Чтение онлайн

— Ты контролируешь свои видения?

— Нет, они непроизвольны. Тебя я увидела, прикоснувшись к своей подруге — Лине.

— Постой-ка, — встрепенулась она. — Видения обычно привязка к чему-либо. Они не вспыхивают просто так. Если ты к чему-то прикасаешься, или на чем-то концентрируешься, тогда они появляются. Ты не была знакома со мной. Возможно, ты знакома с охотником?

— Или с ним знакома Лина. Нужно будет поговорить с ней. Я сделаю это завтра утром.

— Завтра утром может быть слишком поздно…

Раздался телефонный звонок и вампирка, показав мне жестом, что это очень важно и она должна ответить, подняла трубку.

— Виктор? Что? Когда?… Кто это был?… Удалось его выследить? — она издала звук, похожий на рык и гневно захлопнув телефон, кинула его на стол.

Я вжалась в стул и не произносила ни слова. Когда тысячелетний вампир рядом с вами, в таком настроении, как бы ни был мил он все это время, лучше все-таки не делать глупостей.

— Убит один смотритель…

— Марк? — непонятно отчего, я встревожилась. Но, припомнив события в Форт Окриджском баре, я понадеялась лишь на одно — что это было долго и мучительно. Настолько мучительно, насколько вообще возможно.

— Нет, в другом округе. Это нехорошо. Начнутся волнения, — проговорила она тоном, будто у нее вскочил прыщ на носу перед свиданием, — Нам необходимо встретиться с Александром и Марком, объединить знания, которые у нас есть.

— И заскочить ко мне домой, у меня появились кое-какие догадки.

Оставив чаевые поверх того, что оплатили наши мужчины, мы пулей вылетели из кафе и направились ко мне. У меня была пара догадок, на счет того, кто мог нападать на Лиззи. Но необходимо было собрать все кусочки этой головоломки в одно целое. Если все так, как я думаю, нам не составит труда его выследить и убить. На этом все закончится и я смогу вернуться к моей относительно нормальной жизни. И продолжить знакомство с этим симпатягой журналистом.

Леди Кэтрин еще не спала. Она сидела за роялем и наигрывала Шопена. Музыка обволакивала дом и всегда делала его очень уютным и теплым. Бэтти собирала со стола, видимо, здесь был поздний ужин. Нефрита не было видно в гостиной-столовой, наверное, он наверху, спит себе спокойно. Увидев меня, леди Кэтрин остановилась и попросила подойти. Элизабет отправилась в мою комнату, а я послушно присела в ногах у своей тетушки.

— Ты хорошо знаешь свою новую знакомую?

— Достаточно хорошо, чтобы разрешить ей пожить здесь.

— Хм, — она задумалась и закрыла глаза. Ее лицо, казалось, осунулось и постарело, но через мгновение она вновь стала приветливой и добродушной тетушкой, — я очень за тебя переживаю. Всегда переживала и всегда буду. Просто, будь откровенна со мной. А я скажу лишь одно — эта женщина очень могущественна. Могущественней, чем ты можешь себе представить. И будь осторожна, пуская в дом незнакомцев.

— О, поверьте, я не заблуждаюсь на ее счет.

Не знаю, поняли ли мы друг друга правильно, но, кажется, никто из нас не хотел признавать и открывать друг другу тайну о мире сверхов. И меня это полностью устраивало.

Направляясь в свою комнату, я заметила стоявшую у лестницы статую. Ту самую, которую несли закрытой белой простыней. Это была молодая девушка. Красивая, как и все греческие богини, потому что выполнена она была в греческом стиле. Наверняка из какого-нибудь мифа. Возможно, какая-то нимфа. Женщина, в легкой свободной тунике, подпоясанной ремешком, отчего-то с ужасом смотрела на того, кто стоит перед ней. Сейчас перед ней стояла я и задавалась немым вопросом — чего ж во мне ужасного? Ее руки были вскинуты перед собой, будто она пыталась отгородиться от того, кто стоит перед ней. Странная статуя. Как будто бы живая. Мне кажется, задень ее, бетон рассыплется и женщина закричит.

