Чтение онлайн

— Как бы то ни было, Николай, но ты нам нужен, — Казанцев натянуто улыбнулся и обратился к Александру Юрьевичу: — Босс, я пробил по каналам все фирмы, которые подали заявки на участие. Ваши опасения не напрасны.

Литвинов-старший хмыкнул и отбросил ложку, которая с звенящим звуком опустилась в супницу. Он утер рот узорчатой салфеткой, скомкал ее и отбросил в сторону. Слова Казанцева заставили его напрячься: синяя вена на лбу вздулась и пульсировала. Строительство блочно-модульной котельной на природном газе — прибыльный проект, а Александр Юрьевич не любил упускать крупную рыбу.

— Сколько фирм участвует и как мы можем с ними справиться? — опустив кулаки на стол, спросил Литвинов-старший.

— Десять, включая НИС-групп. Восемь компаний не представляют угрозы, ведь мы с ними так или иначе сталкивались и всегда обходили их. Но вот с одной фирмой придется повоевать, — заключил Казанцев, отставив пустую супницу в сторону.

Николай, сложив руки на груди, откинулся на спинку стула. Выходит, все, что пишут в СМИ, — сущая правда. Его отец впервые столкнулся с сильным конкурентом, который может пошатнуть репутацию НИС-групп, а заодно и задеть его гипертрофическое самолюбие. Коля расплылся в улыбке.

— Получается, СМИ ничего не раздувают? — вырвалось из уст Коли. — Глава НИС-групп столкнулась с трудностями?

Метнув взор на Александра Юрьевича, который раздувался, словно петух, Казанцев повернул голову в сторону Коли.

— Николай, я бы на вашем месте не язвил. Дело действительно серьезное. Если вам неинтересно, лучше покиньте этот стол.

— С превеликим удовольствием, — Коля привстал со стула, чтобы уйти, но грохот, раздавшийся от отцовского кулака, заставил его замереть на месте.

— Никто никуда не уходит! — выпалил Александр Юрьевич. — Что бы ты себе ни думал, ты будешь принимать во всем участие! — он схватил папку, которую аккуратно положил на стол Казанцев. — Что тут у нас?

— Наш главный конкурент — «СтройНижВет». Головной офис находится в Нижнем Новгороде. Компания работает на рынке более 10 лет. Репутация не запачкана. Фирма гарантирует надежность и высокое качество построек. Никаких судебных исков против «СтройНижВет не заводилось. Владелец — Вадим Морозов. Ни в каких махинациях не был замешан согласно общедоступной информации, — отчеканил Павел Петрович, будто бы заучивал эти реплики несколько дней.

Литвинов-старший закрыл папку, по листам которой бегло пробежался глазами, и всучил ее Николаю. Коля ее даже не открыл, просто положив рядом с собой. Ситуация с тендером не настораживала его: кто-то должен спустить его отца на землю и доказать, что мир не крутится вокруг империи Литвиновых. Он с интересом наблюдал за реакциями отца, которые с каждой секундой становились более импульсивными и непредсказуемыми.

— Откуда он взялся? — сощурив веки, поинтересовался Александр Юрьевич и стиснул зубы, пытаясь подавить возрастающую в нем злобу. — Ты же гарантировал мне, что наша компания последней подала заявку на участие.

Казанцев виновато опустил глаза в молочного цвета пол и промямлил:

— Так и было. Но Морозов вклинился в самую последнюю минуту.

— Черт! — ругнулся Литвинов-старший и кулаком ударил по столу. — Паша, ты собираешь мне все, что касается Морозова. Всю подноготную! А ты, — он обратился к Коле, — изучаешь все аналитические отчеты «СтройНижВет» за последний год. Мне важно знать не только о прибыли, но и обо всех денежных переводах этой фирмы. Нам нужен козырь, который мы сможем достать из-под рукава, чтобы выиграть это дело!

Николай выпрямил корпус, отбросив плечи назад, и смерил мирным взором сначала Павла Петровича, а затем и отца. Отодвинул тарелку с нетронутым луковым супом и положил руки на стол, скрепив пальцы в замок. Чуть подавшись вперед, Коля выдал:

— В войне все средства хороши, да, Александр Юрьевич?

Николай специально сделал акцент на имени, чтобы сделать тому болезненный укол. Язык не поворачивался назвать его «отцом».

— Тебе ли не знать о методах конкуренции? — выпалил Литвинов-старший, с некоторым оскалом и малой долей злобы взглянув на сына.

— Нас не учили грязным методам. В Институте нам рассказывали о честных методах, а не о том, как изучить личную жизнь конкурента и использовать это в корыстных целях! Немыслимо, что твоя империя выстроена на таком болоте!

— Тебе и не нужно лезть Морозову в трусы. Для этих дел у меня есть помощник, — Александр Юрьевич метнул взор на Казанцева. — Тебе лишь нужно пройтись по тине этого болота, как ты называешь, и применить свои знания на практике. В конце концов, эта грязь тебя кормит.

Эти слова разозлили Николая. Он крепко вцепился пальцами в края круглого стола.

— Не лги! — Коля привстал со стула. — Так было только до того момента, как я попал в МХЛ. С 16 лет я сам зарабатываю на свое существование. Ты ведь настолько был зол из-за того, что я не хотел выбирать работу в компании, что заблокировал счет! Хотя мне не нужны твои жалкие подачки!

Александр Юрьевич схватился за пустой бокал, стены которого были пропитаны золотым коньяком, и хотел запустить сосуд в сына, но удержался: за их перепалкой наблюдал Казанцев, которому впервые довелось лицезреть домашний конфликт. Литвинов-старший отцепил пальцы от бокала и уронил ладонь на стол. Наклонив голову набок, сказал:

— Не время сейчас выяснять, что и когда было. Время поработать на НИС-групп. И ты будешь это делать, хочешь ты этого или нет.

— Я уже не мальчик, которым ты можешь помыкать. Не. Буду. Участвовать. В этом, — сделал акцент на каждом слове Николай.

Он резко вскочил с места и, задвинув стул, вылетел из столовой. Быстро переместился в свое крыло и, захватив спортивную сумку, направился к выходу. Пусть до игры еще и было чуть больше часа, находиться здесь он был не намерен. От одного вида Александра Юрьевича его желудок сокращался и готов был вывернуть содержимое наружу. К игре Николаю нужно было определенно успокоиться, иначе сегодня его ждут сплошные удаления на льду, что непозволительно для положения, в котором сейчас находятся «Лисы».

В дверях Коля столкнулся с Екатериной Андреевной, которая, как ему показалось, шла именно к нему. Ее руки держали пустой поднос, в котором смутно отражалось ее взволнованное лицо. Николай хотел ее обойти, но экономка преградила ему путь, коснувшись своей полноватой рукой его предплечья. Он опустил глаза на ее пальцы, которые слегка сжали рукав фланелевой рубашки. Затем его взгляд переместился на ее лицо, принявшее озабоченное и растерянное выражение.

На мгновение Николаю показалось, что Екатерина Андреевна стала невольным свидетелем конфликта, разразившегося в столовой несколько минут назад, и что хотела поговорить с ним на эту тему. Но обсуждать отношения с отцом он не желал ни с кем, тем более в состоянии, когда стрелка на шкале эмоций горела запредельно красным цветом.