Нет, - Сотин отрицательно покачал головой, - ты спас одну из наших женщин и теперь я не могу отправить тебя на смерть.
– Почему?
Подземник пожал плечами.
– Жители подземелья никогда не возлягут с чужаками. Если женщина переспит с человеком из верхнего мира, ее лишат жизни. Таковы правила. Ты спас нашу женщину от насилия и тем самым сохранил ей жизнь, значит, теперь я не могу отнять твою. Жизнь за жизнь. Это справедливо.
– Значит, теперь ты просто отпустишь меня?
Признаюсь, мне не верилось в то, что подземники просто так расстанутся со мной. Может быть Сотину нужны деньги? К сожалению, с собой никаких ценностей у меня не было, разве только подобранное в подземелье оружие. Если он потребует его в обмен на свободу я, не задумываясь, отдам ему меч и жезл.
– Один ты не сумеешь выбраться из лабиринта. Мои люди отведут тебя к дальнему тоннелю, который ведет к реке.
– Значит, я могу уйти прямо сейчас?
– Да, - подземник поднялся, давая понять, что разговор окончен.
Признаться, я даже не предполагал, что все произойдет так быстро. Судя по всему, я действительно мог просто встать и уйти, но что-то остановило меня. Все-таки когда-то я был послушником в большом и пресвященном монастыре, где каждое разумное слово переносили на пергамент, а любое важное событие описывали во всех подробностях. Сейчас оказавшись среди подземных жителей, я просто не мог не расспросить их об удивительной жизни, которую они вели, скрываясь ото всех в своих мрачных подвалах.
– А я могу перед уходом задать тебе несколько вопросов?
– Зачем?
– искренне удивился Сотин.
– Не думаю, что здесь до меня побывало много людей из верхнего мира. Никто ничего толком не знает о вас.
– И что, - еще больше удивился чужак, - никому нет дела до тех, кто живет под землей.
– Мне есть дело, - сказал я.
Похоже, мои слова застали Сотина врасплох. Неужели никто никогда раньше не пытался поговорить с подземниками, никто не хотел узнать о жизни этих удивительных людей? Пусть они не выходят на поверхность, но если королевские вестники поддерживают с ними связь, то и столичные монахи могли бы отодрать от лавок свои толстые зады, спуститься в подземелье и расспросить подземников об их непростой жизни. Как случилось, что в долине живет целый народ, о котором толком никто ничего не знает?
– Пока горит факел, ты можешь задавать свои вопросы, - наконец сказал Сотин и вернулся на прежнее место.
Сейчас я пожалел о том, что возле тела мертвого дворянина не нашел вместо меча кусок пергамента и чернильницу. С каким удовольствием я записал бы все, что мне поведает подземник. После падения с высоты и блужданий по канализации моя голова работала не очень хорошо, и я боялся упустить что-нибудь важное.
– Откуда Вы? Как оказались под землей и почему никогда не выходите на поверхность?