Чтение онлайн

Я во что бы то ни стало защищу твоё последнее пристанище, Вайни! Сберегу сияние осколка души, даже если сам кану в вечном мраке!

В его сознание хлынула волна эмоций, а по чешуе словно кто-то ласково провёл тёплой, мягкой ладонью, и он лишь ещё сильнее прижался к бьющемуся сердцу.

Я ни за что не оставлю тебя… Никогда не покину…

Обещаю тебе, Вайнория.

***

В тёмных глубинах Костяной Горы, напоминающей гигантский череп неведомого чудовища, под тоннами земли, глины и каменного крошева, в исполинской пещере с дугообразными каменными сводами, напоминающими гигантские рёбра, над чёрной горой висело поистине огромное, пульсирующее сердце. Источая кроваво-розовый свет, чем-то отдалённо напоминающий переливы прекрасного северного сияния, оно оглушало своим непрерывным, величественным биением, олицетворяющим саму суть любой жизни.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ.

— Гарганор… — внезапно прошелестело едва слышное эхо.

Огромная, блестящая чёрная гора на мгновение всколыхнулась.

— Гаргано-ор…

Свернувшийся под трепещущим сердцем, забывший своё имя Владыка Драконов медленно открыл свои тёмно-зелёные глаза.

Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга: исполинский Хранитель Костяной Горы и обычный человек с практически абсолютно чёрными глазами, которые были полны невероятного спокойствия. И пусть от неведомого гостя не чувствовалось ни малейшей тени угрозы, дракон не обманывался его кажущейся безобидностью.

Ведь он знал, кто сейчас стоит перед ним.

— Я ждал тебя… — прошелестел слабый, донельзя уставший голос древнего, мифического чудовища.

На лице Саргона появилась лёгкая улыбка.

— Надеюсь, что недолго, — он окинул взглядом пещеру. — Всё же найти тебя было нелегко.

Гарганор слегка шевельнул головой, усеянной длинными, чуть отогнутыми назад костяными наростами.

— Однако тебе удалось…

Саргон кивнул.

— Крохотные осколки твоей памяти чудом уцелели, но даже их всё равно было недостаточно. — Он поднял голову и взглянул на размеренно сжимающийся кусок плоти над их головами. — Но мне помогла она.

Тело дракона вздрогнуло.

— Вайнория…

— Да. Чтобы она жила, ты отдал всё: плоть Сазэрима, униары, огонь своей души, теплоту каждого чувства, каждой эмоции, — его губы тронула улыбка, — и, конечно же, ты принёс на жертвенный алтарь самого себя. Но Вайнория всё это время, также, как и ты, хранила и бережно согревала своим дыханием едва тлеющий уголёк твоей души, и те воспоминания, что были вам так дороги. И она поделилась ими со мной.

Чувствуя сковавшую сердце боль, Гарганор приопустил отяжелевшие веки и отвёл голову в сторону.

— Я знаю, чего ты хочешь, лимрак…

Саргон вздёрнул бровь.

— А ты разве этого не желаешь? Кальмуар ведь всё ещё бродит по Древниру и отравляет его одним только своим существованием.

Дракон тяжело вздохнул.

— Месть… — слетело с его губ заветное слово, и он вновь взглянул на своего гостя. — Она не имеет никакого смысла…

Лимрак был ошарашен услышанным.

— Что?! Неужели ты не жаждешь возмездия за всю ту боль и страдания, на которые обрёк тебя и Вайнорию этот мерзкий выродок?!

Хранитель Костяной Горы грустно улыбнулся.

— Зачем нужна месть, если для её воплощения мне всё равно придётся пожертвовать Вайни… — Могучий дракон поднял взгляд и с нежностью посмотрел на сверкающее, медленно бьющееся сердце. — Наши жизни, судьбы, сердца и души связаны воедино, и мы до сих пор живы лишь благодаря друг другу. Но теперь… — он покачал головой и посмотрел на него, — теперь я умер. Ты убил меня, лимрак, и теперь она погибнет без меня, даже если осколок моей души сольётся с твоим. Но это не страшно.

