По - другому
Шрифт:
Я касаюсь её бокала своим. Раздаётся краткий звон. Мы обе отпиваем вино. Майя глубоко вздыхает и смотрит на меня.
— У тебя самой непростое время. Воспользуйся им и прислушайся к себе. Будь осторожна с Димой. Он видит в тебе конкурента и может некрасиво сыграть. А в личном, как видишь, я не советчик. Зато не буду осуждать, что бы ты не учудила.
Она приподнимает бокал и смешно закатывает глаза. Мы смеёмся, тихо и не очень весело.
— Ты чуткая, Лиза, — Майя хлопает меня по колену. — И красивая. Не ставь на себе крест. Поощри поклонников на работе или сходи на свидание с кем-то со стороны. Для самооценки полезно. А вдруг ещё и приятно окажется.
За Майей приезжает её мужчина. Она сообщает, что завтра он поможет мне всё перевезти. Мы крепко обнимаемся, и она шепчет мне на ухо:
— Спасибо!
Мы обе слегка пьяны, что позволяет не сдерживаться. Я шепчу «спасибо тебе» в ответ и обещаю не заказывать такси для переезда.
Глава 14
Лиза
В выходные я пребываю в состоянии перехода из мечты в реальность. Заново рассматриваю стены, прямоугольники комнат, оба окна, которые выходят на южную сторону, и небольшой балкончик. Обои в мелкий цветочек совсем не в моём вкусе, но они светлые и не сужают пространство. Потолки ровные. На полу лежит ламинат под выбеленное дерево. Ни Майя, ни Ангелина не поехали со мной. Они, не сговариваясь, дают мне время освоиться и почувствовать настроение.
Андрей, друг Майи, помогает мне сначала погрузить вещи в машину, а затем перенести их в квартиру. Я благодарю, закрываю за ним дверь, чтобы тут же выйти следом и отправиться на поиски хозяйственного отдела или магазинчика. Возвращаюсь с удобным ведром, заполненным средствами для чистки, губками и тряпками, и принимаюсь за уборку. Помещение чистое, но я хочу сделать всё по-своему. Спустя три часа сантехника и холодильник сияют, окна сверкают прозрачностью, фасады кухни и плита будто обновлены и, кажется, мы с квартирой дышим в унисон.
Я оставляю балкон открытым, чтобы влажный после обработки диван проветрился. Принимаю душ. Медленно развешиваю небольшое полотенце для рук, кладу на полочку зубную щётку и пасту и улыбаюсь своему отражению. Нахожу в сумке ручку и маленький блокнотик и составляю список самого необходимого, от туалетной бумаги до продуктов на завтрак. Увлечённо откидываю заднюю обложку, записываю «стойка-вешалка, кухонный стол, посуда» и далее наращиваю пункты того, что хочется, но может подождать.
Провожу пальцами по волосам и понимаю, что они почти высохли. Бегу в комнату и склоняюсь над коробками, пытаясь сориентироваться, в которой лежит фен. Банное полотенце распускается и соскальзывает вниз. Я машинально ловлю мягкий край и прижимаю к груди. Оглядываюсь, улыбаюсь и откидываю его на чемодан. Я одна, у себя дома, и могу ходить голышом, если захочу.
Привожу себя в порядок. Желудок сообщает, что пора его порадовать чем-то более существенным, чем физическая нагрузка и бутылка воды. Недалеко находится большой торгово-развлекательный центр, который я запомнила, когда смотрела эту квартиру впервые. Я иду туда пешком, отмечая по пути уютный скверик, магазин-пекарню и аптеку. Прогулка окончательно расставляет по местам весь круговорот разнополюсных впечатлений: я изучаю новый район, мне нравятся мои внутренние ощущения, и я больше не хочу предаваться сожалениям о том, что не сумела предугадать.
Я заказываю салат и большую чашку капучино в кафе на первом этаже. Никуда не тороплюсь и наблюдаю за беспрерывным людским потоком. Достаю телефон и рассылаю фотографию своего первого ведра с практичным наполнением родителям, Майе и Ангелине.
«Чисто — уже хорошо. А где я буду спать, когда приеду?!» — незамедлительно прилетает от Евы. Я усмехаюсь.
«Тааак, хозяйственный набор вычёркиваю из списка подарков на новоселье», подмигивающий и озадаченный смайлики — от Майи. Я улыбаюсь.
