Чтение онлайн

Пристальный, тяжелый взгляд прожигает мой затылок, посылая табуны мурашек по телу. Я явственно ощущаю ауру власти, которая опутывает меня, лишая сил и воли.

Как в трансе, медленно двигаюсь по просторной гостиной загородного дома Иноземцевых. На хозяина стараюсь не смотреть, потому что его присутствие, итак, вгоняет меня в состояние когнитивного диссонанса. В моей голове с треском сталкиваются убеждения, ценности, эмоции. Какая-то сумасшедшая лавина злости, чувств и возбуждения.

«Ты просто девочка для битья», - нашёптывает внутренний голос.

Грустно улыбаюсь.

Похоже на то. Но, мой интерес к внешнему миру последние дни пребывал в вегетативном состоянии, а стоило ему появиться, всё опять заиграло красками. Эгоцентричное дерьмо, составляющее девяносто процентов его натуры, не мешает ему быть самым харизматичным мужчиной из всех, кого я знаю.

Воспоминания о том дне, когда он воротил от меня нос в ресторане охладило мой пыл.

Подхожу к стеклянному журнальному столику, чтобы получше рассмотреть стоящий на нём грубоватый кованый подсвечник. Хочу взять его в руку, но, он оказывается таким тяжелым, что я не удерживаю металлическую штуковину и роняю её на пол с громким грюком.

Бл*ть.

Вскидываю глаза на Иноземцева.

Он продолжает разговор, глядя на меня пронизывающим взглядом. Одна рука на поясе брюк, длинные сильные ноги слегка расставлены.

И этот взгляд…

Я знаю этот взгляд.

Отворачиваюсь, чувствуя, как низ живота простреливает волной желания. ОБОЛДЕТЬ! Что это такое? Как с этим бороться?

«С этим не надо бороться», - усмехается Артём в моей голове.

«Отвали», - советую ему, досадуя от того, как действует на меня звук его имени. Даже виртуальный.

Пячусь назад и устремляюсь к окну, выходящему на террасу и внутренний двор. Вижу своё отражение в стекле. Всё ещё хуже, чем я думала. Растрепанное, исхудавшее существо с глазами-блюдцами.

Я себя никогда не считала красавицей, но это даже для меня слишком. И я не преувеличиваю. Ведь мне тридцать, а не двадцать. Я реально осунулась.

Быстро распускаю волосы, осторожно оглядываясь через плечо. Вижу, что хозяин уже телепортировался на то место, которое секунду назад занимала я. Наклоняется, не спуская с меня глаз, и с лёгкостью подхватывает с пола горе-подсвечник. Водружает его на место.

Перебрасываю волосы на плечо и начинаю распутывать их пальцами, надеясь хотя бы как-то привести себя в порядок.

Другая моя боль - мой наряд.

Это фиаско, но я вспомнила, лишь когда пришло время снимать пальто о том, что на мне топ от пижамного комплекта. И, несмотря на то, что у него длинные рукава и капюшон, он еле-еле прикрывает мой пупок, а принт его пестрит гигантскими надкусанными КЛУБНИЧКАМИ! Спасает то, что на мне джинсы с высокой талией, иначе Люба во всей красе лицезрела бы мой не самый плоский живот.

Двигаясь вдоль стены, поглядывая на Иноземцева. Он наблюдает за мной, разворачиваясь на месте. Совершенно расслабленный и довольный.

Это меня бесит. Сжимаю губы и отворачиваюсь.

– …я знаю, как нужно подстилать соломку, ты меня не учи… - говорит он своему невидимому собеседнику, а я фыркаю, продолжая свои изыскания.

На самом деле я пребываю в шоке и восторге от ДОМА Иноземцевых.

Не знаю, чего я ожидала, но это в любом случае превзошло ВСЕ ожидания.

Дом этого мудака просто…потрясающий. И до бесячки ему подходит.

Как он вообще его нашёл?! Не представляю...

Построен из больших брёвен. Я не знала, что здесь в Крыму такие дома вообще строят!

Интерьер будто с картинки. И пахнет здесь потрясающе. Можжевельником, деревом и ещё чем-то уютным. Да, здесь мегауютно…тепло, светло и гостеприимно.

В гостиной, где мы сейчас находимся, высоченный потолок, который не скрадывается пространством второго этажа. Здесь есть широкая стеклянная дверь в деревянной раме с выходом на террасу, два больших окна и окна на потолке. Наверное, днём тут очень много света. В центре комнаты огромный диван и пара больших пуфов из коричневой искусственно состаренной кожи, домашний кинотеатр гигантских размеров, лестница на второй этаж и спуск на цокольный этаж, огороженный деревянными бревенчатыми перилами.

Лестница на второй этаж – это произведение столярного искусства. Ступени выполнены из разрезанных пополам брёвен. Там даже кора сохранилось. Лестница примыкает к выложенной брусьями стене, которая отделяет гостиную от кухни и столовой. Слышу за стеной детские голоса, потому что всё здесь представляет собой единое пространство без дверей.

Это место настоящее, основательное и стильное. И я теперь буду ассоциировать самодура и тирана Иноземцева с этим восхитительным домом…

Рассматриваю огромный гобелен, украшающий стену над лестницей, и перехожу к фотографиям в толстых деревянных рамках за моей спиной.

На одной из них маленький чёрно-белый Артём сидит «в телевизоре».

Давлю предательскую улыбку и ком в горле.

И у меня такая есть.

У маленького Иноземцева дурацкая стрижка, которую носили все дети в восьмидесятых. И мальчики и девочки. И он так похож на себя. Очень деловой и серьёзный.

Почему так щемит в груди?

Стряхиваю дурацкий трепет.

Наверное, если бы у него родился сын, то был бы точной копией вот этого ребёнка на фотке. Уверена, гены Иноземцева пролезут вперёд, можно даже не сомневаться.

Внутри всё перекручивается от этой мысли. Да уж, делать детей с этим КОЗЛОМ одно удовольствие…

Бросаю на него взгляд, и тело заполняет вязкое тепло. Он мгновенно улавливает перемены в моём настроении. В чёрных глазах вспыхивает огонь.

– Я перезвоню, - хрипловато говорит он в трубку и кладёт её.

Заправляю волосы за ухо, прочищая горло.

– Ты хотел поговорить? – спрашиваю, отступая к стене, потому что он медленно направляется ко мне.

– Это пижама? – низким интимным голосом спрашивает Артём, приближаясь.

Игнорирую вопрос и бросаю нервный взгляд на проём в стене, ведущий на кухню. Там мама этого говнюка поражает моих детей своими кулинарными способностями. Они едят самодельные ЦВЕТНЫЕ пельмени, которые совершенно случайно обнаружились у неё в морозилке. Не хочу сейчас думать о том, как они там оказались. Как и о том, откуда в доме нашёлся пластмассовый розовый горшок и детский стул.

В моей голове хватает более острых вопросов.

Очень старательно изображаю равнодушие, отступая к стене.