Его глаза вновь устремились к Вайнории.

— Она готова уйти, я чувствую это… А вместе с ней уйду и я…

Саргон долго молчал, обдумывая его слова, а затем шагнул вперёд и сказал без единой тени сомнения:

— Тогда мы возьмём её с собой.

Чёрный дракон внезапно свирепо взревел.

— Нет! Если ты убьёшь её, то она станет лишь горсткой жалких униаров, пущенных на приумножение твоего могущества! Я не позволю тебе сделать этого!

Лимрак поднял раскрытую ладонь.

— Ты не так понял меня, Гарганор. Я не собираюсь отнимать её жизнь. — Саргон опустил руку. — Слушай же моё предложение, Гарганор, Владыка Драконов! Если ты согласишься на наше полное слияние, то, если на то будет воля Вайнории, я заберу последний осколок её души и найду ему новое пристанище, дабы отныне и впредь вы никогда не расставались с ней! — Его губы искривились в хищном оскале. — И я дам вам обоим возможность сполна отомстить этой твари, именующей себя Кальмуаром!

Гигантское сердце яростно заполыхало, и по пещере пронёсся громогласный, воинственный бой, жаждущий совершить вместе с любимым лишь одно — Возмездие!

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Чёрный дракон Гарганор зарычал, оголяя острые, белоснежные зубы, и поднялся на ноги, гордо расправляя крылья и вытягивая могучую шею.

— ДА БУДЕТ ТАК!!! — прогремел его величественный голос.

А в следующее мгновение грудь Саргона и Гарганора пронзили тысячи безумно сверкающих молний, от каждого удара которых их тела обращались в искрящийся пепел, что закручивался в бушующую воронку. Саргона подняло в воздух, и он завис с раскинутыми в стороны руками, спиной к содрогающемуся в конвульсиях сердцу Вайнории, в самом эпицентре невообразимого пепельного шторма.

И под грохот разваливающейся на части исполинской пещеры, на свободу вырвался пронзительный вопль единого, могущественного существа, что было рождено в недрах Костяной Горы.

ТУХ-ТУХ-ТУХ-ТУХ!!!

Внимание! Расовая “Лимрачная Боевая Форма” разблокирована!

Глава 6

Я вновь оказался здесь.

Взгляд скользит по ветвящимся трещинам когда-то ровного асфальта, натыкаясь на блестящие осколки стекла, утопающие в мутных лужах газеты и блестящие обёртки, и невольно останавливается на длинных, глубоких следах от острых когтей на брошенных, искореженных машинах с распахнутыми дверями.

Запрокинув голову, поднимаю глаза вверх и смотрю на гигантскую, медленно закручивающуюся внутрь себя чёрно-фиолетовую воронку, обагрённую розоватым сиянием от взрывающихся в её нутре разрушительных молний, которые грозят низвергнутся на пустынные многоэтажки, глядящие на погибший город разбитыми буркалами многочисленных окон. Но затем наши с ними взгляды устремляются вперёд, туда, откуда неотвратимо надвигается сама смерть.

Яркая вспышка прочертившей небосвод ветвящейся молнии выхватила из сгустившегося мрака исполинские тени медленно бредущих фигур. Они были выше, чем любой небоскрёб этого когда-то величественного города, и каждый из них не был похож на другого, являясь абсолютно иным существом, нежели его собратья. Но все они были частью одной армады, объёдинённой единой целью.

Армады, грозящей уничтожить весь мир.

Оторвав взгляд от надвигающихся исполинов, я повернулся к ним спиной и посмотрел на замерший напротив меня сгусток пульсирующей тьмы, отдалённо напоминающий высокую фигуру в капюшоне, чьё тело покрыто вечно текущими, вязкими чернилами. Чувствуя, как ледяной холод касается пальцев ног и начинает медленно, по миллиметрам, пожирать мою горячую плоть, постепенно продвигаясь всё выше, я ощутил сжимающую сердце лапу первобытного ужаса, но ни единый мускул на моём лице не дрогнул, и я не отвёл глаз от непроглядного мрака, затаившегося в недрах капюшона.