— Тетушка, а что это за статуя? Никогда прежде ее не видела?

Леди Кэтрин гневно посмотрела на Бэтти и, ничего мне не ответив, вышла из комнаты. Пожав плечами, я направилась к входной двери, в которую настойчиво стучали. Серьезно, ну не бежать же мне за тетей и не умолять рассказать одну из семейных тайн. На нет и суда нет.

Я распахнула двери и едва не схлопотала разрыв сердца, которое заколотилось с бешеной скоростью, грозя вырваться из грудной клетки. Заметив это, Марк расплылся в довольной улыбке. Ему нравилось чувствовать чужой страх. Я видела, как его зрачки расширились, а ноздри стали раздуваться. Отметила для себя тот факт, что вампиры, как собаки, прощупывают носом ауру. Интересно, почему именно носом? И кем он был до того, как его обратили? Наверняка кровожадным убийцей, Джеком Потрошителем, или на худой конец, солдатом. Но умение наводить ужас, наверняка, тренировалось годами.

— Что тебе нужно, Марк? Все, что хотела, я сказала в баре.

— Я звал тебя, ты была обязана явиться! — гневно громыхнул он изменившимся басом, который пробрал до дрожи в коленках. Но меня грело одно — я знала, что он не может причинить мне вреда, не может прикоснуться, поскольку нас разделяла магия дома. Дом свят и неприкасаем, и вампир не может ступить за порог без разрешения хозяина. Прочитала об этом в интернете, не знаю насколько верно, но на всякий случай, я для надежности повесила над дверью веточку боярышника и, вроде бы, Лиззи спрашивала прошлой ночью разрешения войти, уже не помню.

— Значит, плохо звал, раз я не пришла! — я хлопнула дверью перед носом вампира и, развернувшись, врезалась в грудь Лиззи, которая захохотала от души.

Мне кажется, что я слышала, как гневно сопит за дверьми вампир, больше всего на свете желая вгрызться зубами в мою плоть и глотать вязкую гемоглобиновую жидкость. Я читала его мысли так ясно, как будто они были написаны на тетрадном листе передо мною. Сценарий для фильма ужасов, в котором крови больше, чем во всех частях фильма Пила сразу. Я сделала пометку — легче всего читать мысли, когда существо испытывает сильные эмоции. А лучше всего — в этот момент не читать.

— Здорово она тебя, Марк? — выглянув из двери, подлила масла в огонь Элизабет.

— Мария-Элеонора… — стушевался вампир.

— Эта девочка — моя. Ты меня понял? — властно произнесла вампирка. Я никогда не слышала, чтобы она разговаривала с кем-то подобным тоном.

— Да. Она ваша, — вампир едва ли не стелился перед ней. А я, до конца не понимая слов «она моя» сияла от счастья, что наконец-то этого в прямом смысле мерзкого кровососа поставили на место.

— Прекрасно, — женщина вновь стала веселой и существованиерадостной. Не поворачивается язык сказать — жизнерадостной. — Я хочу видеть всех у Александра. Через час. У меня есть очень важное объявление. И особо хочу отметить, чтобы все держали себя в руках. Я не допущу, если кто-то покусится на моего человека!

Закончив переговоры, Элизабет вернулась в дом, и мы прошли в мою комнату. У меня не было слов, оставалось просто восхищаться. Я никогда не видела между людьми подобных отношений, такого беспрекословного подчинения. Может быть, она была его создателем? Или начальником? Или просто знала о нем что-то, что заставляло его бояться и подчиняться? Мне было очень интересно, но все, что вампирка сочла нужным мне сказать, уверена, она сказала. А меньше знаешь — крепче спишь… в этот момент я люто завидовала Нефриту и Лине, которые, наверняка, видели девятый сон подряд.