По лезвию жизни
Шрифт:
Со стоном опустившись прямо на пол, Юля закрыла лицо руками и замерла. Слез почему-то не было. Была глухая пустота там, где раньше билось сердце.
«Может быть, больно будет потом?» – мысли вяло текли, словно сквозь туман проникая в сознание откуда-то извне. – «Как он мог? Ни слова, ни записки… Записка!» – стремительно вскочив на ноги, Юлька заметалась по комнате, переворачивая немногие вещи в поисках клочка бумаги. Не найдя, она все в том же порыве слетела вниз и обыскала гостиную, а потом и кухню. Ни-че-го. Схватив телефон, девушка тщетно набирала знакомый номер, раз за разом слыша безразличное: «Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети».
– Так, Юля, успокойся, – сделав глубокий вдох, чтобы успокоить нервную дрожь, она крепко стиснула кулаки, зажав в руке злосчастную трубку. – Ну, и что мне теперь делать? До дороги километров десять, не меньше, – с сомнением покосившись на легкие мокасины, она посмотрела на улицу. Грязные потеки воды струились между камнями и заливали дорогу.
«Без паники, у меня отпуск, так что опоздать – никуда не опоздаю. Продуктов мне хватит до конца недели, если погода испортилась надолго. Пережду дождь и выберусь на трассу. Там-то точно найду, как добраться домой. А, может, Андрей вернется? А если что-то случилось, и ему пришлось уехать? Мог бы и предупредить. Юль, хоть раз в жизни будь реалисткой! Он тебя БРОСИЛ! Вот так подло, в глуши, ничего не объяснив и не попрощавшись. В его духе. Сколько можно себя обманывать??? Дура, дура, дура!» – не думая о том, что делает, Юля заварила чай и села за стол.
Первый же обжигающий глоток привел ее в чувство. Зашипев от боли, девушка оттолкнула кружку и, не справившись с захлестнувшей обидой, горько разрыдалась. Но и это состояние не могло продолжаться вечно. В конце концов, истерика утихла.
Умывшись холодной водой, чтобы остудить воспаленные глаза, Юля решительно направилась наверх.
Разлюбила? Нет. Любовь – не сломанная кукла, не выбросишь в помойку за ненадобностью. Но впервые за долгое время Юля протрезвевшими глазами оглянулась на прошедшие семь с половиной месяцев и ясно увидела все те мелочи, из которых складывались их с Андреем отношения. Именно она ждала его каждую минуту, удовлетворяла желание (что сказать, обоюдное) тогда, когда ОН этого хотел, именно она позволяла вытирать о себя ноги, деля его с другой, довольствуясь ролью второго (или даже третьего?) плана. Хватит? Хватит!
Механически переставляя ноги, Юля поднялась наверх и собрала вещи, внимательно оглядывая комнату, чтобы ничего не забыть. В приметы Юлька верила. Иногда. По крайней мере, в ту, что нельзя оставлять свои вещи там, куда не хочешь возвращаться. Сюда она не хотела.
Сняв постельное белье, хранившее их запах, девушка навела порядок в комнате и спустилась вниз, прихватив собранную сумку. Забросив простыни в стиральную машинку и включив ее на быструю стирку, Юля обошла дом, уничтожая следы их присутствия. Убедившись, что все так, как было по их приезду, она вернулась на кухню и допила давно остывший чай, старательно отгоняя от себя любую мысль о предавшем ее любовнике.
Тихий сигнал оповестил об окончании цикла, выводя девушку из оцепенения.
«Ну вот. Больше нет причин оставаться здесь. Дождь утих. Какой смысл тянуть время и ждать… неизвестно чего?»
Развесив белье сушиться, Юля еще раз огляделась вокруг, натянула мокасины и подхватила сумку.
В это же мгновение за окном раздался шум подъезжающей машины.
«Вернулся?» – мелькнула удивленно-радостная мысль, но, выглянув в окно, она увидела незнакомый серебристый внедорожник, из которого вылез… Олег.
Щеки вспыхнули, едва она подумала о том, что ему-то точно известно о ее статусе отставной любовницы. Замерев от стыда и унижения, Юля смотрела, как открывается дверь.
– Юлия? – вошедший удивленно замер, оглядев неподвижную девушку с головы до ног и остановив взгляд на спортивной сумке. – Вы что, пешком собрались идти? Разве Андрей не предупредил, что я вас заберу?
