По другую сторону надежды
Шрифт:
Драко всегда уверялся потом, что он просто параноик и перестраховщик — лежать в объятиях Гарри, вдыхая знакомый запах его кожи, было слишком хорошо, и он уже не понимал, почему решил, что у них есть, должны быть поводы для беспокойства. Рядом с Поттером действительно становилось нечеловечески легко, словно он умудрялся снять с чужих плеч груз усталости и опустошения, и Драко, снова начиная дышать полной грудью, захлебывался воздухом, отдаваясь настойчивым ласкам.
Проходили часы, и все начиналось сначала.
— Поттер, а что, если я снова чувствую будущее? — беспомощно прошептал однажды Драко, зарываясь лицом в черные волосы. — Помнишь… тогда, с Уизли — ты тоже мне не поверил…
Гарри медленно вздохнул и легко коснулся губами ямочки между ключиц.
— Чего тебе хочется? — чуть слышно спросил он. — Где опасность? Здесь, в доме? Или — просто откуда-то?
Драко надолго задумался.
— Откуда-то, — признался он наконец. — Но это как-то связано с нашим домом… не знаю. Мне не хочется сбегать отсюда… точнее, не из поместья. Из Англии — может быть.
Гарри поднял голову и посмотрел на него. От горячего смуглого тела исходил жар, и Драко в который раз поразился тому, что этот обжигающий жар не опаляет его, умудряясь исподволь согревать. Поттер — мой личный источник тепла, мысленно ухмыльнулся он.
— Знаешь… — прошептал Гарри, не отводя взгляда от лица Малфоя. — Если бы тогда, в прошлый раз, я послушал тебя… возможно, мы были бы живы, и даже оставались бы вместе, и всего этого кошмара не случилось бы… ни для тебя, ни для меня. И мне бы не пришлось жить, не помня, как много ты значишь для меня. Вот только…
Драко невольно поморщился. Невысказанная мысль неприятно задевала что-то внутри, пусть даже в ней была своя правда.
— Вот только я не думаю, что мы потеряли этот год зря, — вздохнув, закончил Гарри и опустил голову, упираясь лбом в грудь Малфоя. — Я… не жалею, что так вышло. Никогда бы не подумал, что скажу такое…
— Да, — чуть слышно отозвался Драко.
Гарри выдохнул и, перекатившись на спину, уставился в потолок. Пальцы нервно теребили скомканные простыни.
— Я не мазохист! — почти раздраженно бросил он вслух. — В чем бы мы ни ошиблись, мы получили то, чего заслуживали. Но я думаю, что, сбежав, мы бы просто оттянули конец. И неизвестно, оставили бы нам после этого… возможность выжить.
Драко осторожно коснулся его щеки кончиками пальцев. Щека пылала — впрочем, как и всегда.
— Что ты предлагаешь? — прошептал он.
— Ты сделаешь, как я скажу? — ухмыльнулся Гарри. — Стоило расстаться с тобой почти на год, чтобы ты стал таким послушным…
Драко не удержался от улыбки.
— Я верю тебе, придурок, — протянул он. — А ты верь мне. В поместье нам пока, кажется, ничего не угрожает, а из Англии вы с Луной, как я понимаю, все равно не уедете…
— Не уедем, — пожал плечами Гарри. — Драко, бежать — это не метод. Мне страшно, но я… больше не хочу бояться. Мы останемся здесь — а ты скажешь, если поймешь, что именно ты предчувствуешь.
— Что на нас объявлен новый сезон охоты, — фыркнул Малфой, утыкаясь лицом в плечо Поттера и обнимая его за талию.
— Новость, поражающая своей оригинальностью… — пробормотал Гарри. — Я имел в виду — что именно они…
— Да понял я… — нетерпеливо вздохнул Драко.
Он не понимал в итоге только одного — какого черта ему вообще дана способность видеть грядущие события, если Поттер сейчас подталкивает его к, похоже, правильному решению — не пытаться от них бежать? А видеть-то тогда их зачем? Чтобы спалось похуже?
Этого Драко не понимал — а Гарри не мог ответить. Все его формулировки сводились к одному — я с тобой, Малфой, мы справимся, все будет хорошо. Драко верил в это так же отчаянно, как и во все, во что верил Гарри. Жить с Поттером, любить Поттера — и не разделять его способность превращать в правду то, во что он верит? Так просто не бывает… Или — это не любовь.
Драко еще только начал подходить к этой мысли — медленно, исподволь, боясь даже сформулировать ее для себя окончательно. Она пугала, заставляя что-то внутри возмущенно пищать и цепенеть от ужаса, но — и это страшило больше всего — похоже, она была правильной. Она, а не то, во что Драко привык верить.
Я никогда не любил его раньше. Я даже не знал его толком… только пытался узнать — а то, что видел, силился переделать, переломить под себя. Как бы я ни сходил без него с ума в одиночестве, как бы страшно ни тосковал, как бы ни выл ночами от бешеного, дикого, безумного голода, как бы ни жаждал еще хоть раз почувствовать его тепло — я никогда не любил его. Только себя — в нем, только свой комфорт рядом с ним, только то самое ощущение бесконечной, пронзительной радости, ощущение, что я — жив, которое мог дать только он.
И — Мерлин меня побери, если это — любовь.
Я медленно умирал здесь почти восемь месяцев именно потому, что никогда не любил Гарри. И, кажется, он понимает это так же отчетливо, как и я.
А еще, кажется, он смог бы простить мне все это. Потому что сейчас — Мерлин, только сделай так, чтобы я снова не ошибался! — я думаю, он тоже начинает понимать что-то. И, возможно, когда-нибудь мы научимся любить… друг друга, а не собственные ощущения.
И нам больше не придется терять, чтобы увидеть это.
* * *
Снизу донесся внезапный после умиротворяющей тишины грохот — и Драко чуть не подпрыгнул от неожиданности. Теплая рука Гарри вцепилась в его плечо, удерживая на месте, и почти одновременно оба услышали смех Луны и перепуганное бормотание Добби. Драко, закатив глаза, медленно опустил голову обратно — на бедро Поттера. Судя по всему, Лавгуд опять пыталась преодолеть путь из камина к двери на предельной скорости и во что-то врезалась по дороге.
— Цунами, а не женщина, — усмехнулся Драко, качая головой. — Ну что ей, пешком ходить трудно?
— Пусть бегает, — хмыкнул в ответ Гарри. — Лучше быть похожей на цунами, чем на болото…
Быстрый топот каблучков по лестнице — и Луна влетела в гостиную южных апартаментов поместья маленьким вихрем, с размаху швыряя какую-то папку на кресло и падая на колени рядом с развалившимися на пушистом ковре парнями.
— Стул или стол? — сдерживая улыбку, спросил Гарри, притягивая девушку к себе за шею и вынуждая растянуться рядом.
— Шкаф, — смущенно ответила Луна. — Понаставили мебели…