По дороге любви (сборник), Рубальская Лариса Алексеевна

По дороге любви (сборник)

Рубальская Лариса Алексеевна

Шрифт:

Мужчинам верить можно

Прошлой осенью в Крыму Я поверила ему. Помню, ночь тогда была звездная. А потом зима пришла, Все тогда я поняла, Только жаль, все поняла поздно я. Мужчинам верить можно, Но очень осторожно. А если даже веришь, то вид не подавать. Ведь в этой жизни сложной Легко обжечься можно. А если раскалишься, так трудно остывать! Сигаретка и дымок, И по нервам легкий ток, И дыханье губ его жаркое. А потом перрон, вокзал, Посторонние глаза И мое «не забывай» – жалкое. Мужчинам верить можно, Но очень осторожно. А если даже веришь, то вид не подавать. Ведь в этой жизни сложной Легко обжечься можно. А если раскалишься, так трудно остывать! Две странички в дневнике, Две слезинки на щеке, И на карточке пейзаж с пальмами. Время лечит, все пройдет, Снегом память заметет, И дорога уведет дальняя.

Паразит

Давно известно, мужики – все паразиты. На них свои надежды строить ни к чему. Но вот однажды всем известный композитор Такое спел, что я поверила ему. Я на экран тогда смотрела, чуть не плача, Какой же голос! А одежда! А лицо! Хоть жизнь моя – одна сплошная неудача, Должно же все же повезти в конце концов!!! Что человек – кузнец, я слышала так часто, И сам себе он все что хочет накует. Я начала ковать немедленное счастье, И билось сердце громким молотом мое. Я написала: – Дорогая передача! Потом – спасибо, и немного о себе, Потом – простите, что я ваше время трачу, И попросила скорой помощи в судьбе. А на отдельном бледно-розовом листочке Я композитору писала самому: «Вы мой кумир, моя судьба… и многоточье… Без вас на свете жить мне просто ни к чему». Потом добавила, что он мой светлый лучик, Про царство темное, конечно, ни гу-гу. Как хорошо, что нас чему-то в школе учат И перед ним блеснуть я знаньями могу. Я расписалась – про Онегина с Татьяной, И про Герасима, и бедную Муму, Про то, что музыка на сердце лечит раны, Я намекнула тоже богу моему. Полюбовалась я на свой красивый почерк, Решила твердо – надоело мне страдать. Конверт заклеила – лети, мой голубочек, Поцеловала и ответа стала ждать. Я в парикмахерский салон пошла с получки, Решила химию я сделать для него. К его приезду надо ж выглядеть получше, Хоть и без химии я тоже ничего. Подшила юбку, чтоб коленки стало видно, Купила клипсы голубые, под глаза. И так за жизнь свою мне сделалось обидно, Что накатилась, тушь размазавши, слеза. Однажды вижу – мой любимый на экране, И вдруг блондиночка цветы ему дает. Куда полезла эта дура, он же занят?! Ко мне приедет он, как только все споет. Но потянулись дни и долгие недели, Слетели листья все и снегу намело, И я подумала однажды: неужели Мое письмо так до него и не дошло? Уже всю химию мне срезал парикмахер, Резинкой черненькой я хвостик собрала. Давно пора бы мне послать все это… к черту, А я сидела и, как дурочка, ждала. Смотрю, законный мой чего-то заподозрил, Не знаю, что он мог заметить с пьяных глаз? Пришел однажды и дает мне в руку розы, Пять лет живем мы, а такое в первый раз. Потом он спать пошел, а я включила телик, Шипом от розы укололась и реву. Глотаю слезы – неужели, неужели Так без него весь бабий век я проживу? Летели дни, а он все реже на экране, То в День милиции, то где-то в «Огоньке». Вдруг стало легче чуть моей сердечной ране, И я устала жить в печали и тоске. Прости-прощай, моя любовь, мой композитор! Душа еще чуть-чуть поноет и пройдет. Ведь ты ж мужик, а мужики все – паразиты, И мой сейчас, небось, подвыпивши, придет.

