Чтение онлайн

– А чего подорвал от меня? Чего не привалил, куда было забито? И вот это? Это что? Откуда?

– Я… Я не пришел… Так выброс же был! – закричал Верхолаз.

Стрел и его парни засмеялись.

– Ну-ну. Выброс. Он отсвистел, еще светло было, - вклинился в разговор кто-то.

– Да-да, Толик, конечно… Но я не успел. Мы не здесь были… Сейчас к вам шли!

– С другой стороны, почему-то.., - сказал Толик.

– Тише, Худяк, покури пока, - прервал его Стрел и снова обратился к Верхолазу, - Ну-ка, встань!

– Ты гляди, и не раненый совсем! Ты что, сам этих положил? – развеселились бандиты.

Верхолаз что-то невнятно ответил, а Яна подумала, что руки у нее начали затекать.

– А там что? Там кто-то есть? – наконец догадался Стрел, и Волкова словно увидела, как он высовывает голову из-за плеча Верхолаза, старается заглянуть в тоннель.

– Там… аномалии! – отрывисто произнес сталкер.

– Сам вижу, - ухмыльнулся Стрел, - Мало того – знаю. Но это же хорошо. Для тебя. Прикинь, пацаны, этот чел приз хапанул! «Приз ценою в жизнь»!

Он похлопал сталкера по плечу.

– Ништяк, Верхолаз. Приз твой будет – я тебе все косяки спишу. Только вот это мы забираем… Ну и чтобы косяк замазать, ты соберешь нам все арты, что отдыхают в этой дыре?

Это хуже, подумала Яна. До середины он дойдет, сто процентов, и спалит ее.

Девушка крепче сжала пистолет, бросив быстрый взгляд в сторону автомата, который, как нарочно, поставила у самой стены, прислонив к ней.

– Как? Тут же не пройти! – начал заикаться Верхолаз.

– У тебя есть выбор, - голос Стрела стал совсем жестким, и Яна услышала звук вытаскиваемого из ножен клинка, - Или в тоннель, или я тебя на шаурму покромсаю вот этим шабером! Он маленький, но тебе хватит!

– Отдай его мне, - попросил Толик.

– Кого? Шабер? – удивился Стрел.

– Да этого… Хмыря!

– Зачем он тебе? – Стрел разговаривал с Толиком, даже не повернув головы, и сверлил Верхолаза пытливым взглядом, - Ты же у нас по бабам спец вроде был?

– Почему «был»? – обиделся Толик, - Я на нем потренируюсь приемы отрабатывать…

– Так, хорош порожняки гонять! – рявкнул вдруг Стрел, глядя все на того же Верхолаза, - Идешь или нет?

Верхолаз закивал головой, попятился. Потом развернулся и двинулся вперед.

– Придурок, болты забыл! – остановил его Стрел, ногой подталкивая мешочек с болтами, что выпал из кармана какого-то сталкера. Бандиты захохотали.

– Поднимаешь арт, бросаешь нам. Мы в ответ ставим тебе «зачет», - съязвил Толик.

– Так, пацаны, ша все! Отойдем чуток, - приказал Стрел, разводя руки в стороны и делая несколько шагов назад.

– А что, если какая-то аномалия… - заблеял чей-то очень знакомый голос.

– Артемчик, завали, пожалуйста, хлебало! – вежливо, обращаясь как к умственно отсталому, проговорил Стрел.

– Я не Артем. Я Артур! – поправил главаря обладатель знакомого голоса, - Артем это мой брат.

– Какая, в жопы, разница? – хихикнул Толик.

– Да заткнитесь вы оба! – закричал Стрел и вытянул голову вверх, - Ну что там у тебя?

– Вот… Лови… те!

Верхолаз что-то бросил бандитам. По их рядам пронесся довольный гомон. «Что же мог сталкер здесь найти?» – подумала Яна. Ничего дороже «грави». Хотя и мешок «грави» тоже неплохо.

– Молодец, - похвалил Стрел и пошутил: - А говорил, что руки из жопы растут!

– Я не говорил!..

– Да ладно тебе, какая разница, что там у тебя в жопе, правда? Давай теперь вон те…

– Я не… Я не смогу!

– А ты вон гаечку кинь!

Сталкер выругался, всхлипнул и бросил гайку. Какая–то ловушка разрядилась, хлопнула не хуже петарды, и в тот же момент Толик ойкнул и разразился трехэтажным матом.

– Что такое? В лоб попала? – расхохотался Стрел, - Это тебе не зажигалкам на физику фаршмачить!

Бандиты опять захохотали, даже Верхолаз слегка улыбнулся, представляя Толика, недовольно потирающего залысину.

– Дайте какую-нибудь палку, - попросил он у бандитов.

Стрел кивнул и обернулся.

– Ну-ка Артемчик, дай-ка вон эту палочку. Нет, эту может запихать себе… в карман. Вон ту давай.

– Не дотягиваюсь! – через полминуты прокряхтел Верхолаз.

– Ну, стань вон на ту шляпу… тьфу, шпалу!
– посоветовал Стрел.

– Там нельзя. Затянет…

– А если и ее разрядить? – подал голос Артур-Артемчик, до этого ковыряющий в носу, и, не дождавшись ответа, бросил в аномалию камень.

Шваркнуло так, что у всех присутствующих заложило в ушах, а камень скользнул по стене и угодил прямиком в Янкин «Абакан», полностью разбивая оптику, калеча сам автомат и разлетаясь на куски, один из которых поцарапал девушке щеку. Стрелка зажмурилась, до боли стиснула зубы, чувствуя, как по лицу потекло что-то теплое. Автомат упал рядом бесполезной грудой металла, и звук от падения бандиты не услышали лишь благодаря разрядившейся «воронке».

– Ты что делаешь, долбанутой бабки внук?! – заорал Стрел, - Всех нас положить хочешь, сыроежка?

– Я ниче… не хотел!.. – отступил от него брат Артема, споткнулся о труп и чуть не упал.

– Вот, займись лучше делом, - показал на убитого Стрел, - Обшманай пока…

Он повернулся к Верхолазу.

– Ты как там, не обосрался?

В ответ сталкер нервно засмеялся. Его трясло, с губ падала слюна. Он был уже на пределе. Стрел это почувствовал и отошел еще немного.

– Ничего-ничего. У тебя все получится. Ты же мужик! Ну, давай, он недалеко откатился…

Верхолаз подался вперед на целый шаг, протягивая палку к артефакту прямо под аномалией, взгляд его скользнул по стене и – он увидел Яну и нацеленный на него ствол.

– А! Здесь! Здесь!.. – закричал он, оступился и сделал еще один – вынужденный шаг.

«Воронка» не заставила себя долго ждать. Стрелка отлично видела, что произошло с человеком. Парня затянуло внутрь аномалии, скрутило, сложило пополам, смяло до размеров баскетбольного мяча за какие-то мгновения. А затем оттолкнуло – даже растолкнуло с огромной силой. Все вокруг в радиусе пяти метров оказалось забрызгано кровью, содержимым кишечника, ошметками мяса и костей! Стены тоннеля, бандиты, рельсы, шпалы и – сама Яна, уже второй раз эти сутки искупавшаяся в чужих потрохах. Это было бы смешно, если б не являлось таким диким. Яне хотелось и смеяться, и плакать одновременно. Смеяться от нелепости происходящего, а плакать от его невероятной дикости. И еще рвать этих сволочей, которые так поступили, может быть, не с самым лучшим представителем общества, но все-таки с человеком.