Чтение онлайн

Возле противоположной ПАНОРАМНОЙ СТЕНЫ вижу высокую широкоплечую фигуру.

Артём…

Воспоминания о силе этого тела отдаются трепетом в животе. Оно у него будто каменное. Я знаю, я трогала…

Мнусь в проёме, захлёбываясь слюной, потому что в воздухе есть немного его парфюма.

Он стоит, упёршись рукой в стекло, и разговаривает по телефону, глядя на расстилающуюся внизу бухту.

Его пиджак небрежно брошен на диван в центре комнаты, а сам он остался в рубашке и брюках. Он замечает мой силуэт в отражении оконного стекла и резко оборачивается, продолжая разговор и ослабляя свой галстук.

Мне трудно читать его эмоции. За этими чёрными глазами ничего не разобрать. Они цепко скользят по моей застывшей фигуре. На мне цветная юбка карандаш и красный свитшот. На ногах белые кеды. Согласна, это не тянет на образ горячей роковухи. Но у меня гардероб матери-одиночки, живущей на отселении.

Зато, я тщательно привела в порядок свои волосы. Они лежат на моих плечах красивыми мягкими волнами.

– Давай продолжим завтра, - говорит Артём своему собеседнику, глядя на мою обувь и криво улыбаясь. – И тебе.

Как только он кладёт трубку, говорю:

– Привет.

Мой взгляд плавает по его широкой груди, плоскому животу. Добирается до пряжки ремня, но я бью свои глаза по рукам, заставляя вернуться к его лицу. Он в жизни такой же, как на экране – породистый и притягательный.

– Долго ты там стоять будешь? – спрашивает Артём, бросая телефон и галстук на журнальный столик.

– Нет, - бормочу я, оставаясь на месте.
– Как дела?

– Зашибись, - отвечает он, выхватывая из ведёрка бутылку шампанского, и принимается её открывать.

Спустя секунду пробка вылетает, и я наконец-то очухиваюсь. Вспоминаю о том, что у меня в руках небольшой бумажный пакет, который Максим просил передать своему боссу.

Края у него загнуты, поэтому я не заглядывала в чужой пакет.

– Тут…Максим просил передать, - говорю я, делая шаг вперёд, и земля уходит из-под моих кед. – Аааааааа…

Лечу вниз с громким визгом. Меня встречает твёрдая холодная плитка, о которую я сдираю колени и ладони.

– Ааааай…блииинн… - стону я, растекаясь по полу.

Бооооольно!

Я скулю, пытаясь подняться, путаясь в своих волосах.

Чёрт, как же больно!

Коленку отбила!

Артём мгновенно оказывается рядом и подхватывает меня подмышки, как ребёнка. Ставит на ноги и осматривает.

– Расшиблась? – взволнованно спрашивает он, поддерживая меня на вытянутых руках.

– Всё…нормально… - всхлипываю я, умирая от стыда и неловкости.

– Ну, ты, блин, даёшь! Напугала!

– Ай… - морщусь я, цепляясь за него и припадая на одну ногу.

Зло оборачиваюсь и вижу, что я не заметила две ступеньки вниз.

– Иди…сядь, блин, - командует Артём, волоча меня к дивану. – Я хер*ю с тебя…

Усаживает меня и сам усаживается на корточки рядом. Я пытаюсь отбросить с лица волосы, а он цокает языком, ощупывая мою коленку своими тёплыми пальцами. На ней ссадина и струйка крови.

Рвано вздыхаю и прикрываю глаза. Господи, что же я за растяпа?

– Чашечка на месте, - тихо говорит Артём. – Больше не будем здесь останавливаться.

Смотрю на его хмурое лицо и кусаю губу.

– Лестница не виновата...
– бормочу я, поглаживая свою щеку, которой тоже досталось.

Он видит это и убирает мою руку, чтобы посмотреть самому. Захватывает линию моего подбородка большим и указательным пальцем.

– Тут освещение дерьмовое, - говорит он, вертя мою глупую голову туда-сюда.

Интересно, может ли человек реально умереть от смущения?

Шмыгаю носом, пряча глаза.

– Щас перекись принесу, - говорит Артём вставая.
– Сиди.

Да уж куда я пойду.

Провожаю его длинные ноги тоскливым взглядом и морщусь, пытаясь разогнуть свою собственную. Он возвращается через минуту с аптечкой. Снова садится на корточки, размещая мои ноги между своих коленей. Открывает аптечку и начинает её потрошить. Находит вату и перекись. Хорошенько промывает ею мою коленку. Я дёргаюсь, когда начинает щипать.

Артём успокаивающе поглаживает кожу под коленкой большим пальцем, обхватив ногу рукой. Терпеливо ждет, пока шипение вещества прекратится. Я сижу пришибленная его спокойной заботой, не в силах оторвать глаз от густых чёрных ресниц и ямочки на подбородке. Он наклеивает на коленку пластырь и поднимает свои непроницаемые глаза, поймав мой взгляд.

Боюсь пошевелиться, вцепившись пальцами в свой свитер. Артём очень близко. Я вижу морщинки у него на лбу и небольшую трещинку на нижней губе. Чувствую его запах. Тут и парфюм, и пота немножко…

Моё тело реагирует совершенно недвусмысленно. Шевелениями в животе и влагой в белье.

– Что с руками? – хрипло спрашивает он, продолжая удерживать мой взгляд, и мягко берёт мою руку в свою.

Переворачивает ладошкой вверх и опускает на неё глаза. Гладит тыльную сторону, посылая дрожь во все концы моего тела.

– Содрала… - шепчу я, глядя на наши соединённые ладони. – У Ванечки похуже бывало…

Его ладонь большая и жилистая. Моя маленькая и на пару тонов темнее. Моя кожа вообще темнее его, даже несмотря на то, что у него есть лёгкий золотистый загар.

– А это что?
– спрашивает он, берясь за мой указательный палец, обмотанный телесным пластырем.

Прячу свою руку от глаз подальше.

– Ничего, порезала...

– Это не заразно?
– любится он.

– Только, если Я захочу...

Стандартная айфоновская мелодия прерывает нас. Артём встаёт, продолжая улыбаться, и берет телефон.

– Да?
– бросает он, удаляясь к окну, а я думаю о том, что все мои страхи были напрасными.

Он не сердится на меня.

Я уже года два не была с мужчиной, но я теперь не волнуюсь. Наблюдаю за его спокойным уверенным поведением, его движениями…он такой расслабленный сейчас. Мне трудно поверить в то, что это тот же самый мужчина, который целых два часа давил своей харизмой студию Радио Крым, отвечая на миллион вопросов. Хотя, он и там вёл себя также, расслабленно и уверенно, как хозяин положения.