Чтение онлайн

— Не смей обвинять меня, — прошипела змея, — Если бы ты хоть чуточку относился ко мне, как относился к своей бывшей жене, ничего этого не было бы. Но ты никогда не смотрел на меня также, как смотрел на свою бывшую серую мышку. А мне хотелось ласки, мне хотелось чувствовать себя нужной. Не получив этого от тебя, я пошла искать это на стороне, — как само собой разумеющееся, проговорила она.

— ЗАТК-НИСЬ, — по слогам отчеканил я, — Никогда, слышишь меня, никогда не смей так говорить о Снежане.

После моих слов Рита истерически рассмеялась.

— Мальцев, а ты случаем не охренел? Ты вообще нормальный человек? Сейчас ты защищаешь чужую бабу передо мной, своей законной женой.

— Не забывайся Рита. Ты 7 лет живешь за мой счет. Будешь продолжать вести себя также, от меня больше ни копейки не получишь.

— Что? Ты мне угрожаешь?

— Предупреждаю, чтобы пересмотрела свое поведение. А сейчас я пойду спать к дочери, и чтобы от тебя не было ни звука. Доброй ночи.

— Катись ты на хрен Мальцев, — крикнула мне в след жена, когда я был уже в дверях, — Да будь проклят тот день, когда я наткнулась на объявление о работе в твою фирму.

Не став больше слушать ее монолог, покинул нашу спальню и пошел в комнату к дочери.

* * *

В пятницу, когда должен был состояться один из важных ужинов, няня Варвары заболела, поймав где-то серьезный вирус, из-за чего мне пришлось тащить ребенка с собой на работу, а Рита снова где-то шлялась, не отвечая на звонки. Я бесился, потому что мне не с кем было оставить ребенка, а взять ее с собой я не мог. На помощь пришла жена друга, предложив оставить Варю у них до следующего утра.

— Спасибо Анютка, если бы не ты, я просто не представляю, что бы делал. Найти няню всего за несколько часов нереально, да и оставить дочь с человеком, о котором я ничего не знаю и не был знаком я бы не смог, а сегодняшний вечер действительно важен.

— Успокойся уже меня благодарить Вадим. Мы не чужие люди и любим Варюшку. Она с удовольствием у нас остается, нам нисколечко не мешает и очень воспитана. Так что можешь не переживать и ехать спокойно. Завтра, как выспишься, заберешь ее.

— Я ваш должник ребят.

— Поехали уже должник, — поторопил меня Серега, ревнуя к своей жене, — Мы, итак, опаздываем.

Из-за пробок, на вечер мы все-таки опоздали, причем довольно прилично. Приглашенных было очень много, встретить тут можно было людей из разных структур, но связывало всех одно — деньги. Мы с другом ходили от одной кучки людей к другой, обмениваясь рукопожатием с мужчинами и делая комплименты женщинам, дежурно обмениваясь парой предложений.

И вот, наконец, я увидел того, кто меня интересовал больше всего. Александр Викторович Минин. Мужчина заинтересованно общался с невысокого роста стройной девушкой, в элегантном серебристом платье, которое подчеркивало ее шикарное тело. Девушка стояла к нам спиной, поэтому я не видел ее лица, но что-то мне подсказывало, что мы знакомы. Изгибы ее тела, плавные женственные движения наталкивали на мысль о Снежане, но это было исключено. Она не могла быть здесь, попасть на этот ужин дано было лишь избранным.

— Александр Викторович, приветствую, — обратился к мужчине, привлекая его внимание.

— Вадим Робертович, Сергей Анатольевич, — ответил тот, по очереди отвечая на наши рукопожатия.

Когда я перевел внимание на девушку, замер от неожиданности. На меня с опаской смотрели самые красивые и любимые глаза. И я не понимал, что ее тревожит, пока не заговорил Минин.

— Господа, позвольте Вам представить наконец, нашего тайного участника, участвовавшего в тендере и пока лидирующего, — Агата Станиславовна Красовская. Та самая железная леди из штатов, компания которой не так давно вышла на мировой уровень.

Бух. Меня словно чем-то тяжелым огрели. Я смотрел на Снежинку, пытаясь переварить слова Минина, надеясь, что он так неудачно пошутил, но действительность слишком быстро вернула меня обратно.

Это была не шутка. Это не было сном или галлюцинацией. Этом была гребанная правда. Красовская, которая так четко и спланированно меня топит — это Снежинка, моя добрая и нежная девочка. Моя бывшая ласковая девочка.

Я стоял и смотрел ей прямо в глаза, пытаясь хоть что-то там найти. Но ее глаза смотрели на меня холодно и с вызовом. Только сейчас до меня стал доходить смысл ее слов. Она изменилась, и это была действительность. Я смотрел на нее и не видел перед собой больше той, которая была самым чистым и нежным созданием, когда-либо встречавшемся на моем пути. Сейчас я видел перед собой состоятельную, самодостаточную, состоявшуюся женщину. Непобедимую, непреклонную, с железным стальным характером, слишком холодную и черствую. Только сейчас я раскрыл глаза, перестав тешить себя глупыми наивными мечтами, что ее возвращение это знак. Знак, что она не просто так вновь появилась в моем жизни.

Идиот. Какой же я все-таки кретин. Не смог разглядеть очевидного.

Не проронив ни слова, развернулся и направился к бару. Сейчас мне необходимо выпить что-нибудь покрепче. Найдя то, что искал, заказал чистый виски и залпом осушил стакан. Когда возле меня оказался Серега, присаживаясь на соседний барный стул, я попросил бармена повторить.

— Пожалуйста, скажи, что ты ничего не знал, — обратился к другу.

— Ты правда считаешь, что я бы ничего не сказал? — обиделся он, — Для меня это стало так же неожиданно, как и для тебя.

— Красовская, мать ее, Агата Станиславовна. Как? — кипел я от злости, — Как я не догадался обо всем с самого начала, сложив все один к одному? Снежана прекрасный стратег и архитектор. Она блестяще владеет знаниями о ведении бизнеса. Я должен был догадаться.

Васнецов ничего не говорил, давая мне возможность выговориться, выплеснув все то, что творилось у меня сейчас внутри.

Зараза обвела меня вокруг пальца. Сейчас я вообще сомневался в том, что она встретила Варю в кафе случайно. Скорее всего она прощупывала почву, когда появилась в моем офисе. А я дурак, как пацан, поплыл при виде нее.

Пока я сидел и занимался самокопанием, друг куда-то испарился. Не знаю, сколько я так просидел, но заметив, как долбаная Красовская идет в сторону туалетов, последовал за ней, словно наркоман. Я вообще сейчас слабо соображал, что творил, еще и выпитый алкоголь подталкивал на безрассудства.

Когда девушка скрылась за дверями, не стал заходить следом, выждав несколько минут. После действовал скорее машинально. Быстро вошел внутрь, закрыл за собой дверь и защелкнул ее на замок, оставляя ключ в замочной скважине, чтобы нам наверняка не помешали. И снова оказался в плену глаз этой стервы, смотря на нее через зеркало.

Мы стояли и молчали, не решаясь нарушить тишину, лишь прожигая друг друга взглядами. А потом я стал слишком медленно, словно хищник, приближаться к ней, пока не подошел вплотную. Нас разделяли миллиметры, и я, казалось, слышал, как громко и быстро стучит сердце в груди у Красовской. Она нервничала, но старалась этого не показывать. Гордая? Или я не заслуживаю того, чтобы

— Ты, должно быть, сейчас ликуешь? — задал вопрос, а сам тем временем положил свою левую руку ей на бедро, и очень медленно стал вести ее вверх.