Чтение онлайн

— У меня нет желания с вами играть, раз вы не люди, — грозно заявил я ему. — Передай сородичам: «Феникс, единовластный повелитель Снорарла, повелевает племени эльфов склониться перед Его Крылатым Сиятельством. В случае неповиновения популяция эльфов будет в принудительном порядке сокращена до катастрофически малых величин!» Все запомнил?! Ну, тогда беги домой!

Стоило тавру отпустить ушастика, как тот быстрее пули поспешил в лес. По дороге он оглядывался, желая убедиться, что мы его не преследуем.

Пока герой спешно мотался по лесу в поисках растительных противоядий, эльфы столь же спешно мотались у границы своих владений и пытались затушить пламя, оставленное после себя Фениксом. Герой постарался на славу, и его временная завеса Золотого Огня перекинулась на соседние деревья, а по ним и дальше, захватывая все большую и большую площадь леса. Конечно же, гуманный Феникс и не предполагал, что деревья в эльфийском лесу подчинены самим эльфам и способны улавливать эмоции своих хозяев. Можно сказать, что те деревья-эмпаты, сопереживая своим владельцам, и сами могут чувствовать. Вот поэтому-то заклинание Золотого Пламени и подействовало на сам эльфийский лес, потому как тот испытывал негативные эмоции к создателю заклинания — Фениксу.

Еще долго остроухие тушили пожар, все больше и больше разжигая в своем сердце ненависть к Фениксу, что в свою очередь усиливало ненависть в деревьях и, следовательно, усиливало пожар. В среде остроухих началась паника. Многие посчитали, что им не спастись. Истинные эльфы крошечными светляками вылетали из своих жилищ, бросая с трудом выращенные домики на съедение огню.

Видя все это, одна из прекраснейших созданий леса — юная принцесса Лураиль дом Небо, отправилась выследить и уничтожить виновника страшнейшего катаклизма постигшего ее родину. Ведь со смертью заклинателя уйдет и магия.

— И тогда вы встретили единорога?

— Да.

— И его слезы спасли мне жизнь?

— Да.

— Точно?

— Да.

— Разве слезы единорога исцеляют?

— Да.

С такими расспросами, после счастливого исцеления, приставал ко мне Владик, пока мы продвигались сквозь Волшебный Лес. Почему-то он сомневался в правдивости моей истории, считая всю эту встречу с белой рогатой конягой — липой. По его словам не составлено ни единого упоминания, что слезы этого животного обладают целительным действием. А по поводу своего быстрого излечения, и пузырька с целебной жидкостью он сказал следующее:

— Точно известно, что слезы феникса могут и мертвеца вернуть с того света! Вы по мне плакали?!

Первые три повтора этого вопроса я старался сдерживаться и отвечал вежливо, но настойчивый парень продолжал, и после n-го раза я уже отвечал настолько грубо, насколько позволяло знание местного языка. После ранения он стал вести себя со мной гораздо смелее — раньше он не посмел бы так явно смеяться над своим повелителем.

От эльфийского леса мы двигались строго на восток и к вечеру достигли гор. Их можно было бы обойти, но на это пришлось бы тратить еще полдня, и я повелел переходить через них. Благо это не Альпы, а за моей спиной не армия. С этими горами я уже немного знаком, потому как на южной их стороне медитировал в гостях у мудрецов. Впрочем, подобное знакомство ничего не значит. У балахонов безопасно, потому, как они контролируют свой бор, а вот кто контролирует эту часть гор?

Заночевали уже высоко в горах. Из бездонной сумки я достал палатку и установил. Она совершенно новая, но идентичная уничтоженной таврами. Уходя из Холмогора, я захватил целых три подобных экземпляра… так, на всякий случай. И как видно не прогадал.

Рогачи остались сторожить снаружи, но я, памятуя, насколько они хорошие часовые, окружил лагерь еще и кольцом Фиолетового Тумана. После случая в Эльфийском Лесу я придумал использовать заклинание тумана для защиты лагерь во время ночевок. Легли спать, и я даже успел крепко уснуть, прежде чем почувствовал жар и услышал запах горящей кожи и волос. Мгновенно очнувшись, поспешил скорее покинуть горящую палатку. Убежал я конечно не один, а захватив с собой еще и начавшего зажариваться художника. Вылетел на чистый воздух и увидел, что Тумана уже нет, а за быками гоняется какая-то тварь с явным намерением зажарить и съесть!

— Стой гад, это моя говядина! — крикнул я на эту сволочь, а потом приказал уже таврам. — Прячьтесь за мной! Вы с этим гадом ничего не сделаете!

Я не сомневался в силе своих воинов, но и противник им попался не такой, которого можно одолеть простой физической силой. В этот раз против меня выступал некий субъект, имеющий очертания человека: все те же руки, ноги, тело и голову; но представлен он исключительно огнем. Эдакий охваченный пламенем каскадер со съемок блокбастера… только без каскадера.

— Дух Огня, — пояснил паренек, когда продрал глаза и взглянул на мир. — Видимо мы зашли на его территорию! Уйдем, и он не будет нас преследовать!

— Ифрит, что ли?! — удивился, но в тоже время и обрадовался я. — Мне нужен джинн! В наше время герою без джинна никуда! Он будет исполнять мои желания!

— Господин это не лучшая идея, — попытался образумить меня Владик и его поддержали подбежавшие и немного опаленные тавры. — Духи Огня смертельно опасны и никому не подчиняются!

— Следите за господином, трусы! — гордо сказал я и метнулся навстречу огненной фигуре.

Подойдя вплотную к пышущему жаром ифриту, я нанес удар чистой магией, стараясь оттолкнуть его подальше от лагеря. Он поддавался, но с трудом. Его сопротивление Силе колоссально. Он стал изрыгать в меня потоки пламени. Я уклонялся и одновременно с этим продолжал давить магией.

Мой план прост: столкнуть этот сгусток огня в близлежащий водоем, а там пусть себе купается! Существовало лишь две проблемы: из-за его сопротивляемости к магическому воздействию, я уставал, сдвигая огненное тело даже на пару метров; источник воды отыскать в горах оказалось сложнее, чем я рассчитывал. Мне почему-то казалось, что мы установили лагерь возле крупной лужицы, но теперь ее почему-то не оказалось на прежнем месте…

— Стань моим слугой! — зарычал я на духа огня, когда устал от бесплотных попыток сдвинуть его. — Я Феникс, стану тебе хорошим господином!

На что я рассчитывал, предлагая подобные безвыгодные для духа условия?! В этом мире у меня окончательно крыша поехала, или как говорят старики: «лопнула струна». Роль всемогущего господина начинает заменять собой все существо скромного врача-хирурга. Ужас, конечно, но зато это весело! И плевать, что против меня сейчас выступает противник, до которого и не дотронешься, не обжегшись!

— Вы только не подходите к нему вплотную, а то он вас сожжет! — давал советы стоящий в сторонке наблюдатель, с командой рогатой поддержки.

— Отличная идея! — поблагодарил я художника, услышав «подойди вплотную». — Так и сделаю!

Резко перестав давить магией, я налетел на ифрита и ударил того по ногам, а затем и в живот. Естественно я перестал действовать магией, полностью переключившись на рукопашно-ногопашный бой. Моя нога загорелась, но я продолжал бить этот полуживой факел, чем, кажется, удивил не только зрителей, но и самого духа. Он растерялся. Вероятно, никто до меня не начинал с ним бой на столь близкой дистанции, а если и начинали, то заканчивали весьма и весьма печально. Но я же Жар-Птица как-никак! Я и сам, судя по всему, огненный зверек и должен обладать иммунитетом к огню!