По краю лезвия смычка
Шрифт:
Болью и страхом сковало сердце при этих словах, но женщины не посмели вскрикнуть при черном рыцаре. Замерло эхо Розимира.
— Хорошо! Хорошо… Я… согласна!
— Прекрасно, принцесса.
Черный рыцарь развернулся, чтобы уйти, но Делл его остановила:
— Карркар!
— Что еще?
— Вам… нравится? — принцесса развела руками, указывая на платье.
— Вы прекрасны, принцесса. Как всегда, — Карркар поклонился.
— Это… это чудо сотворили эти женщины!
— Их наградят.
— Но… как?
— Вы можете сами распорядиться, принцесса.
— Я распоряжусь выпустить всех узников Розимира в честь моей свадьбы! Портнихам я разрешаю свидание. Из подземелий выйдут на рассвете, но к сыновьям и мужьям они могут спуститься прямо сейчас.
— Но принцесса, это…
— Пусть это будет моим свадебным подарком, Карркар! Больше я ничего не попрошу…
— Как вам будет угодно, принцесса, — после долгой, очень долгой паузы прокаркал жених и исчез, будто его и не было…
Старая Агена и подумать не могла, что все сложится настолько чудесно! Она хотела просить принцессу отнести мальчикам коврижку, а теперь и сама сможет это сделать. А коврижка не простая — в ней ключи от темниц. Правда, завтра на рассвете скрипачей и так выпустят. Но мало ли. Сегодня черный рыцарь добрый, а завтра — кто его знает…
Принцесса Делл захлопала в ладоши (ах, до чего же она хороша в этом платье!), спустились белые совы из-под потолка Ледяного зала (а ледяной зал такой высокий, что и потолка не видать, но говорят — там, под потолком, клетки белых сов и есть).
— Делл!
— Сестренка!
— Случилось что?
— Отведите женщин в подземелья. Я разрешаю им свидание с родными. Где Рей?
— Рей полетел искать наших…
— Рамир! С ним что-то случилось?! Они живы?
— Живы, Делл, ты только не волнуйся! Ну… мы просто не знаем, где они.
— Но Рей найдет, Делл!
— Рей когда-нибудь что-нибудь не находил?!
Трое братьев — Дорри, Майки и Филл очень старались не огорчать Делл. Скорей бы Рей нашел этих четверых! Но он найдет. Обязательно найдет!
— Не переживай, внучка, — старая Агена посмотрела принцессе в глаза, — У тех ребят сердце смелое. Поверь Агене, внучка, не случится с ними ничего.
— Отведите женщин в подземелье, — принцесса побледнела и сильнее прижала к себе розу — единственный живой цветок в королевстве.
Идти по ступенькам в подземелья было тяжело. Стара Агена для таких… походов. Что это? Никак поет кто? А голоса молодые, звонкие. Не мои ли внучата?
Струна запоет, цветок оживет, Здесь больше не слышен плач! Прости, Розимир, подвалы твои Покинет простой скрипач!Агена спускается вниз по крутым каменным ступеням, пляшут тени от факелов на смуглом морщинистом лице. Слушает она песню, улыбается. Улыбается и вспоминает.
Ночью прошлой прилетела ворона к ее окошку. И не ворона вовсе, а девушка! Каррима, внучка старого Рдумидеса, Старейшины Воронов.
Как появились рыцари в королевстве, появились и вороны вместе с ними. Черное перо у ворона — черный доспех у рыцаря. Как тут не догадаться? Хоть стара гадалка, но такая загадка Агене по зубам. Оказывается, не Тьму прогнали рыцари, а попали в рабство злого волшебника Тена Арбода…
За рощею плача, в башне пустой, Седой музыкант не спит. Он делает скрипки, струна под луной Огнем серебра горит!Долго говорили они с внучкой в ту ночь. Долго. И не только о том, что такой коврижки, как у старой Агены, не встречали люди-вороны нигде! Говорили и о том, что делать. И решили. Бороться надо. Против Арбода и Тьмы идти, спасать Королевство!
С того самого вечера скрипичных дел мастера, те, кого не успели еще запереть в подземельях Розимира, пробрались ночью в Башню Безумного скрипача.
Скрипки в королевстве сожжены почти все. А как против Тьмы идти без музыки? И дело пошло! Жители Деревни Скрипачей, те, что чудом остались на свободе — рубят деревья в роще плачущих скрипок, вырезают корпуса. И воронам работа нашлась! Обернулись рыцари птицами, клювом проворно наматывают струны на колок. А струны не простые — серебряные! Подарок Вихрей, братьев принцессы Делл. Белые совы кружат над Башней Безумного скрипача — у каждой в лапах по мотку. Совы летают ночами, ловят лунный свет, на струны наматывают.
Горят в ночи струны, пылают сердца, И черный снег тает в них. Вернется Свобода, рассеется Тьма, Прощай, Розимир, прости…В подземельях Розимира этим вечером пели песни, пили теплое молоко, ели коврижку старой Агены, целовали любимых жен.
Советник стоял у окна и смотрел, как падает черный снег в лунном свете, слушал, как поют узники в подземельях Розимира. Отсюда, с башни, хорошо видно все его Королевство. Он любит его, и если народ взбунтуется, он встанет рядом с ним.
Глава 13
Королевство заснеженных роз
Сад плачущих скрипок
Карркар и Каррима
Когда умирает скрипач — струны на его скрипке исчезают. Рассыпаются лунным светом и улетают. Куда — не знает никто. Но говорят, будто бы в серебряных струнах Вихрей поют души умерших скрипачей королевства.
В роще висят скрипки без струн. Они поют, потому что ветер играет в их телах. Грустно. Жалобно. Будто плачет…
Этой лунной ночью в роще безветренно. Луна огромная, яркая! Карркар и Каррима серыми тенями скользят меж деревьев. Можно, конечно, обернуться птицами, усесться на ветку, но сегодня ночью обоим хотелось побыть в образе людей. Посмотреть друг другу в глаза. Давно они не виделись.
А Каррак рассказывал, будто Арбод заколдовал людей-волков, и те обернуться не могут, остались навечно в волчьей шкуре. Неужели, правда? Это же пытка, не видеть любимую.
Как же она похорошела, внучка старого Рдумидеса! Длинные черные волосы, талия тоньше самого стройного деревца, а глаза… Огромные, карие. Жаль только что печальные. И нечем ему ее утешить. Нечего сказать…