Чтение онлайн

– В задней комнате у меня целый кофейник, – с раздражением проговорил Роджер, тыча большим пальцем за спину. – Эта девочка умна, хороша собой, интересна, а главное, – добавил он, – свободна от обязательств.

– Я не приглядывался. И вообще мне не нужна женщина. – Дуглас с наслаждением отхлебнул горячего кофе. – И что такая расфуфыренная фифочка делает в Вудзборо?

– Ты же не приглядывался!

Вот теперь он усмехнулся, и его угрюмое лицо сразу подобрело.

– Не приглядывался, но обратил внимание. Какая разница?

– Она умеет себя подать. Это еще не делает ее фифочкой.

– Без обид. Не знал, что она твоя подружка.

– Будь я в твоем возрасте, так бы оно и было.

– Дед, – оживившись после кофе, Дуглас обнял Роджера за плечи, – возраст ничего не значит. Я тебе говорю: полный вперед. Можно я возьму кофейник наверх? Мне надо привести себя в порядок. Иду на встречу с мамой.

– Иди, иди, – отмахнулся Роджер. – «Увидимся», – сердито пробормотал он себе под нос, пока Дуглас направлялся в заднюю комнату. – Какое убожество!

Колли Данбрук отчаянно боролась с уличным движением Балтимора. Время отъезда из Филадельфии, где она проводила трехмесячный академический отпуск, было выбрано неудачно. Увы, она слишком поздно это поняла. Когда раздался звонок с просьбой о консультации, она думать забыла о времени, о часе пик, о хаосе, царящем на окружной дороге Балтимора в среду, в четыре пятнадцать пополудни.

Весь отпущенный ей природой запас терпения Колли использовала на работе, требовавшей, помимо всего прочего, колоссальной выдержки. На все прочее терпения у нее не хватало.

Непрерывно сигналя клаксоном, подрезая другие машины и не обращая внимания на возмущение водителей, Колли вгоняла свой обожаемый старый «Лендровер» в просветы между машинами, где могли проскочить разве что игрушечные автомобильчики.

Семь недель она не была на раскопках. Хорошо зная Лео Гринбаума, Колли мгновенно уловила волнение в его голосе. Не такой он человек, чтобы просто так приглашать ее в Балтимор взглянуть на какие-то кости. Значит, это очень интересные кости.

Видит бог, ей нужен реальный проект. Ей до одури надоело писать статьи в журналы. Колли была убеждена, что археология – это не лекционная работа и не публикации. Археология для нее сводилась к раскопкам. Она привыкла работать под палящим солнцем, под проливным дождем, утопая в грязи и отбиваясь от полчищ комаров.

Для нее это был рай небесный.

Когда радио у нее в машине перешло к новостям, она переключилась на компакт-диски. Болтовня диктора только раздражала. Рычащий рок со своими рваными ритмами больше подходил для этой ситуации.

Зазвучал «тяжелый металл», и настроение у нее сразу улучшилось. Ее золотисто-карие глаза загорелись за стеклами дымчатых очков, пальцы машинально выбивали дробь по рулю.

Колли предпочитала носить длинные волосы – их можно было стянуть на затылке и запихнуть под шляпу, а не подстригать и укладывать. К тому же у нее хватало здорового кокетства, чтобы понять, что прямые длинные волосы цвета меда ей к лицу.

Глаза у нее были удлиненной формы, брови – почти прямые. В ранней юности она считалась хорошенькой, теперь, ближе к тридцати, ее уже можно было назвать интересной женщиной, но когда она улыбалась, на этом лице появлялись три ямочки: одна на каждой загорелой щеке и еще одна – над правым уголком рта. Мягко очерченный подбородок не выдавал того, что ее бывший муж называл твердокаменным упрямством.

Впрочем, то же самое она могла сказать о нем. И говорила при каждом удобном случае.

Почти не притормаживая, Колли повернула на стоянку. Институт Леонарда Гринбаума располагался в безобразной, по ее мнению, десятиэтажной стальной коробке, но в превосходно оборудованной лаборатории работали лучшие специалисты в стране.

Колли поставила машину на место для визитеров, выпрыгнула во влажную жару, напоминавшую не воздух, а горячий суп, и торопливо прошла ко входу. Дежурная, окинув ее взглядом, увидела перед собой стройную, спортивного вида женщину в несуразной соломенной шляпе и дымчатых очках без оправы.

