По истечении срока годности — забыть
Шрифт:
– Мне важно было знать, что ты ответишь мне. Я должна была это спросить. Я услышала тебя. И я постараюсь принять это к сведению.
– То есть ты не собираешься заставлять меня менять своё мнению, навязывать чувство вины и оскорблять?
– Зачем? Ты всё равно не изменишься, а семью я так и не верну. И если хочешь, я отвечу на заданный тобою ранее вопрос. Были дни, когда я сожалела, что обладаю такой силой. Я постоянно думала о том, что было бы со мной и Пьетро, если бы мы не решились на эксперименты. Наверное, мы бы сейчас голодали и спали в бараке, а может быть, я стала бы проституткой, а Пьетро бы сел в тюрьму за воровство. Не знаю. Но я просто вспоминаю, сколько людей мы спасли. Я вспоминаю пожар и те мысли, которые проносились в моей голове, мольбы о помощи. И понимаю, что я не должна ни о чём жалеть. Я помогаю людям, и в этом смысл моей жизни.
– И в этом мы похожи.
Ванде не очень понравилось это сравнение, но она заставила себя кивнуть. На долгие секунды воцарилась тишина, и слышались лишь приглушённые голоса сидящих на крыше ребят, которые над чем-то смеялись, шум проезжавших по улице машин, тихая музыка.
– Ты как-то предложил мне заключить мирный договор, - вдруг произнесла Ванда.
Тони кивнул:
– Ты ещё сказала, что этого никогда не произойдёт.
– Я передумала.
– Хочешь составить документ? На бумаге? – поинтересовался Старк.
Ванда, помедлив, кивнула. Мужчина огляделся вокруг, схватил с полки рулон бумажных полотенец и включил небольшой ночник на маленьком столике.
– Садись, - Ванда послушно села на стульчик, наблюдая за тем, как Тони хлопает себя по карманам, пытаясь найти хоть что-то, чем можно было писать. Девушка схватила с подоконника свою сумку и, порывшись, выудила оттуда карандаш для подводки глаз и протянула Старку. На секунду её рука зависла в воздухе, и Ванда, вспомнив, положила карандаш на стол, надеясь, что Тони не заметил её оплошности.
– Так, какие условия мы ставим друг другу? – спросил Старк, размашисто выводя на бумаге их имена.
– Не выносить друг другу мозг.
– Здороваться.
– Не ругаться по пустякам.
– Доверять друг другу.
– Не мешать работать.
– Действовать сообща.
– Не унижать друг друга.
Тони внимательно посмотрел на Ванду, которой и добавить было нечего. Она пожала плечами на его немой вопрос, и Старк решился.
– Я бы хотел тебя попросить…
Ванда вопросительно взглянула на него и нахмурилась, ожидая ответа, а Тони молчал, стараясь подобрать слова.
– Так о чём ты?
– нетерпеливо поинтересовалась девушка. Ей было неуютно от его взгляда, задумчивого, изучающего, пронизывающего до костей.
– …не читать мои мысли. Не проникать мне в голову.
Ванда несколько раз моргнула прежде, чем до неё дошёл смысл его слов. В голове роем зашевелились различного рода мысли. С одной стороны, она и думать об этом не думала, до мыслей Тони ей и дела не было. С другой, она внезапно ощутила обиду. Будто Старк скрывал от неё что-то, будто боялся её.
– Каждый человек имеет право на личное пространство, - заметил Старк, когда губы Ванды дрогнули. Он поспешил отвести от них взгляд.
– Да, - как-то рассеянно и разочарованно согласилась девушка, жалея, что не воспользовалась своей силой ранее, когда ещё не надо было давать таких нелепых обещаний.
– Ванда!
Она вздрогнула, подняв на него глаза. Старк был полон решимости, будто от этого зависела чья-то жизнь, хотя Тони просто-напросто не хотел, чтобы девушка знала о его чувствах. Пока.
Ванда с трудом кивнула, и Тони поставил на листке дату и свою подпись, а затем отдал его девушке. Она нагнулась ниже, пытаясь в свете ночника разглядеть, что там написал Тони, и, убедившись, что всё в порядке, расписалась.
– Осталось найти свидетеля и поставить печать.
– Зачем нам свидетель? Мы же не брак регистрируем, - резонно заметила Ванда и Старку пришлось согласиться. – У тебя есть печать?
Тони покачал головой, вновь оглядываясь. Взгляд зацепился за пустой бокал на столе, который отложила Ванда, схватил его и перевернул, оставляя на нижней половине листка бордовый винный круг.
– Вот и всё, - Тони улыбнулся, и Ванда с интересом провела пальцем по самодельной «печати». – А нет, подожди.
Старк вскочил, бросившись на кухню и тут же вернулся, сжимая в руках бутылку вина. Он наполнил бокал до самого края и протянул его Ванде.
– Надо обмыть это событие.
Девушка улыбнулась и, отсалютовав Старку, глаза которого в темноте светились так ярко, что становилось не по себе, сделала три самых больших глотка.
– Историческое событие, - Тони отобрал у Ванды бокал, коснувшись её похолодевших на ночном воздухе пальцев, заставив её удивлённо округлить глаза, и залпом осушил его.
– Ты…
– Я взял у тебя вещь из рук, - кивнул Старк на недоуменный взгляд девушки.
– Но…
– Нас отделяет один шаг от того, чтобы стать друзьями, это значит, что я могу тебе доверять.
Ванда моргнула, откидываясь на спинку стула. У неё было такое странное ощущение, что над ней посмеялись. Она нахмурилась, собираясь разразиться гневной тирадой, тотчас забыв об одном из условий только что подписанного договора, если бы не ворвавшаяся к ним на балкон Наташа, которой так не терпелось заставить её петь в караоке.
========== Часть 9 ==========
Пока все нормальные люди сладко посапывали в своих постелях, Тони в полчетвёртого утра сидел в мастерской и с увлечением читал личное дело Ванды, с неким недовольством заметив, что взломать базу ЩИТа оказалось проще простого. Он внимательно вчитывался, пытаясь выудить из досье хоть что-то стоящее, что-то, что потом можно было бы использовать, чтобы добиться расположения девушки. Но ничего нового Старк так и не смог найти, информация была слишком скупой и сухой, будто досье писал сам генерал Росс. Единственное, за что зацепился глаз – это точная дата рождения Ванды. Тони взял это на заметку, решив, что пора бы уже задуматься над подарком.
Он снова пробежался глазами по её краткой биографии, пролистал несколько страниц из архива Гидры, с ужасом отметив, как тщательно Штрукер подошёл к опытам над людьми. Документы содержали огромное количество медицинских анализов, длинный список препаратов, что принимала Ванда, и процедур, через которые ей пришлось пройти.
Тони недовольно поморщился, увидев, что в списке её личных врагов числится его имя.
– Устаревшая информация, - хмыкнул он, мысленно щелкая генерала по носу.