«А я-то обыскалась любимую губку с самого утра!» и следом второе сообщение «Заняты руки — занята голова. Очень за тебя рада!» — от Ангелины. Я издаю полувсхлип-полусмешок.
Жизнь продолжается. Я открываю чистую страницу.
— Лиза? — мужской голос рядом со мной отвлекает меня от экрана телефона.
Поднимаю голову и вижу того настырного кавалера по танцам из клуба.
— Привет, Захар, — надеюсь, не ошиблась с именем.
— Узнала, — он самодовольно отодвигает свободный стул и, не спрашивая и не дожидаясь разрешения, разваливается в нём.
Удивительно, но меня не раздражает его наглость. Видимо, благодушное настроение прочно завоевало позиции и не собирается их сдавать под напором самоуверенного нахала. Он топорно флиртует и приглашает меня покататься по городу. Я вежливо отказываюсь, выбирая не тратить впустую время, рассчитываюсь, посылаю воздушный поцелуй его не верящему взгляду и приступаю к поиску требуемого по списку.
Через пару часов Захар перехватывает меня на выходе из торгового центра. За настойчивость я поощряю его интерес — мы вместе доходим до сквера рядом с моим домом. Парень откровенно меня разглядывает. Только мои рецепторы молчат. Они так же глухи к его сигналам, как были на танцполе. Видимо, я ловлю лишь одну волну, которая накатывает незаметно, но просачивается под кожу. Размышляя, я смотрю на Захара слишком долго. Он успевает истолковать моё внимание по-своему. Шагает передо мной, кладёт руку на талию и наклоняется. Я отшатываюсь, он хмурится и пытается прожечь меня взглядом. Бесполезно. Лишь кофейный оттенок карего цвета способен на такое.
Я забираю пакеты у Захара. Машу ему и ухожу в противоположную от дома сторону. Он злится, но, к моему облегчению, не окликает и не догоняет меня. Я же понимаю, что через силу ничего больше делать не стану, как и не делать тоже. Я люблю общение и не превращусь в затворницу, иначе зачахну. С этим в себе решаю не бороться. Можно приятельствовать, но не подпускать близко. Если попадётся приятный мужчина, можно попробовать отношения без обременений. Чувств я пока точно не хочу. Но и себя полностью менять не буду тоже. Попытаюсь просто идти на поводу у собственных желаний, без боли и оправдания чьих-то ожиданий.
На новом месте я прекрасно сплю. Открываю глаза в девять утра, обвожу комнату взглядом и прикидываю, какой шкаф закажу в будущем. Аккуратно заполняю шкафчик под раковиной в ванной и компактно расставляю косметику и средства гигиены на полочках у зеркала. На кухне выделяю два отсека под комод, куда временно раскладываю белье, футболки, кофты, штаны и джинсы. Ограниченность в местах хранения включает фантазию. Переношу «вешалку для одежды» в список необходимого.
Во второй половине дня в понедельник становится ясно, что Ярослав в отъезде. Воздух словно превращается в другой. Звонче. И прохладнее. Сотрудники ведут себя свободнее. В коридоре постоянное движение и гул голосов. К среде контраст усиливается настолько, что директор проявляет характер и напоминает подчиненным о регламенте рабочего времени. Ярослав дисциплинирует примером. Он не повышает голос. Да и подаёт его крайне редко и по делу. Он внимателен и прозорлив. Его уважают. Кто-то боится, кто-то пытается быть с ним наравне, но авторитет не оспаривает ни один. Мне самой не хватает его заразительной собранности… и говорящих жалюзи малого зала с тепловыми ловушками, которые непроизвольно ждёт моя кожа.
Решение приходит на утренней пятничной планёрке. Бес попутал, или звёзды так сошлись, или я донельзя извела себя сомнениями и метаниями, или просто захотелось пусть разового, но взаимного понятного влечения и желания… У меня нет однозначного ответа.
Дмитрий сегодня направлен в головной офис. Поэтому участие в совещании на мне. Я подхожу к концеренц-залу и с макушки до пяток окунаюсь в тепло, которого мне так не хватало на этой неделе. Я не пытаюсь отгородиться от взгляда Ярослава. Напротив, погружаюсь в него, остро ощущая горячее касание на лице, талии, бёдрах, шее и снова на лице. Я не делаю ни одной пометки по обсуждаемым вопросам. Не скрываясь, отмечаю его позу и наклон головы, слушаю голос при редких замечаниях.