По дороге разочарований
Шрифт:
Матвей присел рядом с ней и приобнял за плечи, спросил:
— Диана, почему мне с тобой так хорошо?
— Ой, врать-то! — рассмеялась она.
— Так я и знал, что ты так скажешь. У тебя на все готов ответ.
— А что, не так что ли?
— Нет, не так — улыбнулся он — ты необычная, я таких не встречал.
— И вряд ли еще встретишь, я — очень редкий экземпляр.
«Вот и этот меня в хитрости заподозрил»
Между тем, время подошло к четырем. И они покинули усадьбу Сосновских, отправились в пионерлагерь, куда должен был приехать Некрасов, начальник Матвея.
Филимон Некрасов — худощавый лысеющий блондин приехал на УАЗике, чтобы проверить готовность лагеря к летнему сезону. Некрасов взял Матвея с собой на проверку, а Диана присела на лавочку в тенек и ожидала, когда комиссия закончит приемку объекта.
На обратной дороге Некрасов вдруг велел остановить машину, и помчался за желтыми цветами, что росли у обочины — стародубками. Матвей и Диана переглянулись удивленно, куда это он?
Некрасов вернулся в машину с букетом цветов, и подарил три цветка Диане.
— Спасибо — произнесла она.
Остальные цветы Филимон повез любимой жене, как и полагается любящему мужу.
В Тамыше Диана и Матвей вышли возле Универсама. Диана хотела было домой пойти, но Сосновскому, видимо, не хотелось с ней расставаться, а о новой встрече никто из них пока еще не заикался.
— Пойдем соку выпьем — предложил Матвей и Диана согласилась, они вошли в магазин, выпили по стакану сока.
Возле отдела «Соки» Матвей поздоровался с парнем, который кинул на Диану заинтересованный оценивающий взгляд.
— Что дальше делать будем? — спросил Сосновский, выйдя на улицу.
— А что ты предлагаешь?
— Завтра я дежурю. Сегодня картошку буду сажать.
— Ну вот, значит, я приду, тебе помогать — сказала она.
— Приходи.
— Ты где живешь?
— Улица Речная, дом десять, квартира три — ответил он.
В это время из магазина вышла Павлина и сделала удивленное лицо, увидев Диану со цветочками в руках и с парнем в форме.
— Привет, Павлина Васильевна, ты домой? Вместе пойдем — сказала Диана и обратилась к Матвею:
— Значит, договорились? Я приду. Лопату брать?
— Конечно.
— Большую?
— Как можно больше.
— Ладно — сказала Диана и к Павлине направилась.
— Это кто такой? — прищурила ярко накрашенные глаза Павлина.
— А вот… Рудик с Михой в армию ушли, а в меня новый «ребенок» влюбился.
— Придумала — фыркнула Пава.
— Интересная ты, в тебя, значит, все влюбляются, а в меня не могут что ли? Вот, мне даже цветочки дарят — она продемонстрировала стародубки.
— Поедем к Емеле в деревню, там такой жених хороший — Андрюша.
— Такой же хороший, как твой Емельян? — усмехнулась Диана, вспомнив забавного нескладного Емелю Василькова из села Пьянково.
— Нет, гораздо лучше…
— Ну если гораздо лучше, то зачем я ему? — хмыкнула Диана и понюхала цветочки…
Вечером к Диане пришла Таня номер два. Первая Таня проводила много времени с Шуриком, дело у них к свадьбе близилось, и поэтому Маликова стала больше с Дианой общаться.
— Как съездила? — спросила Маля.
— Нормально. Пойду к Сосновскому картошку сажать сегодня. Пообещала ему.
— А чего тогда сидишь? Пойдем прогуляемся, погода такая хорошая.
Диана и Таня пошли гулять и между делом, свернули на Речную улицу, где живет Сосновский, Матвея они встретить не ожидали, но он гулял на улице с коляской, катал свою маленькую племянницу.
— Ну вот, а мы идем на картошку — сказала Диана.
— В таком виде? — он кивнул на ее наряд. На Диане было ее любимое темное платье с белым воротником, на ногах черные туфли в сеточку.
— А что, вид, как вид. Дай нам лопату. Таня копать будет.
— Ты будешь — возразила Маля.
— Нет, ты…
Но, оказалось, что картошку Матвей уже посадил.
— Что же ты меня не дождался? — Диана сделала вид, что огорчилась.
— Жди тебя, до ночи — усмехнулся он.
— Ну да, я медленно хожу… Дорога дальняя.
Потом Матвей отвел племянницу в дом, а сам вышел к девушкам гулять. Проводили Малю в «изумрудный теремок». На улице стемнело. Матвей пошел провожать Диану.
— А я не думал, что ты сегодня придешь.
— Но ведь я обещала, а я никогда не вру.
— Ну да, конечно, не врешь — улыбнулся он — ты постоянно шутишь. Пожалуйста, говори со мной серьезно. Ладно?
— В таком случае, мне придется молчать. Я забыла, как говорить серьезно. Болтаю всякие глупости, что сама уже в них верю.
— Я хочу понять тебя, о чем ты думаешь, чем увлекаешься, а ты забралась в свою скорлупу, отгородилась шуточками… Знаешь, я хочу, чтобы все у нас было хорошо.
— У нас? Но, Матвей, я для тебя старая.
— Перестань… Пойми, ты мне нужна не на день и не на два. Ты мне веришь?
— Жаль… Но я разучилась верить.
— Что я должен сделать, чтобы ты поверила?
— Я не знаю.
— Трудно с тобой разговаривать. Скажи хоть что-нибудь хорошее — попросил он.
Диана недоуменно похлопала ресницами, пытаясь порадовать парня какой-то позитивной мыслью, но мысль эта ускользала.
— Тебе и сказать-то мне нечего. Признайся честно: тебе все-равно есть ли я, или нет меня?
«Нет, конечно, мне не все-равно… Но я совершенно не ожидала таких признаний. Ни с того ни с сего, и вдруг». Она, молча, обняла его за талию и прижалась к парню.
— Знаешь, я когда год назад сюда приехал — мысли такие вольные были… А сейчас нет, хочу, чтобы все серьезно.
Их губы соединились в длительном и нежном поцелуе…
— Поздно уже… Я пойду домой. Позвони мне завтра — попросил он.
— Ладно — ответила она и вернулась в свою каморку.
В голове не укладывалось. «Что это значит, и значит ли что-нибудь?»