Чтение онлайн

Шок. Две полоски. Яркие такие, красные, кричащие мне издалека: “Твоя жизнь не будет прежней!”

Откровенно говоря, увидеть на тесте положительный результат рано или поздно я собиралась, но не думала что уже вот-вот и так неожиданно. Знаю, сама виновата, нужно таблетки вовремя принимать, а я, кажется, пару раз пропустила дни.

Первое, что я испытала, это смятение. Попросту не знала как реагировать.

Радоваться? Плакать? Сказать Яну или подождать? Что будет дальше? А вдруг ему это не надо?

Череда вопросов свалилась мне на голову и я не могла найти ответ ни на один из них. Я чувствовала, что загнана в угол и любое мое действие сейчас может перевернуть нашу с Беликовым жизнь раз и навсегда.

У него на днях важная гонка и если он выиграет - будет иметь все шансы на приглашение в гоночную команду. Контракт на год, много денег, славы и мировое признание… Если я сейчас сообщу ему эту новость, Ян попросту может не выйти на гонку или проиграть… Он будет думать о том, что я ему сообщила и эта “новость” может внести свои коррективы. А я не хочу, чтобы он перекраивал свои планы и мечты только ради меня.

Нас уже, наверное, получается?...

Решение находится само собой и я поступаю так, как мне велит мое сердце: пока Яну незачем знать о беременности, пусть он сначала сделает свой выбор для себя, а уже потом я все ему расскажу.

Сегодня я записалась к врачу и, пересилив себя, позвонила маме, потому что… страшно. Банально страшно, я чувствую себя как слепой котенок, не знающий куда ему ткнуться, чтобы его не раздавили. Груз внезапно появившейся ответственности давит и пугает, ведь я ничего не умею, ничего не знаю, мне всего двадцать один… Маме было много меньше, когда родилась я, поэтому я все же решилась переступить через обиду и гордость. Мне нужен ее совет, потому что никого больше из знающих людей рядом нет.

Перед клиникой встречаюсь с мамой и сразу выкладываю все как есть. Мы очень отдалились за этот год, особенно после того скандала на свадьбе Лары. Мы не созванивались, лишь изредка переписывались в сети и пару раз встречались. Встречались так, будто мы чужие друг другу люди. Я сама виновата в том, что это сейчас именно так, я сама оттолкнула ее, но… Хочется тепла. Хочется материнской заботы, пусть даже такой неумелой, какой она исходила от нее всегда.

Между нами вот прямо сейчас даже веет холодом: я боюсь показать свои эмоции, а она боится сказать лишнего, боится, что я ее после этого снова оттолкну.

– Это точно?
– часто-часто моргает мама, осматривая меня с головы до ног и останавливая свой взгляд в районе живота, которого еще нет даже.

– Три разных теста, последний сегодня утром, - дрожащим голосом говорю я.

– Ты собралась на аборт?
– хмурится она, нервно закусывая губу.
– Ты сказала Яну?

Мы стоим на крыльце клиники, нас разделяет меньше метра, но она даже не обняла меня при встрече.

– Не сказала и нет, я не собираюсь делать аборт, - мотаю головой я.

– Но ты не рада?
– опасливо спрашивает она, глядя мне в глаза, предательски начавшие слезиться.

– Мам, я просто растеряна, - шмыгаю носом я.
– И я позвала тебя не для того, чтобы ты устраивала допрос… Стыдила… Я просто прошу поддержки и понимания…

– Бог мой, Лика, иди сюда!
– наконец, не выдерживает она и сгребает меня в свои объятия.
– Прости меня! Я с тобой, я поддержу, но сказать ему надо!

Даю волю своим чувствам, отпускаю себя и все свои страхи с сомнениями, плачу, уткнувшись носом маме в новый дорогущий джемпер. Этого мне как раз не хватало, это мне было так необходимо.

После приема у врача мое “интересное положение” подтверждается. Меня загружают всякой важной информацией, дают какие-то брошюры, выписывают витамины, а я нахожусь будто в вакууме. Все происходит словно не со мной…

После приема прощаюсь с мамой, обещаю быть на связи и пишу Яну, что сейчас прохожу медосмотр для справки в институт. Беликов предлагает меня встретить. Не вижу смысла отказывать, главное не выдать себя и чтобы он не обратил внимания на мое заплаканное лицо.

Перехожу дорогу и жду, когда подъедет мой Беликов, но, неожиданно, передо мной останавливается не автобус и даже не такси, а гелик Лекса.

Чудесным образом, до сих пор мне не понятным, Ян и Лекс, после его переезда в Россию, сдружились. Никак не могу привыкнуть к этому факту.

Ян выходит из машины, прощается с другом и направляется в мою сторону. Взгляд его какой-то странный, хмурый… неужели что-то случилось на треке и что-то сорвалось?!

– Привет, - натягиваю на лицо улыбку и обнимаю его за шею, чмокнув в щеку.
– Все в порядке?

– А у тебя все в порядке?
– переводит стрелку Беликов.

– Да, все отлично. Осмотр сдан и можно ехать домой, - говорю я и прижимаюсь к парню.

– Может зайдем куда-нибудь?
– спрашивает он.
– Тут недалеко есть ресторанчик… Выпьем на удачу гонки… - хитро щурится Ян.
– Вернее, выпьешь ты, а я так, подышу алкогольными парами, чтоб завтра сдать анализ без проблем.

А вот пить мне как раз не желательно...

– Может быть лучше дома приготовим что-нибудь вкусненькое?
– заглядываю в глаза парню и будто натыкаюсь на стену мрака. Он странный...

– Хорошо, давай, - странно ухмыляется Ян и обнимает меня за талию.

Его непонятное настроение меня капельку пугает, если честно… Весь этот год нам было хорошо, мы почти никогда не ругались, он не ревновал как прежде, не надумывал себе всякой фигни. Неужели лимит исчерпан и в его голове сейчас что-то перемкнуло?!

Не хочу.

Не надо.

Пожалуйста, Вселенная, сжалься!

По пути домой заходим в супермаркет и покупаем все необходимое для приготовления ужина. Странное желание Беликова меня напоить немного пугает, но что ж я могу сделать, если ему захотелось купить бутылку вина?!

По приезду домой, когда мы начинаем готовить, я ощущаю некое напряжение между нами и отнюдь не сексуальное. Что-то такое витает в воздухе, опасное… Быть может это просто я так себя накрутила и ощущаю взрывоопасную тишину из-за своей недосказанности? Но чувство отвратительное…

Ян достает два бокала, открывает бутылку вина и начинает разливать.

– Ты же сказал, что не будешь пить, чтобы…

– Да, поэтому за двоих будешь снимать пробу с, - Беликов пытается правильно прочитать название вина на этикетке, но в результате сдается, - какой-то итальянской фигни, будешь ты. Но я буду целовать тебя, чтобы почувствовать вкус, - подмигивает он.