– Доктор Данбрук к доктору Гринбауму.

– Распишитесь, пожалуйста. – Женщина протянула Колли временный пропуск. – Четвертый этаж.

Колли на ходу бросила взгляд на часы, направляясь к лифту. Она опоздала на сорок пять минут. К счастью, Лео не заставил ее долго ждать. Низенький (Колли была выше его на целую голову), стремительный, он напоминал собаку породы корги: его короткие ножки двигались так быстро, что тело за ними не поспевало. Его пышная каштановая шевелюра – Лео никогда не скрывал, что подкрашивает волосы, – была зачесана назад ото лба, карие глаза на обветренном, обожженном солнцем лице привычно щурились за стеклами очков. Как всегда, он был в мешковатых темных брюках и неотглаженной хлопковой рубашке. И как всегда, из всех карманов у него торчали, едва не выпадая, какие-то бумаги.

Он подошел к Колли и чмокнул ее в щеку. Из всех знакомых, но не состоявших с ней в родстве мужчин он был единственным, кому дозволялась такая вольность.

– Отлично выглядишь, Блондиночка.

– Ты и сам неплохо выглядишь.

– Как родичи? – спросил он, ведя ее в свой кабинет.

– Нормально. Спасаются от жары в Мэне. [5] А как Клара?

При мысли о жене Лео сокрушенно покачал головой.

– Увлеклась керамикой. Жди на Рождество жуткую вазу в подарок.

Они вошли в его светлый, со вкусом обставленный кабинет, и Колли огляделась.

– Я и забыла, как ты тут шикарно устроился. Не жаждешь вернуться к раскопкам?

– Ну почему же? Время от времени такое желание на меня накатывает. Обычно, стоит мне прилечь отдохнуть, оно проходит, но на этот раз… Ты только посмотри.

Он отпер ящик стола и вытащил фрагмент кости в запечатанном пластиковом мешке.

Колли взяла мешок, зацепила темные очки за вырез блузки и осмотрела находку.

– Похоже на осколок большеберцовой кости. Судя по размеру и пористости, принадлежала молодой женщине. Очень хорошо сохранилась.

– А ну-ка навскидку определи возраст.

– Найдено в западной части Мэриленда, так? Неподалеку от проточной воды. Я не люблю угадывать навскидку. У тебя есть пробы почвы, стратиграфический отчет?

– Ну на глазок! Давай, Блондиночка, это же игра!

– Черт! – Сдвинув брови, Колли начала поворачивать мешок в руках. Ей хотелось пощупать кость пальцами. Ее нога сама собой принялась отбивать ритм на полу. – По визуальному наблюдению, без анализов, я бы сказала, ей от трехсот до пятисот лет. Может, и больше. – Она вновь повернула мешок в руке. – На этой территории шли бои в Гражданскую войну, [6] верно? Эта кость попала в землю раньше. Это не солдатик повстанческой армии.

– Она попала в землю до Гражданской войны, – согласился Лео. – Примерно на пять тысяч лет раньше.

Колли вскинула голову.

– Датирование по радиоуглероду, – сказал Лео, одарив ее счастливой улыбкой лунатика, и протянул ей пачку листов с распечаткой.

Колли пробежала глазами листы, убедилась, что Лео перепроверил тест дважды на трех различных пробах почвы. Когда она снова подняла голову, на ее губах блуждала точно такая же блаженная улыбка сомнамбулы.

По дороге в Вудзборо Колли заблудилась. Лео объяснил ей, как проехать, но, изучая дорожную карту, она заметила, что в одном месте можно срезать кусок пути. Любой нормальный человек так и подумал бы на ее месте. Но составитель карты, очевидно, имел в виду нечто иное. У Колли были давние претензии к составителям дорожных карт.

Впрочем, она не боялась заблудиться. Она всегда находила дорогу. Она даже обрадовалась, потому что окольный путь дал ей возможность почувствовать местность.

Разбросанные тут и там пологие холмы, поросшие буйной летней зеленью, чередовались с правильными рядами посадок на полях. Кое-где из земли вылезали седые от времени скальные породы, похожие на костяшки пальцев великана. «Хорошее место для работы», – решила Колли.

Она проехала десять миль, не встретив ни единой машины.

Барабаня пальцами по рулю в такт песне Дэйва Мэтьюза, Колли обогнула поворот и увидела женщину на обочине, вынимавшую почту из почтового ящика. Едва бросив мельком взгляд на «Лендровер», женщина тем не менее привычным жестом подняла руку в знак приветствия. Колли помахала в ответ и, подпевая Дэйву, двинулась дальше. Дорога расширилась, и она нажала на газ. Мимо нее пролетали поля, придорожный мотель, фермерские домики, впереди возвышались отроги Аппалачей.

По мере приближения к Вудзборо домов становилось все больше, а размером они становились все меньше. Колли затормозила у первого из двух городских светофоров и с удовлетворением отметила, что одна из торговых точек, пристроившихся на углу Главной и Лавровой улиц, является пиццерией. На другом углу стоял винный магазин.

«Это мы учтем», – сказала себе Колли и тронулась, когда свет переменился на зеленый. Припомнив инструкции Лео, она свернула на Главную улицу и двинулась в западном направлении. Улица была уставлена аккуратными старинными домиками – кирпичными, деревянными и сложенными из местного камня. Они теснились друг к другу, выставляя вперед застекленные или открытые веранды. Уличные фонари сохранились, похоже, еще с тех времен, когда по улице ездили кареты. Со стропил, столбов и перил каждого крыльца свисали цветочные горшки.

Пешеходов было так же мало, как и автомобилей, и двигались они столь же неспешно. Как и положено на Главной улице провинциальной Америки.

Колли проехала мимо кафе, скобяной лавки, маленькой библиотеки, совсем крошечного книжного магазинчика, нескольких церквей, двух банков. К тому времени, как она добралась до второго светофора, вся западная часть города уже запечатлелась у нее в памяти.

Доехав до развилки, она повернула направо и запетляла по проселку. Здесь прямо к жилью подступали деревья. Густые, тенистые, таинственные. Колли одолела подъем, и перед ней до самого горизонта предстали горы.

Ну вот оно, наконец. Колли прижалась к обочине у знака, возвещавшего:

«ВАШ ДОМ НА АНТИТАМЕ.

Строительная компания «Долан и сын»

Подхватив фотоаппарат и вскинув на плечо рюкзачок, Колли вылезла из машины. Первым делом она сняла общий план, стараясь захватить в кадр побольше территории. Это был обширный пойменный участок и, судя по холмикам земли, поднятым экскаваторами на ранней стадии рытья, довольно заболоченный. Деревья – старые дубы, высокие тополя, робинии – подступали с запада и с юга. Они выстроились, как часовые, по берегам ручья, словно защищая его от посторонних.

Часть участка была огорожена. В этом месте ложе ручья расширялось, образуя пруд. На примитивном плане, который набросал для нее Лео, этот пруд назывался Саймоновой Ямой. «Интересно, кто такой Саймон и почему пруд назвали в его честь?» – подумала Колли.

Она успела сделать несколько снимков, как вдруг в летней тишине, еле слышно гудящей от жары и насекомых, послышался звук приближающейся машины. Это тоже был внедорожник, но, в отличие от ее верного старого «Лендровера», эта модель предназначалась для замены многоместного семейного фургона. «Дамский вариант», – отзывалась о таких машинах Колли. А этот был к тому же ярко-красный и сиял прямо как выставочный экземпляр.

Женщина, вышедшая из машины, тоже являла собой выставочный экземпляр – ослепительная блондинка, прекрасно одетая, холеная и безупречная. В легких желтых брючках и такой же блузке, с тщательно уложенными льняными волосами, она была похожа на солнечный луч.

– Доктор Данбрук? – спросила женщина с неуверенной улыбкой.

– Она самая. А вы Кэмпбелл?

– Да, Лана Кэмпбелл. – Она с энтузиазмом пожала руку Колли. – Очень рада с вами познакомиться. Извините за опоздание. В последний момент выяснилось, что мне не с кем оставить ребенка.

– Без проблем. Я сама только что приехала.

– Мы очень рады, что специалист с вашей репутацией и вашим опытом заинтересовался нашим делом. – Увидев удивленно поднятые брови Колли, Лана пояснила: – Я ничего не слышала о вас, пока не началась эта история, ничего не знаю о вашем поле деятельности, но я учусь. Я быстро усваиваю уроки. – Она бросила взгляд на огороженный участок. – Когда мы узнали, что костям несколько тысяч лет…

– «Мы» – это местное Историческое общество, которое вы представляете?