– Я не видела его со вчерашнего вечера, и тогда он ни словом не обмолвился о своем отъезде, – не понимая, как оставаться наедине с другом бывшего любовника, Юля направилась к двери. – Пропустите.
– Не дурите! Здесь же двенадцать километров. По дороге даже ехать, не то, что идти, трудно. Немного просохнет, и мы спокойно выберемся.
– Я не хочу здесь оставаться.
– Когда вы сюда ехали, вас это мало беспокоило, – не удержался от шпильки Олег.
– Вас, – выделив слово, одновременно смутившись и разозлившись на собственную глупость, прошипела Юля, – это не касается! Дайте мне пройти.
– Да подождите вы! – схватив девушку за тонкое запястье, раздраженно выдохнул мужчина. – Если вам так приспичило ехать прямо сейчас, то поедем. Я только проверю, что Андрей отключил электричество.
– Отпустите меня, – не глядя на собеседника, Юля вырвала руку. – Андрей ничего не отключал. По крайней мере, пять минут назад все работало.
– Дайте мне немного времени.
Не отвечая Олегу, Юля вышла за дверь и уселась на крыльцо, подперев подбородок руками.
«Сволочь! Вот как он мог так меня унизить?! За что?» – откуда-то нахлынула боль, но девушка не дала ей закрутить себя в черном водовороте, разозлившись на собственную слабость. – «Нет уж, хватит. Поигрался и довольно. И я хороша, влюбилась как идиотка! Да еще Олег этот. Неужели не понимает, что и без него тошно? Хотя, его-то в чем винить? Бросил все дела, примчался. Черт! Как же с ним в одной машине-то ехать?»
– Все, я готов, – вырывая ее из тягостных раздумий, на пороге появился Олег.
Юля молча отдала ему сумку и забралась на пассажирское сиденье, стараясь не хлопать дверью. Уставившись в окно, чтобы не встречаться с ним глазами, она мучительно раздумывала, как выдержать несколько часов наедине с явно осуждающим ее мужчиной.
Дом, где Юлька провела несколько счастливых дней, обернувшихся…
«А чем обернувшихся? Потерей любимого? Гад он, а не любимый. Как там Маруська говорила? Поматросит и бросит? Ну-ну. Поматросил. И бросил-то как… подленько. Как нож в спину. Ууу…козел безрогий!» – глядя на пробегающие за окном березы думала Юля, – «Эх, отчего же так сердце ноет? Неужели, все равно люблю? Люблю…Да к черту такую любовь! Все, Юлька, начинаем новую жизнь без четвероногих…»
– Так и будете молчать всю дорогу? – покосившись на хмурую девушку, спросил Олег спустя некоторое время.
– О чем нам говорить? Вам явно не по душе вся эта ситуация. Мне тоже, – нервно растягивая край любимого свитера, Юля опустила глаза.
– Не по душе, – согласился мужчина, – я близко знаком с Оксаной, женой Андрея, и мне неприятно, что приходится покрывать его похождения.
– Похождения, говорите? Ну да, как это еще назвать? Нашел доступную идиотку и наставляет рога благоверной. Только… вам не приходило в голову, что и мне нелегко? Думаете, я сразу бросилась в его объятья, плюнув на собственные принципы? Да, я влюбилась в него с первого взгляда, но это он не давал мне проходу, присылая цветы, конфеты, забрасывая смс и звонками. И, да, я сдалась. Сдалась… не потому, что любить было легче, чем забыть, а потому что разучилась нормально дышать, когда его нет рядом. Но не беспокойтесь, я протрезвела. Можете сколько угодно презирать меня, мне все равно. Все кончено, – выговорившись, Юля отвернулась в окно, невидящими глазами следя за убегающей куда-то степью.
– Я не презираю. Просто не понимаю, зачем вообще связываться с женатым мужиком.
– Да плевать мне, что он женат! Я не могу жалеть всех…
– Ну да, вы себя жалеете, такую одинокую и несчастную, – саркастически хмыкнул Олег. – Решили построить счастье на руинах чужой семьи?
– Иди ты к черту! – незаметно для себя переходя на «ты», вспылила девушка, – Останови машину!
– И куда ты пойдешь?
– Куда угодно, если это подальше отсюда! Останови, говорю! Или я выпрыгну! – дернув за ручку, Юля приоткрыла дверь, с сомнением глядя на мелькающую под колесами проселочную дорогу.