Так и быть…

Ты мне сказал: «Куда ты в дождь? И ночь такая темная!» От слов твоих то в жар, то в дрожь Меня бросало, помню я. «Не уходи», – ты мне сказал И ложкой чай помешивал. Я, посмотрев в твои глаза, Произнесла насмешливо: «Так и быть, я останусь с тобой, Я останусь с тобой, так и быть. Твой застенчивый взгляд голубой Обещает так жарко любить. Не единственный ты, а любой, А меня так непросто забыть. Так и быть, я останусь с тобой, Я останусь с тобой, так и быть». Мерцала бледная звезда, Последняя, печальная, Не понимала я, куда Я в эту ночь причалила? Все понимает голова, А сердце бьется бешено. Но я опять свои слова Произнесла насмешливо: «Так и быть, я останусь с тобой, Я останусь с тобой, так и быть. Твой застенчивый взгляд голубой Обещает так жарко любить. Не единственный ты, а любой, А меня так непросто забыть. Так и быть, я останусь с тобой, Я останусь с тобой, так и быть». Ты на рассвете задремал И видел сон таинственный. И сам не знал, что ночью стал Ты для меня единственным. И я молила небеса Простить мне душу грешную. Но, посмотрев в твои глаза, Я вновь скажу насмешливо.

Эпизод

Ну и что из того, что мы ездили вместе на Юг И уснули вдвоем в пене волн на морском берегу? Мне не нужен совет всех моих драгоценных подруг. Я заставить себя, чтоб тебя полюбить, не смогу. Ты не герой Из моего романа, Ты не герой, Ты просто эпизод. А мой герой, Он поздно или рано Ко мне придет, Он все равно придет. Ты, конечно, звони, я тебя рада слышать всегда. Как-нибудь заходи, мне с тобой рядом очень тепло. Если можешь, пойми: просто то, что случилось тогда, На морском берегу, превратиться в любовь не смогло.

Нахал

Я как-то отдыхала В объятиях нахала. Он мне словами голову кружил. Балдела я от счастья, Душа рвалась на части, А он шептал: «Ну что ты так дрожишь?» И были так желанны Горячих глаз каштаны. Я жизнь свою поставила на кон. Но был недолгим праздник, Цветы завяли в вазе, И оборвался мой недолгий сон. Оборванным сюжетом, Куплетом недопетым Досталась мне на память эта ночь. Я отравилась ядом Каштанового взгляда, И никаким лекарством не помочь. Но я не стала злее И вовсе не жалею, Что жизнь свою сломала об него. А то, что я вздыхала В объятиях нахала, — Так то любовь. И больше ничего.

В первый раз вдвоем

Зачеркнул небо серое дождь — Значит, осень настала, Ветер гнал золотую пургу. Я боялась, что ты не придешь, И минуты считала. Я теперь без тебя не смогу. Просто в эту ночь у нас Все случилось в первый раз. В первый раз вдвоем На заброшенной той даче Мы с тобой случайно оказались, Может быть, потом Я еще не раз заплачу, Вспоминая эту ночь вдвоем. Плыл по комнате запах травы Улетевшего лета. Были все слова так важны. Я узнала с тобой о любви, И подружек советы Больше мне не нужны, не нужны. Просто в эту ночь у нас Все случилось в первый раз.

Курортный роман

Там, в кипарисовой аллее, Закат украсил летний зной. Вы, о любви слова жалея, Молчите пристально со мной. Во взгляде вашем знак вопроса, Шаги по гравию шуршат. И прилетают альбатросы Молчанье наше нарушать. Сидеть в тени за чашкой кофе Хоть вечность с вами я хочу. У вас такой прекрасный профиль, А про анфас я промолчу. Страницы наших биографий Зальет недолгий солнца свет. Пейзаж курортных фотографий С годами так теряет цвет… И, может, я пишу напрасно На оборотной стороне: «Я – третий справа в майке красной. Не забывайте обо мне!»

