Чтение онлайн

Он недоверчиво посмотрел на меня.

— Так вы согласны сеньор Витале? Согласны принять меня в свою компанию?

Такое конечно странно было слышать от взрослого, но я похоже начинал привыкать. Поэтому я протянул ему руку, которую он яростно пожал.

— Вы нужны будете мне через неделю, мы запускаем пробную стройку, и вы понадобитесь мне как эксперт.

— Да, конечно, — закивал он, — где мы встретимся?

— Заезжайте ко мне домой, я предупрежу охрану, — я поднялся из-за стола и откланялся, — прошу меня простить, меня ждут учителя.

— Вас всё ещё есть кому-то, чему-то учить сеньор Витале? — с ехидством поинтересовался хозяин дома.

— Сеньор Франческо, — я с укоризной посмотрел на него, — верховая езда, стрельба из лука и фехтование, к моему глубочайшему сожалению нельзя выучить за месяц, как например другой язык.

— Ну что ж, это весьма полезные занятия для молодого человека, — покивал он головой, — буду ждать от вас новостей.

Я поклонился ещё раз обоим и вышел.

Когда ребёнок с невероятно умными и холодными глазами вышел, Бертуччи поёжился.

— Наверно так себя чувствуют, на допросе в суде, — признался он.

Сеньор Франческо пожал плечами.

— Я предупреждал, что этот малыш рано или поздно уронит мир к своим ногам.

— Сегодня отец слышал во дворце, на приёме генуэзских послов у дожа, как тот рассказывал, что его сын сделал со своим врагом, — Бертуччи покачал головой, — он приказал расплавить золото из своего кошеля и вылить его в рот одному из вассалов императора Священной римской империи, прямо у того на глазах.

Глаза у собеседника расширились и он даже наклонился, чтобы лучше слышать.

— И ничего не сделал ему?

— Энрико закончил рассказ к сожалению на этой части, — признался Бертуччи, — но почему-то, зная его сына, ни у кого не повернулся язык сказать, что это наглая ложь. Как сказал отец, Дандоло ещё при этом усмехнулся и сказал, что попросил сына подумать, что можно сделать с поведением генуэзских мореплавателей, которые стали непонятно отчего последнее время выдвигать непомерные требования.

— Послов проняло? — засмеялся Франческо.

— Запугивать целый город шестилетним ребёнком выглядело бы странно, если бы не все эти истории, которые возле него крутятся, словно мухи, — покачал в ответ тот головой, не понимая, как такое возможно.

— Если Витале предложит тебе поспорить на это — не соглашайся, — сразу предупредил его старший компаньон, — это его ещё больше раззадорит и он опять что-нибудь придумает, отчего Папа обрушит на его или наши головы ещё большие кары.

Мужчина посмотрел на него серьёзно.

— Вы так в нём уверены дядя Франческо? Мне подчиняться ребёнку?

— Смотря, что ты хочешь Бертуччи, — тот легко улыбнулся, — смотря какие цели ты преследуешь.

— Вы знаете, что я хочу известности, славы! Хочу, чтобы передо мной все преклонялись и восхищались! — пылко воскликнул собеседник.

— Тогда если веришь мне, держись этого ребёнка, — сеньор Франческо перестал улыбаться и серьёзно посмотрел на племянника, — даю тебе слово, что уже через семь дней ты забудешь все свои сомнения.

Бертуччи открыл рот, чтобы ответить, но в зал вошла Анна, пунцовая от стеснения.

— Дочь? — удивлённо повернулся к ней отец, — я ведь попросил тебя пообедать без нас.

— Простите отец, но я узнала, что сеньор Бертуччи обедает с вами, хотела его поприветствовать, — жар с её румяных щёк перешёл на шею.

— Добрый день, сеньорита Анна, — молодой мужчина легко поднялся, и приблизившись, галантно наклонился, поцеловав протянутые пальцы. Девушка ещё сильнее опустила голову, не в силах высказать и слова.

— И всё же, дорогая, я вынужден настоять на своей просьбе, — в голосе любящего отца прозвучал металл, от чего Анна извинившись, быстро ретировалась прочь.

— Ещё одна проблема на мою голову, — проворчал он, когда молодая девушка вышла, — влюблённая дурочка, не видящая дальше своего носа.

— Простите дядя, — искренне повинился Бертуччи, — я чувствую в происходящем и свою вину.

— Ты не виноват, — тяжело вздохнул тот, — и так по моей просьбе, стал редко у нас появляться.

— А Витале? Он как кстати воспринял разрыв помолвки? — спросил интересовавший его вопрос мужчина.

— Мы с ним влюблены, в одно и то же, — сеньор Франческо даже хрюкнул от подобного признания, — собственно говоря, поэтому так близко с ним и сошлись. Нас в жизни интересует больше всего только, золото и серебро. Ничего более Бертуччи.

— И всё же, несмотря на это, вы позвали меня, чтобы я смог потом повторить пройденный морской путь самостоятельно, без него? — тихо произнёс новый компаньон, — как это соотносится с вашими словами о хорошем отношении к нему? Ведь если он об этом узнает, у нас наверняка будут проблемы, как минимум с доверием.

— А ты мой дорогой, — в голосе главы дома Бадоэр снова зазвенел металл, — сделай так, чтобы у него и тени подозрения по этому поводу не возникло. Тем более, что его жизни или богатству ничего не угрожает, нам нужен лишь маршрут, который он с большой долей вероятности откроет. И кто если не ты, в состоянии его запомнить и повторить.

Собеседник недоверчиво покачал головой, но не стал перечить старшему товарищу.

***

29 апреля 1194 года от Р.Х., Венеция

Ополоснувшись после занятий с тренером по фехтованию, которого наняли мне родители, я хватая со стола что-то похожее на пирог, помчался к себе, мимоходом вспомнив, что нужно предупредить родных о своём госте, который должен был появиться с минуты на минуту. Стражу я предупредил об этом ещё утром.

— А, да, — я вернулся обратно к завтракающим родителям, — скоро придёт мой новый компаньон, Бертуччи Контарини, позовите меня пожалуйста.

Посчитав дело выполненным, я побежал к себе, и только грозный возглас отца: