По дороге разочарований
Шрифт:
— Не увлекайся, Гордей, иначе, мне тебя домой не унести.
— Не бойся, я меру знаю — заверил он.
— Знаю я твою меру, Чародей.
— У меня имя есть — обиделся он.
— Ну, ладно, Гордей, все-равно не пей лишнего, пожалуйста.
Гордей с Олегом покурить вышли, а напротив Дианы уселся Арсен, уставился на нее в упор и сказал:
— Какая девушка пропадает.
— Почему это я пропадаю?
— Если бы мы были наедине, я бы тебе объяснил.
Диана сделала непроницаемое лицо, подумав при этом и чего этот Арсен прицепился? От его липкого взгляда неприятно было.
Вернулся с улицы Гордей, с удовольствием выпил бражки, не обращая внимания на пристальный взгляд Дианы. Света магнитофон включила, танцы устроили, Гордей Диану пригласил, танцевали. Пришли еще два парня, подозрительные типы какие-то, решила Диана.
— Пойдем домой, Гордей — сказала она.
— Рано еще…
— Так бражка понравилась?
— Ну при чем здесь бражка? Давай еще потанцуем.
— Ты как знаешь, а я домой хочу.
Диана на кухню вышла, там Валя чай вскипятила.
— Вы домой не пойдете? — спросила Диана.
— Нет, посидим еще немного, а ночевать к маме моей пойдем, она здесь на соседней улице живет.
Гордей пришел на кухню.
— Ди-ин, пойдем танцевать.
— Пляши один, Гордей, только учти, я ждать не буду — Диана строго на него взглянула.
— Я это понял по твоему лицу — вздохнул он — Хорошо, пойдем домой.
— Но, если тебе здесь нравится, оставайся.
— Нет, что ты, я с тобой.
Гордей принялся собираться. Диана одела свои замшевые полусапожки на плоской подошве, Гордей услужливо ей шубу подал.
— Уже уходите? — спросила Света.
— Да, поздно уже, автобусы не ходят. Пока дойдем. Спасибо, Света, до свидания.
— Пока-пока — сказали Валя и Олег.
— А на посошок? — вышел с бражкой Арсен.
Диана сделала пару глотков и передала стакан Чародею, тот выпил до дна.
— Гордей, идем…
Они вышли на улицу, Диана шла уверенным шагом впереди, Гордей окликнул ее:
— Диана! Подожди! Ты не в ту сторону идешь! Нам туда нужно.
— Я правильно иду — заявила она, хотя через несколько минут поняла, что Гордей был прав, он лучше в пространстве ориентируется и указывал на короткий путь, а Диана потопала длинной дорогой, но признавать свою неправоту не пожелала. Гордею ничего не оставалось, как следовать за ней.
— Дин?!
— Ау?
— Можно я тебя поцелую?
— Зачем?
— Ну, я хочу тебя поцеловать.
— Мы же друзья.
— По-дружески.
— Если по-дружески, то в щечку — рассмеялась Диана и сама поцеловала его в щеку.
— Скажи, я что так плох для тебя? — спросил он с обидой в голосе.
— Что ты? Очень даже хорош. Эх ты, Гордей, пора тебе браться за ум, и жениться.
— А тебе?
— А что я? Не я же выбираю. За кого мне идти?
— Это тебе-то не за кого! А если за меня?
— За тебя?! А это идея! Хорошо. Бери завтра паспорт и пойдем заявление подавать.
— Ты шутишь, ты за меня не пойдешь — сказал он.
— Почему это не пойду?
— Ты же принца ждешь… Ты хитрая.
— И кого это я обхитрила, интересно?
— Издеваешься. Шутишь, как всегда.
— Я издеваюсь? Какие шутки? Я даже помню, ты говорил «не женись, я из армии вернусь, и мы посмотрим» Ну вот, я обещание выполнила, четыре года прошло, и я не женилась, ты в армии уже год, как отслужил. И куда, на кого смотришь? — спросила она с усмешкой.
— Так я же тебе не нужен. Сначала у тебя Дикарев был, потом мужик какой-то ходил, говорят, замуж тебя звал. Отшила? И меня отошьешь. Я тебя знаю.
— Ну, что ты знаешь? Сам этот разговор начал, сказал, выходи за меня. Я согласилась, а ты в ЗАГС идти не хочешь.
— Потому что ты надо мной смеешься. Сама думаешь, вот ведь привязался.
— А ты, прям, мысли читать умеешь?
— Я тебя сто лет знаю. Ты всегда считала меня глупым, словно, я ничего не понимаю. А ты себе на уме. И конечно, ты не пойдешь за меня. Я ведь не принц.
— Ты сам про принца придумал. Гордей, тебе не угодишь. Как же я за тебя пойду, если ты меня не берешь?
— Потому что ты за меня не пойдешь — утверждал парень.
— Золотце мое, Гордей, ну и вредный же ты. Каким ты был, таким остался. Сам не знаешь, что тебе нужно. Короче, решено, идем жениться. В понедельник не получится, там вроде выходной, а во вторник подадим заявление.
— Смеешься?
— Нет.
— А поцеловать?
— Хорошо, давай поцелуемся.
Они шли домой через заснеженный лес, остановились и обнялись, как раньше, как давным-давно, в прошлой жизни, когда были какие-то чувства, которые превратились в несбывшиеся надежды…
14 декабря. Может, вторники перепутал?
'В двадцать лет жизнь только на пороге,
В двадцать пять уже на полпути.
В тридцать можно подводить итоги.
Если вы не прочь, и есть что подвести'
Прошла еще одна неделя, наступили ужасные холода. Диана пришла к Снежане на ее двадцатипятилетие. На «банкете» присутствовало приятное общество: супруги Дикаревы и Рощины. Семейные люди вели себя чинно и благородно, обе женщины — Марина и Степанида беременны, поэтому не пили. Да и без них одной бутылки мало было. Тяжелые времена — водку нужно уметь достать. За столом вели бессодержательный разговор…
Дикарев вспомнил, как его «обманули» седьмого ноября.
— Иди, говорят, Артем, отдохни, а сами коньяк пошли пить. Меня-то выпроводили, а Чародея приголубили.
— Он сам приголубился к нам — заметила Снежка.
— Еще бы, они все танцы его опекали — сказала Марина.
— Это что, вот после танцев забавно было — заявила Диана.
— Да уж — подтвердила Степанида — вы их после танцев не видели.
Время шло, бутылка опустела. Дикаревы ушли, потому что им в Гамыш ехать нужно, печи топить в доме, где они поселились. Потом и Кир со Степашкой ушли. Скромный банкет закончился…
Снежана и Диана в комнате уединились.
— Мама говорит, напрасно Артем на Маринке женился, сам на Диану влюбленными глазами смотрит — сказала Снежка.
— Судьба у него такая — хмыкнула Диана — а ты как? Что твой Жора?
— Предложение сделал. На следующие выходные приедет сюда с родителями, свататься.
— Круто! А ты с его семьей уже знакома?
— Да. Была у них дома. У него четыре сестры, и он один сын — любимчик родителей.
— Ничего себе! Многодетная семья…