Половинки

Он одинокий был мужчина, Летела жизнь в потоке дней, И часто с грустью беспричинной Он так мечтал о встрече с Ней. Он знал – находит тот, кто ищет, Он знал – дождется тот, кто ждет. Узнает он ее из тыщи, К ней постучится и войдет. Счастье – тоньше паутинки, И точнее не сказать. И мечтали половинки, Две судьбы в одну связать. Только эти половинки Повстречавшись, разошлись. Счастье тоньше паутинки, Непростая штука жизнь. Она жила одна, печалясь, И тоже думала о Нем. И вечерами возвращалась В свой одинокий темный дом. И, чай в две чашки наливая, И, свет в прихожей зажигая, Она мечтала, что вот-вот Из тыщи он ее узнает, В дверь постучится и войдет. И в тот холодный хмурый вечер Стучали ветки о стекло. И состоялась эта встреча, Но чуда не произошло. Они увидели друг друга, Но испугались счастья вдруг. И снова жизнь пошла по кругу, И бесконечен этот круг.

Не надейся, дорогой

Дорогой, подойди к телефону. Женский голос, наверно, она. Жаль, что ей неизвестны законы — Не звонить, если дома жена. Ты растерян, мой милый, расстроен, Прячешь в дым выражение глаз. Что нас в этой истории трое, Поняла я, поверь, не сейчас. Но не надейся, дорогой, Что я отдам тебя другой. Я двадцать раз с тобой прощусь И двадцать раз к тебе вернусь. Я двадцать раз тебе навру, Что завтра вещи соберу, И двадцать раз, и двадцать раз Все будет снова, как сейчас. Мы друг другу с тобой не чужие, Сколько их, вместе прожитых дней! Не молчи, дорогой, расскажи мне, Я хочу знать всю правду о ней. Сколько лет, как зовут, кто такая И что значит она для тебя. Буду слушать я, слезы глотая, Ненавидя и все же любя.

Подлец

Я на тебя держу обиду И не могу никак уснуть. Ну что ты ходишь с умным видом, Решил бы лучше что-нибудь! Вокруг насмешливые взгляды, Да разговоры там и тут: Давно уж замуж девке надо, Да расхватали – не берут. Ты скажи наконец — Ну когда ж под венец? Надоели твои заморочки. «Ох, – вздыхает отец, — Что он тянет, подлец? Что-то в девках застряла ты, дочка». Давно не девка я, папаша, Я – неформальная жена. Мне как-то ночью стало страшно, И я с тех пор не сплю одна. Не понимает искуситель, Мой легкомысленный герой, Что хочет грозный мой родитель Нас видеть мужем и женой. Ты скажи наконец — Ну когда ж под венец? Надоели твои заморочки. «Ох, – вздыхает отец, — Что он тянет, подлец? Что-то в девках застряла ты, дочка». С подругой я совет держала, Она сказала мне, смеясь: «Да он не женится, пожалуй, Уж слишком быстро ты сдалась». Нахмурит брови папка строго: «Ой, девка, Господи прости!» А я считаю дни с тревогой, Чтоб в подоле не принести…

Блондин

Я блондинов совсем не любила, А к брюнетам лежала душа. Но, увидев тебя, все забыла И смотрю на тебя не дыша. Но сказал ты однажды мне сонно, Что у нас отношенья не те. И под свадебный марш Мендельсона Не шагать мне в венчальной фате. Блондин, ты один виноват, Сбил влет меня серый твой взгляд. Но если меня ты не любишь, блондин, Тогда оставайся один. Объяснить я подругам пытаюсь, Почему я попала в твой плен. Всем же ясно, что ты не красавец, Не Делон, извини, не Ален. У меня были люди покруче, Дав отставку им, я не права. Ой, блондин, ты подумай получше, Говоря мне такие слова. Блондин, ты один виноват, Сбил влет меня серый твой взгляд. Но если меня ты не любишь, блондин, Тогда оставайся один. Ой, блондин, торопись, опоздаешь, Ведь такие, как я, нарасхват. Пожалеешь потом, пострадаешь, Загрустит твой пронзительный взгляд. Жизнь свои нам диктует законы, Вспыхнет солнце в холодной воде. И с брюнетом под марш Мендельсона Я застыну в венчальной фате.

1-16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

По дороге любви (сборник)

Рубальская Лариса Алексеевна

Шрифт: