Чтение онлайн

Сейчас я не должна думать об этом, не должна быть грустной, а наоборот - нужно вселить в него уверенность, чтобы мой Беликов показал, кто здесь “зе бест”!

– Энжи, я люблю тебя, - шепчет он, прижимая меня к себе.
– Больше всего на свете люблю.

Кайфую от запаха машинного масла и жженого пластика, исходящего от парня. Никогда не думала, что буду дуреть от такого.

– А я люблю тебя, - с улыбкой произношу я и тянусь за поцелуем.
– Пусть вся удача мира сегодня принадлежит тебе, - шепчу я, касаясь своими губами его губ.

– Мне не нужна вся удача мира, достаточно тебя одной, - отвечает Ян.

– Я с тобой, - улыбаюсь и прикасаюсь к его щеке.
– Только с тобой…

Он ничего не отвечает, лишь отводит взгляд и кивает в сторону стартовой полосы.

– Мне нужно идти, занимай место и… Поболей за меня! Сегодня все изменится!
– подмигивает Беликов и уходит.

Ия сегодня не со мной, ее вызвали в универ и она не успевает к началу гонки. Наверное именно поэтому мне очень тяжело дается время ожидания начала, из-за одиночества. Я занимаю привычное место, свое вип-место, прямо неподалеку от стартовой полосы, чтобы во время начала гонки, в тот момент когда будет дан сигнал “старт”, встретиться с Яном взглядом. Это наша “фишка”, своего рода суеверие, как и местное: “У гонщика должна быть девушка-удача!”.

Когда в кармане вибрирует телефон, я радостно достаю и открываю сообщение в соцсети, в надежде что это Ия, но, увы, оно от Димы.

“Я сейчас подойду, хочу извиниться и вместе поболеть за Яна”.

Несколько раз порываюсь ответить что-то в духе “не надо”, но в громкоговорителях объявляют “занять стартовую позицию”. Я боюсь отвлечься и упустить момент, поэтому убираю телефон обратно в карман и безотрывно смотрю на своего гонщика.

– Привет, - раздается у меня за спиной и я на миг оборачиваюсь.
– Ну что, делаем ставки?
– усмехается Дима.

– Не смешно и лучше тебе уйти, - говорю я.
– Ты знаешь, как Ян реагирует, сам же говорил…

– Знаю, - фыркает Дима и встает рядом со мной слишком близко, я бы сказала недопустимо. Я ощущаю на себе его взгляд и он мне не нравится.
– Энжи, ты очень красивая…

Не выдерживаю и поворачиваюсь к нему, слегка отталкиваю от себя и тараторю так часто, как только могу:

– Дим, уйди пожалуйста! Ты мешаешь и отвлекаешь! Ян может увидеть нас вместе и надумать себе всякого!

Собираюсь вновь отвернуться, но Дима хватает меня и притягивает к себе. Целует, черт его раздери, а я от неожиданности и оглушенная звуком стартового гудка не сразу успеваю среагировать.

Для реакции мне требуется пара секунд, но это слишком много.

Отталкиваю от себя парня, залепив нехилую пощечину, и поворачиваюсь к треку. Я опоздала, гонщики уже ушли на круг.

Я опоздала!

Ян видел гребаный поцелуй!

В груди закипают гнев и страх, они дополняют друг друга и требуют выхода. Разворачиваюсь к Диме и со всей силы толкаю его в грудь:

– Зачем ты это делаешь?! Что за хрень?!

– Да пошла ты, - усмехается он.
– Кому-то все, а кому-то ничего.

– Придурок! Конченный!
– кричу я и снова толкаю того в грудь.
– Как ты мог?! Как ты…

Замолкаю и резко поворачиваюсь лицом к треку, как только слышу испуганные вздохи и визги толпы. Мое сердце замирает при виде ярких искр, обломков металла и пластика красно-белого гоночного мотоцикла. Ничего не слышу, кроме собственного пульса, треска ломающегося трибунного ограждения и громкого удара, когда мотоцикл врезается в него.

Ноги становятся будто ватные, но я все равно бегу вдоль трибун к месту аварии, не разбирая дороги, врезаясь в зрителей. Вижу дежурную скорую и пожарных, спешащих к месту происшествия, ускоряюсь и задыхаюсь, повторяя в голове словно мантру: “Нет, нет, нет!”. Добегаю до машины скорой, расталкивая людей в стороны, и издалека вижу, как безвольное тело Яна кладут на каталку.

– Пустите!
– врезаюсь в оцепление и мужчины в спецформе не пускают меня подойти ближе.
– Пустите! Что с ним?!
– вырываюсь, как обезумевшая.

Пелена слез мешает оценить состояние парня, когда медики везут каталку к машине скорой помощи. Отчаяние и страх душат меня, я кричу, срываюсь на рыдания, прошу пропустить, но в ответ лишь заученное: “Не положено!”.

– Пульса нет!
– доносится до меня обрывок фразы одного из медиков и меня просто выключает.

Как по щелчку, раз, и темнота.

Прихожу в себя от резкого запаха нашатыря, открываю глаза и пытаюсь сфокусировать зрение на мужчине в форме медработника.

– Девушка, как вы себя чувствуете? Что случилось?
– спрашивает он и я резко вскакиваю на ноги.

Недавние события, словно выстрел, поражают меня в самое сердце. Все, что меня сейчас интересует, где Ян и что с ним. Ищу взглядом скорую, в которую грузили Яна, но похоже я слишком долго была в отключке и она уже уехала.

– Куда повезли гонщика?!
– хватаю медика за руку и смотрю в глаза.

– В областную, в реанимацию, - отвечает он.
– Что с вами произошло?

– Ничего!
– бросаю я и бегу к выходу с гоночного трека.

К счастью, по случаю гонок здесь “пасется” очень много таксистов и я прыгаю на заднее сиденье первого попавшегося желтого автомобиля.

– В областную больницу, пожалуйста, как можно скорее!
– кричу я и водитель понимающе кивает.

Достаю телефон и вижу пропущенные вызовы от Ии. Руки трясутся и я не сразу попадаю по нужным кнопкам. Все же удается набрать номер подруги и, когда она отвечает осипшим голосом и хлюпая носом, я сама начинаю плакать.

– Что с ним?!
– всхлипываю я.
– Он жив?!

Зажмуриваюсь, крепко сжимая в руках смартфон, боюсь услышать ответ до дрожи в коленях.

– Жив. Приезжай в областную, я встречу, - отвечает подруга.

Добираюсь до больницы достаточно быстро, в вестибюле меня встречает зареванная Ия и ловит в свои объятия. Я уже не могу контролировать себя, слезы нескончаемым потоком текут по щекам.

– Они делают какую-то операцию, мне ничего не говорят, в основном разбирается Эд, я тут просто… - захлебываясь, тараторит подруга.

– Эд здесь?
– спрашиваю я.

Старший брат Ии и Яна, на время заграничных командировок их родителей, он по факту их опекун и отвечает за младших головой. Боюсь представить, что сейчас чувствует он.

Поднимаемся на лифте на этаж, где находится операционная. На больничной лавке сидит старший Беликов, взъерошенный, белый, словно мел.

– Что там, скажите!
– обращаюсь я к нему и мужчина поднимает на меня взгляд.

– Переломы, повреждение шейного отдела позвоночника, осколочные ранения, - хрипло отвечает он.
– Как это могло произойти, не понимаю… - Эдгар, упершись локтями в колени, закрывает лицо руками.